2. The Punisher 1989

После провала «Howard the Duck» Marvel действительно надолго исчезла с больших экранов, и следующая попытка оказалась почти противоположной по принципу. Если Говарда попытались превратить в масштабное фантастическое семейное приключение, то «The Punisher» вообще не требовал от Голливуда изобретать новый жанр. Фрэнк Касл не обладал сверхспособностями, не нуждался в сложной мифологии и не требовал отдельного фантастического мира. Его исходная конструкция была предельно понятной для американского кино: человек теряет семью, объявляет войну преступникам и постепенно превращает эту войну в смысл собственного существования. Marvel здесь могла не объяснять Голливуду, как снимать необычного супергероя. Она могла просто поместить своего персонажа в уже существовавшую модель криминального боевика.

Выбор Дольфа Лундгрена окончательно закрепил это направление. Касл в исполнении звезды боевиков конца 1980-х существует прежде всего как физическое присутствие: он молчит, действует жестко и почти не выходит за пределы собственной войны с преступным миром. В этом смысле фильм очень последовательно растворяет Marvel в эстетике тогдашнего взрослого боевика. Но вместе с этим исчезает значительная часть специфики самого Карателя. Фрэнк Касл интересен не просто как человек, который убивает преступников, а как человек, чья первоначальная трагедия превратила войну в патологическую форму жизни. В фильме эта внутренняя конструкция остается лишь обозначенной: перед нами уже сформировавшийся мститель, но значительно слабее ощущается путь, который превратил обычного человека в Карателя. Лундгрен играет не столько сложного персонажа, сколько жанровый тип сурового одиночки — и именно здесь адаптация становится проще самого исходного материала.

Еще показательнее отказ от фирменного визуального образа. В фильме нет знаменитого черепа на груди, который в комиксах является не просто эмблемой, а частью мгновенно узнаваемого образа Карателя. Фрэнк существует здесь как человек внутри грязного криминального мира, а не как герой комиксовой вселенной. Для конца 1980-х это было логичным решением: если сама форма супергеройского кино еще не стала устойчивым голливудским языком, одного из наиболее приземленных персонажей Marvel можно было вообще не делать супергероем. Его можно было приспособить к существующему боевику. В результате «The Punisher» гораздо менее амбициозен, чем «Howard the Duck», зато гораздо точнее определяет собственный жанр. Сам Марк Голдблатт позднее выражал сожаление по поводу удаления фирменного черепа, что хорошо показывает масштаб этого компромисса: адаптация сознательно отказалась от одного из самых важных визуальных признаков персонажа.

Но эта жанровая определенность не превратила фильм в большое экранное событие. Проблема была уже не в том, что Голливуд не понимал, каким должен быть фильм, а в том, что этот фильм так и не стал частью полноценного кинематографического рынка. Из-за финансовых проблем NewWorldPictures запланированный американский прокат сорвался: в США «ThePunisher» в итоге вышел напрямую на домашнем видео в 1991 году, тогда как за пределами страны получил международный кинотеатральный прокат. Фильм так и не стал полноценным кинотеатральным событием, но его художественный компромисс интересен сам по себе. В отличие от Говарда, Карателю не требовалось изобретать для себя необычный кинематографический язык: его мир естественно вписывался в криминальный боевик конца 1980-х. Проблема заключалась в другом. Чем органичнее Фрэнк Касл существовал внутри этого жанра, тем легче было принять его за очередного сурового одиночку, потерявшего семью и объявившего войну преступникам. Жанр давал фильму готовую форму, но не гарантировал сохранения индивидуальности героя. «ThePunisher» оказался убедительнее как боевик, чем как самостоятельная интерпретация персонажа Marvel.