15 декабря 2024

Я долго пытался понять, что со мной не так. Как можно не хотеть жить, когда нет реальной катастрофы? Как можно захлебываться одиночеством в комнате, где светят лампы и мирно шумит чайник на плите?
Теперь я знаю: дело не в физике. Боль живет не в ране, а в самом дыхании. Каждое пробуждение — это изнурительный подвиг. Человек тонет не только в воде, но и в вакууме — в абсолютной неспособности почувствовать вкус бытия.
Грусть — это не депрессия. Уныние конечно, а эта тьма — стайер. Она просыпается со мной, ложится в мою постель. Даже когда я смеюсь с друзьями, я кожей чувствую её присутствие. Она не ушла — она просто присела в тени и ждет своего часа. Она сидит на краю кровати и смотрит, как я натягиваю носки. Она едет со мной в автобусе. Она смотрит моими глазами. Она и есть я.
Я не выбирал это. Никто не выбирает. И всё же я виню себя. Кто-то отдал бы жизнь за один мой спокойный вдох, а я не могу им распорядиться. Не потому, что отказываюсь. А потому, что внутри что-то хрустнуло и рассыпалось.
И это больше не чинится.