Три жизни. Часть 60. Глава 107

Встреча на борту.

 Небольшой, но очень уютный Олимпийский терминал морского порта Хельсинки встретил нас шумной и пёстрой толпой отъезжающих пассажиров. Прямо перед нами суровой преградой выстроилась длинная, плотная очередь на паспортный контроль. Двигалась она медленно, но все пограничные формальности на этот раз прошли на редкость гладко, и после быстрого досмотра заветный крытый коридор наконец-то привёл нас на борт родного, такого знакомого теплохода «Георг Отс».

 Едва ступив на палубу, пришлось сразу повернуться к подруге, хорошо помня по прошлому разу, как стремительно люди расхватывают все уютные кресла в салонах:

  — Лиза, где мы обоснуемся? Давай скорее искать подходящее место, пока ещё не всё занято!

  — Пойдём вон туда! — предложила моя спутница, аккуратно указывая рукой на свободный столик, расположившийся неподалёку от ярко мигающих игровых автоматов.

 Мы с облегчением уселись на мягкие стулья, поставили дорожные сумки, и женское любопытство наконец-то взяло верх над прежней осторожностью. Оглядевшись по сторонам, удалось открыть свой таинственный стокгольмский пакет и приняться бережно, по одной доставать те самые летние вещи, которых от чистого сердца накидал в шведском бутике молодой араб. Конечно, при ближайшем, спокойном рассмотрении это оказались самые простые, недорогие трикотажные майки и лёгкие блузки, но Боже мой, с каким же искренним, чисто детским восторгом мы с Лизой перебирали и рассматривали этот неожиданный заграничный презент! В те дефицитные годы каждая подобная вещь являлась для нас на вес золота.

 Движимая самым искренним порывом, я тут же тепло предложила подруге:

  — Лизка, выбирай себе всё, что понравится! Бери, не стесняйся, это нам общий подарок от судьбы.

 Но Лиза, мягко улыбнувшись, решительно отказалась, мотнув головой. Видимо, стокгольмское потрясение ещё слишком сильно держало её, и прикасаться к этим вещам ей просто не хотелось.

 Пока мы оставались полностью увлечены этим приятным делом, «Георг Отс» глухо и мощно загудел, палуба под ногами мягко завибрировала, и наш теплоход медленно отчалил от финского берега, уверенно держа курс в сторону любимого, родного Таллинна.

 Народ на корабле собрался самый разный, разношёрстный: здесь присутствовали чинные финны, громкие шведы, о чём-то своём оживлённо переговаривались туристы-корейцы... Но среди всей этой пёстрой иностранной публики по какому-то невидимому внутреннему маркеру, по скованности в движениях и скромной, неброской одежде можно было сразу безошибочно определить — кто наш, советский человек.

 Тем временем у игровых автоматов вовсю кипела жизнь: там с весёлым звоном непрерывно сыпались монеты, раздавался азартный смех, шумели деньги. Лиза, буквально заворожённая этим ярким зрелищем, легонько толкнула меня локтем в бок:

  — Тань, а давай пойдём посмотрим ближе, как они играют?

  — А как же наши вещи? — испуганно засомневалась я, с явной опаской глядя на оставленный на столе пакет с подарками.

  — У нас не воруют, — проходя мимо нашего столика, по-доброму и с лёгкой улыбкой успокоил нас высокий эстонский официант в белоснежной рубашке.
Окончательно успокоившись, мы поднялись и направились к звенящим аппаратам. И вот, у одного из самых ярких игровых автоматов мы с Лизой с искренним любопытством остановились.

 Возле этого автомата, у которого мы так заворожённо замерли, стоял мужчина.

   Тимо, дорогой мой, я твёрдо знаю и абсолютно уверена, что ты сейчас внимательно читаешь эти строки. Давай вместе, сквозь годы, вспомним тот самый незабываемый майский день, который по одной тонкой, невидимой ниточке просто свёл и удивительно сплёл наши человеческие судьбы...

 Он оказался невысокого роста, полноватый, одетый в длинный, строгий тёмно-синий плащ и безупречно чистую белую рубашку. Но самым удивительным в его облике было лицо — невероятно доброе, открытое, излучающее такое глубокое внутреннее тепло, что про себя я сразу же тепло подумала: «Добряк, одним словом».

 В тот раз удача была полностью на его стороне, и автомат с громким, победным звоном выдал ему весьма приличный выигрыш. Мужчина плавно обернулся, его внимательный взгляд встретился с моим, и он открыто, очень доброжелательно мне улыбнулся. Заметив наше искреннее женское любопытство, он щедрым, красивым жестом протянул нам пригоршню звенящих выигранных монет, предлагая тоже испытать слепую судьбу. Наша отчаянная Лиза, мгновенно позабыв про недавний стокгольмский испуг, азартно согласилась и с весёлой улыбкой сыграла свою самую первую в жизни партию.
Автомат снова замигал разноцветными огнями, а наш новый благородный знакомый, искренне и тепло радуясь вместе с нами, вежливо предложил пройти в уютный бар. На эти вырученные от внезапного выигрыша деньги он галантно пригласил нас присесть за свободный столик, чтобы угостить горячим чаем и наконец-то познакомиться поближе.

                Продолжение тут:http://proza.ru/2026/10/16/490