Предполётный экзамен и гроза аэродромов

Утро следующего дня встретило команду Марины Беленькой прохладой и ярким октябрьским солнцем. Ровно в 07:00 вся братва уже стояла у вертолёта Ми-2. Пельмени и «Три Топора» остались в приятных воспоминаниях, а сейчас на кону была новая сложная задача: срочный вылет в дальний таёжный район для доставки полярного груза и эвакуации застрявших геологов. Маршрут пролегал через горный перевал с непредсказуемой розой ветров и обледенением.
Но главный сюрприз ждал команду прямо у ворот ангара. Рядом с Мариной Никифоровной стоял высокий, подтянутый человек в строгой тёмно-синей шинели с иголочки. Его лицо казалось высеченным из гранита, а под мышкой он сжимал массивный кожаный планшет.
— Команда, смирно! — чётко скомандовала Марина Беленькая. — Знакомьтесь. Это Глеб Степанович Лютый — главный инспектор по безопасности полётов управления гражданской авиации. Он прибыл без предупреждения с внеплановой проверкой. Глеб Степанович летит с нами. От его вердикта зависит, допустят ли наш борт к выполнению этого сложнейшего задания.
Братва переглянулась. Смекайло-де-Цопфи тихонько вздохнул, а слесарь Мирон Токарев покрепче перехватил набор ключей. Лютый славился на всю гражданскую авиацию как «Гроза аэродромов» — он замечал малейшую соринку в кабине и мог отстранить от полётов целый экипаж за неправильно закрученную гайку.
— Здравствуйте, товарищи авиаторы, — ледяным тоном произнёс Лютый, поправляя очки в тонкой оправе. — Подвиги — это прекрасно, ордена — заслуженно. Но для меня главное — буква инструкции. Сами понимаете, задание у вас высшей категории сложности: горы, обледенение, груз на пределе взлётного веса. Начинаем предполётный осмотр. Бортинженеры, ко мне.
Анжела Власенко и Смекайло-де-Цопфи шагнуть вперёд. Лютый подошёл к несущему винту Ми-2 и провел пальцем в белой перчатке по комлю лопасти.
— Бортинженер Власенко! Доложите состояние противообледенительной системы лопастей. И почему на левом борту шаг-газ имеет люфт в полмиллиметра выше нормы по старому паспорту?
Анжела не дрогнула. Позавчерашний орден на её комбинезоне ярко блеснул на солнце.
— Товарищ главный инспектор! Согласно последнему циркуляру Минтранса для модифицированных Ми-2, данный люфт является технологическим допуском для работы в условиях низких температур. А противообледенительная система проверена лично мной и Владимиром Пиняевым полчаса назад. Сопротивление нагревательных элементов — 1.2 Ома, что соответствует идеальной норме. Блок автоматики КИПиА ОСП-2 работает без сбоев.
Лютый прищурился, заглянул в свой планшет и недовольно хмыкнул. Срезать Анжелу с ходу не удалось. Тогда он повернулся к Смекайло.
— А вы, Смекайло-де-Цопфи, объясните мне, что это за нештатная проводка идёт от панели предохранителей к дополнительному обогревателю кабины? Кто утверждал схему?
Смекайло хитро улыбнулся, включив всю свою народную смекалку:
— Глеб Степанович, дык это же не просто обогреватель! Это дублирующий контур обогрева стёкол кабины пилота на случай отказа основного генератора при обледенении в горах. Схема собрана через плавкий предохранитель номиналом 15 Ампер и полностью изолирована асбестовым шнуром. Рационализаторское предложение зарегистрировано в журнале техчасти за номером 42. Безопасность пилота — превыше всего!
Старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов вовремя шагнул вперёд и раскрыл перед инспектором тот самый журнал с аккуратными подписями. Лидия Беленькая и Татьяна Трофимова замерли, ожидая реакции. Наступила звенящая тишина.
Лютый внимательно изучил запись, затем строго посмотрел на Марину Беленькую. Та спокойно и уверенно смотрела прямо в глаза «Грозе аэродромов».
— Что ж, Беленькая, команда у тебя зубастая, матчасть знает, — Лютый впервые за утро едва заметно улыбнулся уголками губ и снял белые перчатки. — Бумаги в порядке, техника подготовлена безупречно. Риск огромный, но с такими специалистами... К полёту допускаю! Занимаю место в салоне.
— Есть! — с облегчением выдохнула Марина. — Команда, по местам! Ангелина, задраить люки. Запуск двигателей!
Два двигателя Ми-2 синхронно запели свою мощную авиационную песню, лопасти превратились в прозрачный круг, и вертолёт плавно оторвался от земли, уходя на штурм сложного горного перевала. Сзади, среди ящиков с оборудованием, строгий инспектор Лютый молча застёгивал привязные ремни, понимая, что эта братва никогда не подведёт. Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!