Этюд Аэлита. Тайный даритель

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита вошла в кабинет профессора с абсолютно прямой спиной и лицом человека, который держит оборону на последнем рубеже. В руках у неё была серебристая лента, обрывок от большого бантика. Лесли шла следом и сочувственно похлопывала её по плечу.
— Я провалила обмен подарками, — объявила Аэлита, кладя ленту на стол. Рядом с карандашом. Тот не шелохнулся: он уже ждал худшего.
— Расскажите по порядку, — попросил профессор, откладывая книгу.
— В редакции затеяли игру «Тайный даритель», — начала Лесли. — Каждый тянет имя коллеги и покупает ему подарок. Анонимно.
— Аэлита вытянула главного редактора, — добавила она.
— Это не случайность, — мрачно сказала Аэлита. — Это испытание. Я две недели думала, что ему подарить. Он человек сложный. У него есть всё и нет чувства юмора.
— И что вы выбрали?
— Дорогую перьевую ручку. С гравировкой «Тому, кто видит дальше всех».
— Хороший подарок, — одобрил профессор.
— Я думала то же самое. Но у меня дома живёт кот, у которого скоро день рождения. Ему я купила мышку с бубенчиком. Она тоже была в подарочной обёртке, с карточкой «Самому грозному охотнику».
— Вы догадываетесь, что случилось, — вставила Лесли.
— Я догадываюсь, — вздохнул профессор.
— В пакет я положила не то, — призналась Аэлита, прикрывая глаза. — Утром я торопилась, коробки были одинаковые. На вечеринке, перед всей редакцией, шеф развернул обёртку и достал мышку. Грязно-серую. С красным бубенчиком.
— Звенела? — с интересом спросил профессор.
— На весь зал, — сказала Лесли. — Он потряс её. Секунд пять. Мне показалось, это были самые длинные секунды в истории журналистики.
— Что было на карточке? — уточнил профессор.
— «Самому грозному охотнику», — тихо ответила Аэлита. — Он прочитал это вслух.
— Он улыбнулся, — заметила Лесли. — Не сразу. Но улыбнулся.
— Он сказал: «Благодарю, Аэлита, я всегда знал, что вы цените мою охотничью хватку». — Аэлита закрыла лицо ладонью. — И положил мышку в нагрудный карман пиджака. Бубенчик торчал оттуда весь вечер. Каждый раз, когда он наклонялся, раздавался звон.
— А кот? — спросил профессор.
— Кот получил перьевую ручку, — сказала Аэлита. — Я нашла её утром на полу. Он уже сломал колпачок и позолоченным пером ловил солнечный зайчик. На гравировку смотрит с презрением. «Тому, кто видит дальше всех». Очень по-кошачьи.
— Это почти пророчество, — заметил профессор.
Лесли достала из сумки маленький бумажный свёрток.
— Редактор попросил передать. Оставил на моём столе.
Аэлита развернула бумагу. Внутри лежала кошачья расчёска и записка: «Для хозяйки охотника. Квиты. Г. Р.»
— Я не понимаю, это угроза или дружба? — прошептала она.
— У него нет чувства юмора, — напомнил профессор. — Значит, это всерьёз. Квиты, значит квиты.
— Он повесил мышку на ручку кабинета, — добавила Лесли. — Теперь у него звонок. Все стараются поворачивать ручку замка тише.
Аэлита выпрямилась, и в её глазах мелькнула привычная искра.
— Получается, подарок удался. Просто не в той форме.
— Получается, да, — согласилась Лесли.
Из коридора донеслось тоненькое звяканье бубенчика, потом неторопливые шаги. В дверь кабинета осторожно постучали. На пороге стоял главный редактор, с мышкой в нагрудном кармане.
— Простите, профессор, — сказал он. — Я ищу Аэлиту. Хотел спросить, где она купила ручку для кота.
— Ручку для кота? — переспросил профессор.
— Моя жена просит такую же. Для своего шефа...
Профессор молча достал из ящика блокнот и записал: «Купить карандашей с гравировкой. Пригодится».

Конец эпизода.