Искатель славы. Владимир Ричиотти

Поэзия Ричиотти при всех ее литературных достоинствах и недостатках интересна как исповедь человека своеобразного, человека души широкой, мужественной, нежной, которая сродни индивидуальности Есенина.

***
Когда словами точно лавой
Захлестывает грудь и рот,
Минутный друг, искатель славы,
К тебе моя нога идет.

Смотря на молодые лица
Не раз ты говорил мне так:

— Ах, я не мог угомониться
Остротой не обрезав рта.
Мы тот желанный, чудный омут
Я не грущу, что мы одни,

Коль все друзья, один к другому.
Припаяны, обречены.

Должно быть от родного флота
Ты унаследовал печать.
С волос сотрется позолота,
Почтенней будут величать.

Кто был когда-нибудь мишенью,
Тот думал, повергаясь ниц

Вдохнуть как ты свое движенье
И страсти в действующих лиц.
Я отвечал тебе с печалью:
Всему конец и нам пора,

Коль в чудной дружбе повенчались
Кольцом смоленого шнура.


Гр. Шмерельсону

Как пожелтели прозрачные дали.
В воздухе клочья тЕла.
Синее небо охрой зАлито.
Солнце — кусок мЕла.

Можно ли в мире что либо гАже
Ночи в такие минуты
Город циник подло расскажет
Кого расстрелять ведут.

То что мы завтра новинкой споём
кем то давно пропето
Даже ноты и те упАли
Не знаю я Завтра какого будет цвета,
Но нынче художник
Синее небо охрой зАлил.

Номер одиннадцать. Терновый крест.
В ружье уцелевший порох.
Если б не город – смертельный пресс –
Убежал бы в лощины, в горы.

Молод. Свеж. Сочен. Чист.
И любить и жить способен.
Мне в камине стихов
недоделанный лист
Тот же труп,
как смердящий в грОбе.

Что любовь! Это пошлое ремесло
Умирать в зачарованном дыме.
Не оставив в наследье
Пары любимых слов
И не проститься с родными…

***
Пусть Есенина в стрОках ловят,
Ричиотти — не меньший чёрт.
(Черногрудое жирное поле
Градопрутница больно сечёт).

Как и он, я такой же кочевник,
Те ж грибы под луною берём.
Нашим сердцем в любой харчевне
Вы упьётесь, как крепким вином.

Вишь, в кружок оболванены волосы,
А под воротом тела хлеб.
Те же песни иным лишь голосом.
Повторяю на сходке в селе.

Эка, нЕвидаль — пальцами тычет;
Что запел наравне с другим.
У меня в глазенапах бычьих
Тоже плещутся песен стругИ.

Значит дай расплескаться словом
И по стрОкам босым походить
И в твою бестолковую голову
Мои умные песни налить.


***
Годы, словно табор очумелый.
Дни гудят, как балалайки трын.
Каждым утром полыхают в тело
Зорьные костры.

Каждый раз бродя по горным склонам,
Каждый раз по вечеру и дню –
Пьёт закат – озлобленный лисёнок –
Моей молодости пьяную струю.

Каждый день с поломанного ската,
Когда ночь потушит солнца круг, —
Ухожу я выпитый закатом,
Чтоб вернуться снова поутру.

С болью жду, как табор лет шумливых
Занесёт в иные племена,
А потом прижмёт к земле пугливой
В четырёх берёзовых стенАх.