Про Иду Львовну и её знакомых. Часть 11

     Кто такие эти одесситы?

- Слушай, Мил, а почему все одесситы - евреи? - спросил Вася-полкитайца Милку, когда они стояли на балконе, пили кофе и наслаждались золотой московской осенью. Мила поперхнулась и закашлялась.
- С чего это ты взял, что все?
- У вас имена, характер.. Да и еда. Вы детей так воспитываете.
- Как?
- Они все гениальные в своём деле, где бы ни работали. А ещё вот эти крепкие семьи, где женщина - командир.

     Мия допила кофе и привычным движением вылила кофейную гущу в горшок с шикарным вьюнком. Мама Лара знает толк в цветах.
- Вот, видишь! Ты даже не заметила, как сэкономила на удобрении! - указал Вася. - Это же чисто еврейская тема - экономия!
- Смотри сюда, Василий. Берём к примеру нашу семью.
- Берём.
- Дедушка - Яков Моисеевич Гуткин. Тут таки да, ты угадал. Еврей. Его мама Юдифь Залмановна и папа Моисей Адамович жили в Одессе с очень давних времен.
- Со времен Адама, полагаю, - пытался пошутить Вася-полкитайца.
- Теперь берём бабу Иду.
- Тяжеловато, но давай. Берём! - снова ляпнул Вася.

     Милка вздохнула и продолжила:
- Её папа, Лев Войцекович или Войцехович, родом из Кракова. Поляк. А её мама, - Милка повесила паузу. - Тадаааммм! Мария Ивановна Полякова! Она приехала на отдых в Одессу до войны, влюбилась и осталась в Одессе навсегда. Влюбилась и в молодого стройного поляка, и в город одновременно, - уточнила Милка. - Понимаешь, они все одесситы. Или вот Стрыхары. Покойный Марк Давидович - грек. Его родители - Давид Андреевич и Екатерина Георгиевна. Да и родители они не настоящие. В конце войны усыновили Марка Стрыхара из детского дома. Ханна Ефимовна тоже... Не еврейка, хоть и имя у неё такое. Отец - Ефим - вообще из Сибири, про мать ничего не знаю, надо будет у тёти Ханны при случае спросить.
     Вася-полкитайца слушал открыв рот.
- Получается, они все из одного города просто.
- Просто... Ты смотри, при бабуле такое не ляпни. Просто! Одессит- это национальность! Единственная в своём роде многонациональная национальность! У бабушки с дедушкой в Одессе на Слободке знаешь, какие соседи были? Итальянцы, болгары, молдаване, мадьяры, армяне, испанцы и ещё куча. Я не помню уже. Баба Ида давно рассказывала. И все они - одесситы. Самое лучшее из всех наций взяли! Ну вот, например, у евреев -  упорство и ум. У молдаван - веселье. У итальянцев - эмоции. У русских - душевность. У болгар - много из кулинарии, музыку. У армян - торговлю. Да что я тебе рассказываю? Сам видишь! Даже моя мама - Лариса Иннокентьевна - дочь одесситки Бэллы Францевны и свана Иннокентия Рушаговича. Тоже, кстати, московского одессита уже лет 20. Скоро познакомлю вас, кстати.

Вася-полкитайца чмокнул в нос будущую супругу.
- Аааабалдеть!!! И ещё раз аааабалдеть, какая у тебя память! - он с гордостью обнял Милку. - Слуууушай, а что это нашу Иду не слышно?
- Ой, вэй! - спохватилась Мила. - Мы ж сегодня дежурные по дедушке!

     Милка и Василий побросали чашки в раковину на кухне и помчались в комнату Якова Моисеевича и Иды Львовны.
     На пороге им открылась интересная картина: на полу лежала бабуля прямо на спине как большая черепаха на панцире, на ней - дедуля, на дедуле - дедулина же коляска, а на коляске - огромная старинная зеленая лампа с мраморным основанием. Ида Львовна беспомощно дрыгала всеми конечностями, безуспешно пытаясь освободиться от того, что её придавливало сверху. Современный ламинат модного серого цвета имел идеально ровную поверхность, не давая тем самым ни малейшего шанса бабе Иде. Вася-полкитайца приказным тоном велел беременной Милке идти на кухню за холодным из морозилки, а сам начал разгребать кучу. Сначала он снял мраморный антиквариат, потом коляску с болтающимся колесом, щелкнул ремнем и медленно и осторожно освободил дедушку. Усадив деду Яшу на кровать, Василий наклонился к Иде Львове.
- И шо ты на меня вылупился, как бычок на макуху? - раздражённо спросила баба Ида. - Помоги лучше встать.
Василий аккуратно, но властно положил руки Иде Львовне на плечи:
- Когда доктор разрешит встать, тогда и встанете. А пока, - он огляделся по сторонам, стянул с кровати одеяло, сложил несколько раз и положил бабе Иде под голову. - Пока я должен Вас осмотреть, мадам Гуткина.
         
      Через какое-то время пришли с работы Лара с Бертиком и открыли дверь к родителям.
- Мама, что случилось? - спросил Альберт Яковлевич, завидя Иду Львовну на кровати с примотанным к затылку фаршем. - У меня складывается такое впечатление, что как только мы оставляем вас с дедом одних, вы тут же начинаете заниматься членовредительством! А мы потом должны таскать продукты из холодильника в прямом смысле слова на Вашу голову! (см. Часть 1 http://proza.ru/2026/10/01/1517)
- Мама, Вы сделаете больное сердце Вашему же сыну! - развела руками Лара. - Мила, что тут произошло?
- Бабушка хотела вытрусить дедушкины одеяло и плед, потому что он ел печеники. Одеяло вытрусила, а плед был под дедом. А деда она поднять не может, - виновато сказала Милка, уже чувствуя, какой будет скандал.
- Таааак, - Альберт Яковлевич повернулся к Васе-полкитайца. - А Вы, потомок великого кормчего Мао, где были?
- Папа, мы были на балконе, - быстро пропищала Милка.
- Бертик, ша! - Ида Львовна заступилась за внучку и Васю. - Я их отпустила подышать воздухом!
- И что дальше? - Лара присела на край кровати.
- Ну бабуля потянула за плед, подскользнулась на ламинате, упала на корму, а дедушка начал падать из кресла прямо на бабушку. А поскольку он был пристегнут к креслу, то оно упало на него сверху. И сбило лампу с тумбочки. Вот и всё! А мы пришли и всё исправили.
- Лара, Альберт, больше никогда не сдавайте ковёр в химчистку, а то пол голый и скользкий, а я по весу далеко не велосипед! Центнер на минутку! - произнесла Ида Львовна и оторвала потёкший фарш от затылка.
- Мама, тебе надо пойти к доктору эндокринологу, чтобы сбросить таки вес! - Бертик помог маме подняться с кровати и взял её под руку.
- Полный дом врачей, а я должна идти в куда? Отдавать за ни за что деньги?
- Мама, не хотите за деньги, идите за бесплатно в поликлинику, - Лара встала рядом со свекровью с другой стороны. Вся троица стала медленно перемещаться в сторону кухни. Мила укрыла деда, который уже спал, пуская слюну, включила злополучную зелёную лампу и пошла провожать будущего мужа.

- Мама, выпейте валерьянки, Вам полезно, - Лара полезла в кухонный шкафчик.
- Вот что мне сейчас полезно, так это котлетка и мятка! - Ида Львовна решительно открыла холодильник. - Ну, дети мои, ужинать будем? Бертик, режь хлебчик, доставай масличко и лук со шкварками. Лара, ставь тарелки! А я займусь салатом! Вашим эндокринологом тоже займусь... завтра... может быть...