К вопросу о происхождении преступности

   При исследовании проблемы преступности современные западные криминологи обычно обходят стороной вопрос о её происхождении. Довольствуясь констатацией того факта, что преступность является имманентным свойством человеческого общества, они концентрируют своё основное внимание лишь на проблемах снижения показателей преступности и уровня наносимого ею вреда обществу. Таков их подход, строго исходящий из философии прагматизма, - направления, весьма распространённого на Западе.

   На мой взгляд, для создания наиболее полной картины преступности не лишним является поставить вопрос об онтологической причине её возникновения, если, конечно же, такая может иметь место быть. Представляется, что указанная причина всё же существует и она заключается в возникшем на определенном этапе эволюции человека его свойстве ломать стереотипы человеческого мышления и стремиться к выходу за рамки привычного и дозволенного. Ведь только в результате появления у человека этого свойства, он раз за разом способен приумножать свои знания, не останавливаться на достигнутом и таким образом обеспечивать перманентный прогресс человечества.

   Думается, что без этой фундаментальной особенности человека нарушать привычные стереотипы, он был бы лишен возможности постоянного самосовершенствования и был бы обречен на хождение по биологическому кругу наподобии других биологических существ, без шансов на какое либо развитие.

   Иногда такое свойство человеческой мышления связывают со свободной волей человека, под которой понимается его уникальная способность самостоятельно делать выбор между разными вариантами действий и быть подлинным источником своих решений без внешнего принуждения. Как бы там ни было, оба этих феномена имеют единый источник происхождения и очень близки по своему предназначению друг к другу. Именно из свободной воли человека и вытекает его онтологическая способность и тяга к ревизии существующего положения вещей, ломке общепринятых правил поведения. Именно это свойство человеческого мышления стало, в конечном итоге, основополагающим для человеческого прогресса.
 
   Как формировалось это качество мы теперь можем, конечно же, лишь догадываться. Однако по-видимому, дело обстояло следующим образом. В процессе эволюции человека в какой-то момент его взаимодействия с постоянно изменяющимися экологическими условиями на земле в его генах произошла судьбоносная мутация, породившая в поведении человека совершенно новое свойство его мышления - постоянную неудовлетворенность достигнутым знанием и желание его совершенствования. Снятие такого психологического напряжения возможно было лишь одним способом, а именно, путём нарушения ранее сформированных и закреплённых в обычаях и образе жизни стандартов мышления.

   Следует отметить, что сама биология человека в одиночку никогда не смогла бы сформировать эту его эволюционную особенность. Здесь скорее мы имеем наложение примитивных социокультурных навыков типа использования огня и т.п. на биологию человека. Только этим двум источникам формирования человека вместе, на основе их постоянного взаимодействия, было под силу создать его современную версию. Однако именно в генах человека, т.е. на его биологическом уровне, в конечном итоге, закрепилась потенциальная возможность человека выходить за пределы заданного, постоянно двигаться вперед, путем перманентного нарушения ранее принятых норм, и только по этой причине я склонен трактовать эту человеческую особенность как в своей основе биологическую, но сформированную, конечно же, под влиянием взаимодействия человеческой биологии с его социальными навыками.

   Так или иначе, но можно сказать, что в основе преступного образа мышления, как бы пародоксально это не звучало, лежит архиполезное свойство человека, - возможность нарушения установленных в обществе норм. Поэтому сводить особенность преступности к одному лишь вредному общественному эффекту было бы слишком вульгарной интерпретацией сущности преступности.

   Конечно, это не означает, что общество обязанно терпеть преступления, т.к. преступность имеет кроме своей позитивной стороны и негативную составляющую, с которой общество обязанно вести постоянную борьбу. Поэтому, говоря о борьбе с преступностью, было бы более правильным говорить не о борьбе с преступностью как явлением в целом, а лишь с её негативными проявлениями, связанными с в целом с вредными и деструктивными для общества конкретными преступными деяниями. Однако даже они способны нести в себе позитивную фунцию, заключающуюся в способности преступности информировать общество об отдельных его несовершенствах в самых различных его сферах, начиная с экономики и заканчивая политикой, а также правовыми нормами, регулировавшими человеческую жизнь. В этом плане преступность можно даже сравнить с физиологической функцией боли в организме, которая сигнализирует ему о наличии заболевания того или иного его органа.

   Кстати говоря, такой подход является далеко не новым в криминологии. Образ общества как живого организма, где каждый элемент (даже негативный) выполняет свою роль, восходит к трудам Герберта Спенсера и Эмиля Дюркгейма.
Кроме этого, существует и вполне обоснованное мнение, согласно которому преступность в обществе выполняет роль социального барометра. Всплеск краж, подростковой преступности или коррупции, как отмечается в литературе, это не просто сухие цифры статистики, а сигнал о том, что в обществе нарушен баланс, будь то экономический кризис, кризис институтов семьи или неэффективность законов.

   Всё это может свидетельствовать о том, что преступность в определенном смысле является позитивным фактором человеческого общежития, т.к. гарантирует ему прогресс, а не стагнацию и вырождение. Для илюстрации правоты данного положения можно привести множество исторических примеров, когда ученые либо политики-диссиденты совершали проступки, изначально несовместимые с установленными нормами, однако в последствии оказывалось, что именно они и их, выходящее за рамки принятых норм, поведение становились основными двигателями развития человечества.

   Таким оразом, можно констатировать. что преступность - это не абсолютно темное пятно на светлом лике нашего общества, а явление более сложное и неоднозначное, находящееся в постоянном противоречии с силами, тормозящими общественное развитие и способствующее общественному самосовершенствованию.

   В криминологической литературе признаётся, что важнейшим и неотъемлемым признаком преступности является её вредность или опасность для нормального функционирования конкретного общественно-государственного образования. Это положение, с учётом отмеченного выше, можно считать правильным лишь отчасти и только в том случае, когда речь идёт об опасности, заложенной в преступности относительно действующего в обществе правового порядка. Однако с точки зрения перспективы развития конкретного общественно-государственного образования признание преступности исключительно в качестве вредного и опасного общественного явления было бы большой ошибкой.

   В завершении сказанного, хотелось бы ещё раз подчеркнуть, что первопричиной преступности следует считать, заложенную в биосоциальной природе человека и закрепленную в его генетическром коде, уникальную способность человека к нарушению существующих социокультурных правил и норм.