Кукла с грустными глазами, ч 2

В России поменялись ориентиры, и бал правили деньги. Появились первые богачи, так называемые «новые русские». Евгению в институте тоже перестали платить зарплату, и на семейном совете было решено, что он подаёт заявление об уходе. Планов пока никаких не было, но, как в жизни бывает, помог случай. Евгений встретил сокурсника, который открыл свой бизнес. А попросту — возил из-за заграницы дефицитные вещи и продавал их по знакомым и даже на барахолке. При маленькой зарплате врача Нины в поликлинике выбора у Евгения тоже не было. Так кандидат исторических наук стал торгашом, а в Союзе их раньше называли попросту спекулянтами. Чтобы заглушить свою гордость и совесть, Евгений стал прикладываться к бутылке. А у дочери начался трудный переходный возраст. Нина по ночам плакала, а на работе жаловалась Наталье на свою жизнь, где чёрные полосы практически полностью слились в одно чёрное полотно… Подруга Ирина к тому времени покинула Питер и поселилась на границе с Украиной в небольшом посёлке, где ей предложили заведовать поликлиникой. В Питере её, по сути, ничего не держало, а дождливый климат подтачивал здоровье. Подруги некоторое время не общались, как-то потерялись в круговерти быстро меняющегося времени. Кто был никто — тот стал хозяином жизни. Население стремительно разделилось на бедных и богатых.
Нина с Евгением и Таней всё же не сползли на самое дно. Женя перестал ездить за барахлом, они с другом организовали фирму по продаже компьютерной техники. И дела пошли в гору. К тому времени Орловы, подняв голову, прикупили себе однокомнатную квартиру рядом с родительской, в которую переехали после их смерти, расширили её, сделали ремонт. Жить бы и радоваться...
Только кто-то там, наверху, как-то неравномерно распределил горе и радость. В один из летних дней Нине позвонили на работу и спросили, кем ей приходится Евгений Николаевич Орлов.
- Муж, а что случилось? - сердце у Нины забилось в бешеном ритме, горло пересохло.
- Он не справился с управлением и получил травмы, несовместимые с жизнью, мне очень жаль, - голос говорившего звучал всё тише, а потом и вовсе затих.
Нину подхватила старшая медсестра, позвавшая её к телефону…
 Как и зачем жить дальше? Без любимых родителей и мужа. Танюшка не могла быть опорой матери. Она очень любила отца, и его уход стал для неё крахом. Две женщины замкнулись в своём горе.
Иногда Нина видела во сне маму. Галина, молодая, с длинными светлыми волосами, стояла на лугу с алыми маками, грустно смотрела вдаль и тихо говорила:
- Крепись, моя девочка. Евгению тут хорошо, он любит тебя и дочку. Только с его уходом твои испытания не закончены. А мои молитвы бессильны. Жаль, что при жизни я в Бога не верила. Ходи в церковь, ставь свечки за упокой и за здравие дочери. Верь, он есть, и он милосерден…
Нина просыпалась и задыхалась от гнева:
- Как может быть милосердным Бог, если он забрал самых близких людей? Как?
 А мама оказалась права, испытания, горькие и непереносимые, ждали Нину впереди. Дочь умерла у неё на руках, оставив ей сына Петра. Да только судьба не уберегла и её ненаглядного мальчика, воспитанного ею настоящим мужчиной, как дедушка Женя. Он сам и бесповоротно решил идти защищать Родину.
В 2024 году Нина Сергеевна Орлова, бывший терапевт, осталась в этом мире совсем одна…
 Сегодняшнее апрельское утро не предвещало хорошей погоды, но истинные ленинградцы любили свой город и при солнце, и при дожде. Зонтик стал постоянным их атрибутом. Только Нина сегодня его забыла. Впрочем, она в последнее время много чего забывала и часто не помнила, куда и зачем шла. И уж точно, ей ничего не было нужно на рынке у метро. Она бродила по извилистым рядам без всякой цели, выйдя из дому, чтобы просто побыть среди людей и как-то отвлечься и заглушить свои воспоминания. Стены давили на неё, а каждая, даже самая маленькая вещица, напоминала о внуке.
 Она смотрела под ноги, натыкаясь иногда на впереди идущих покупателей, извинялась тихим голосом и останавливалась, делая вид, что чем-то заинтересовалась. Потом шла дальше. Зачем? Куда? Она не знала, она просто двигалась в равнодушном людском потоке. И вдруг… На скамеечке у старушки она увидела сидящую куклу с грустными глазами и длинными русыми волосами.
- Кого же она мне напоминает? - промелькнуло в голове. - Боже, да это же вылитая Иринка! Не может такого быть!
- Сколько вы хотите за свою грустную красавицу? - спросила Нина старушку.
- Да недорого, всего семьсот. Внучке она уже не нужна, а мне на лекарство не хватает. Вот и вышла на рынок, может, кому-то и приглянется. Если будете брать, я уступлю, - старушка умоляюще посмотрела на Нину.
- Я её забираю. Сдачи не надо, - Ирина протянула тысячную купюру.
- Как не надо? Кто же так торгуется?
Только Нина её не слышала, посадив куклу на одну руку, как когда-то носила Танечку и Петрушу. Кукла была выполнена копией ребёнка, ручки с ноготками, глаза с радужной оболочкой, на ножках складки. Одета в вязаную оранжевую кофточку на пуговках и беретик, натянутый на лобик, а на голые ножки надеты модные кеды.
- Бедная ты моя Иришечка, замёрзла, наверное. Ну ничего, до дому скоро дойдём. Потерпи, моя хорошая.
Только не успели. Как часто бывает в Питере, хлынул дождь. Ближе всего жила Наталья, с которой Нина давно не виделась. К ней она и побежала, нырнув в подъезд вслед за мужчиной. Так же быстро поднялась на второй этаж и позвонила.
- Кто там? - Спросила подруга. Голос её стал каким-то скрипучим.
- Это я, Нина.
- Боже мой, Нина! - Наталья распахнула дверь и испугалась, увидев на руках подруги девочку с длинными волосами и голыми ножками.
- Да не пугайся, это кукла! - впервые за долгое время Нина улыбнулась. И вошла.
- Не успели до дождя домой добежать. Промокли, можно у тебя немного обсохнуть?
- Ниночка, о чём ты говоришь! Можешь и переночевать, если хочешь.
- Нет, спасибо. Чаю сделаешь? Ещё бы с ликёром. - Нина посадила куклу на тумбочку, а сама сняла сырую курточку и размотала шарф, успевший промокнуть.
- Конечно, сейчас поставлю, - и полная женщина проворно подхватила чайник, налила туда фильтрованной воды и включила.
- Хорошо, что пошёл ливень. А так бы ты и не зашла… Понимаю… Сочувствую. Не знаю, Ниночка, за что Бог на тебя обрушил свой гнев. Может, кто-то из далёких предков сильно нагрешил, а ты за них расплачиваешься? Мы многое не знаем. Может там, на небе, живётся гораздо лучше, чем нам, цепляющихся за эту земную жизнь? Все мы приходим сюда в одиночестве, потом теряем близких, потом и сами уходим одинокими. Иногда думаю — зачем всё это? Я тоже по своему Василию тоскую, а дети и вовсе живут под обстрелами на Белгородчине. А бросить дом, хозяйство и работу не могут. Эх, жизнь! - Наталья заварила в кружках пакетики чёрного чая.
- Где-то в шкафах были какие-то бутылки, остатки прежней роскоши. Помнишь, Нин, несли нам в подарок и коньяк, и шампанское, и конфеты… Всё прошло. Да, кстати, а где ты взяла куклу? И зачем она тебе?
- Сейчас покажу, - Нина помчалась в прихожую и вернулась с куклой. - Вот, посмотри на её лицо. Никого не напоминает?
- Боже мой, да ведь это наша Ирина! Такого не может быть!
- Вот и я так сказала, когда увидела куклу. Как живая! Мне даже жалко её стало, что она не по погоде одета. Наташ, пошьёшь ей брючки? Коричневые или чёрные. Ты ведь у нас мастерица! Это я иголку в руках держать не могу. Поэтому и хирургом не стала. А так бы пошла на фронт.
- О чём ты говоришь, Нина? Какой фронт? Тебе седьмой десяток! Память нас подводит, руки иногда дрожат, а к вечеру устаём, будто две смены отработали! Какие с нас работники? Выделяем из пенсий посильные средства на помощь ребятам, уже хорошо, нам на том свете зачтётся. Да и за то, что бескорыстно помогали больным. Коньяк и конфеты не считаются! - Наташа засмеялась своим переливчатым смехом.
Потом снова посмотрела на куклу с грустными глазами и тихо спросила:
- Об Ирине так ничего и не слышно? Жива ли?
- Не знаю. В их поликлинику дрон влетел, это из официальных источников. А дальше простая фраза: есть пострадавшие, количество уточняется. Господи, когда же закончится эта война? Не могу смотреть телевизор и читать новости… Мне кажется, я постепенно схожу с ума. Разве такое можно пережить? Вот если бы у Пети была семья, ребёнок, был бы в моей жизни хоть какой-то смысл. А так... — по щекам Нины потекли слёзы.
- Да, бедная моя подруга, непомерная ноша легла на твои хрупкие плечи. Ну ты не замыкайся, звони, заходи.
- Когда сам себе противен, то зачем ещё и друзей обременять?
- А что, друзья нужны только в радости? Они у нас тоже были, но чаша горя почему-то перевесила… А куклу оставляй, завтра заберёшь.
- Ладно, спасибо за чай, тепло, за дружбу. А говорят, что женской дружбы не бывает. Зря говорят, - Нина размазала по щекам слёзы.
Наталья обняла Ниночку, похожую на подростка, а та уткнулась носом в её плечо и снова зарыдала. Так они простояли минут десять, а потом Нина на ходу набросила куртку, схватила сумочку и выскочила из двери, будто за ней кто-то гнался.
 Дома Нина приняла горячий душ, выпила снотворное и юркнула в постель. Она давно перестала её застилать покрывалом, когда-то привезённым мужем из Китая. Многие бытовые мелочи вплоть до ежедневного душа ушли в прошлое. Иногда Нина пропускала и вечернюю чистку зубов. Впрочем, зубов становилось всё меньше, а заставить себя пойти к стоматологу Нина не могла. Да и не хотела. Сегодня она тоже их не чистила, зато быстро уснула.
 Сначала ей снился маленький Петя. Он сидел в кроватке и игрался с игрушками. Дёргал за уши любимого зайчика, потом тянул в рот его хвостик. Заразительно смеялся. К нему подошла Танюша, взяла его на руки и подбросила вверх. Весь дом наполнился звоном колокольчика. А в его кроватке появилась кукла с длинными волосами и грустными глазами. Она посмотрела на Нину с укором и тихо сказала:
- Зачем ты бросила меня у чужой тёти? Я только нашла тебя, бабушка, а ты бросила. Меня столько раз бросали… Я так любила Оленьку, мою хозяйку! Она тоже меня любила, но быстро выросла и оставила меня за ненадобностью на даче. Там я просидела в холоде всю зиму. Потом на дачу приехали родственники. Какая-то противная девчонка Зинка схватила меня и давай тормошить, дергать за волосы. Хорошо, что бабушка Оли забрала меня к себе. Но не любила. Просто из-за внучки забрала, она её тоже очень любит. Но Оля и к бабушке не часто приходит. Бедненькая бабушка ждёт каждый день, гостинцы на столе держит. Оленька у неё единственная внучка. Я тоже по ней скучаю. Почему жизнь так несправедлива, ты любишь, а тебя не любят? - из грустных зеленоватых глаз выкатились хрустальные слезинки. Они упали кукле на ладошки, а она их протянула Нине… Всё исчезло. Закружились снежинки, замели комнату по самые окна. Зима пришла неожиданно и надолго...
 Нина открыла глаза. Сердце бешено колотилось. Сон ли это? Всё отчётливо видела и слышала. Потом разжала ладонь — на ней лежали четыре хрустальных шарика. Откуда? Не могла же Нина попасть в потусторонний мир?
Нина посмотрела на часы — пять утра. Рано звонить подруге. И заснуть уже не получится. Нина встала, надела тёплый спортивный костюм и пошла к компьютеру. Набрала в поисковике: «Кукла с реалистичными деталями». И вот какой ответ получила: «Такие куклы действительно существуют! Чаще всего их называют реборнами (от англ. Reborn — «возрождённый»). Их главная фишка как раз в том, чтобы максимально похоже имитировать живого младенца или маленького ребёнка — вплоть до мельчайших деталей».
Далее шло краткое описание, как их делают и несколько примеров кукол. Одна из них была очень похожа на Иришку.
- Так вот оно что! А я и не знала о существовании таких кукол. А их, оказывается, можно применять и для терапевтического лечения. Наверное, не зря она мне попала в руки! Буду с ней, как с ребёнком, разговаривать. Или это признак сумасшествия?
 Нина захлопнула ноутбук и пошла на кухню. Захотелось кофе. Впервые за многие месяцы ей чего-то захотелось. Она про себя это отметила и заглянула в шкаф, где когда-то стояла баночка с зерновым кофе.
- Не выдохся ещё? - Нина открыла баночку и потянула носом. Запах кофе ещё чувствовался. Она нашла кофемолку, насыпала туда зёрна, включила. Воспоминания сразу же вернули её в то время, когда Женя по утрам варил ей кофе. Так же журчала кофемолка, такой же приятный запах молотого кофе разносился по дому.
- Женя, Женя… Зачем же ты оставил меня одну на белом свете? Зачем? И внука не увидел… Впрочем, тебе, наверное, повезло больше — тебе и хоронить его не пришлось… - у Нины потекли слёзы.
Она их не вытирала, вздохнула только глубоко и насыпала кофе в турку.
Как же давно она не пила настоящий кофе! Терпкий, душистый, с небольшой горчинкой. Она не любила с сахаром, только горький.
Время текло медленно. А Нине так хотелось поскорее поехать к Наташе за куклой! Но в то же время перед подругой было неудобно, ведь не обязана она с утра заниматься навязанной ей работой. Наверное, свои дела тоже есть.
- А какие дела у пенсионерки? Тоже ведь одна живёт. Ладно, в десять позвоню, может, сразу и пойду. Дождя вроде не обещают. А весна всё же холодная стоит!
Нина давно не заглядывала в свой платяной шкаф. Да ведь она почти и не выходила из дому. А тут вдруг захотела надеть юбку вместо привычных джинсов и какой-нибудь свитерок. Ну не совсем же она старуха! Одежда в шкафу немного запылилась. Нина взяла выбивалку, открыла балкон, а потом каждую вещь прохлопала. Заодно и выбрала подходящую юбку в клетку и кремовый джемпер.
За работой время пролетело, и в половине одиннадцатого Нина набрала номер подруги.
- Алло! Наташа, извини, я не рано? Не разбудила?
- Ой, Нина! Нет, конечно! Я ведь просыпаюсь то в пять, то в шесть. Больше не сплю. Читаю, иногда включаю какую-нибудь познавательную передачу. Увы, бессонница и врачей одолевает! А ты по поводу куклы? Уже раскроила, буду шить.
- Я не помешаю, если сейчас подойду?
- Нин, что ты всё время спрашиваешь и извиняешься? Мы с тобой почти сёстры. Жду, приходи. - Наташа даже немного рассердилась. А потом успокоилась и продолжила шитьё.
 Конец второй части. Ждите продолжение.