Том восьмой Глава 24. Кукла, которая помнила Ленин

# Путешествие по Вселенной Проза.ру

Том восьмой

## Глава 24. Кукла, которая помнила Ленинград

В Санкт-Петербург Сергей приехал за фотографией, на которой его не могло быть.

Фотография была сделана в 1942 году.

Сергею предстояло родиться только через двадцать четыре года.

И всё-таки женщина, позвонившая ему накануне, уверяла, что на снимке рядом с её матерью стоит именно он.

— Сергей Моисеевич, — сказал Артём, когда поезд остановился у платформы Московского вокзала, — предлагаю сразу договориться об одном.

— О чём?

— Если здесь обнаружится ещё один вы, домой поедет тот, у которого настоящий паспорт.

— А если паспорта у обоих настоящие?

— Тогда я уволюсь.

— Ты у меня разве работаешь?

— После всего, что мы пережили, считаю, что имею право хотя бы на выходное пособие.

Сергей рассмеялся.

Поезд медленно опустел.

Они вышли на платформу.

Петербург встретил их холодным октябрьским воздухом, гулом вокзала и запахом мокрого железа.

У выхода стояла женщина лет сорока пяти в тёмно-синем пальто.

В руках она держала лист бумаги.

На листе было написано:

«СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР».

— Нас встречают, — заметил Артём.

— Посмотрим, кто именно.

Женщина увидела их, свернула лист и шагнула навстречу.

— Сергей Моисеевич?

— Да.

— Я Екатерина. Мы разговаривали по телефону.

— Рад знакомству.

— Взаимно. Только прошу вас: прежде чем мы поедем, не задавайте мне вопросов о фотографии.

Сергей удивился.

— Почему?

— Потому что я сама ещё не знаю, какая из двух фотографий настоящая.

Машина Екатерины двигалась по утреннему Петербургу.

За окнами проплывали старые фасады, мосты, трамвайные пути.

Город постепенно просыпался.

— Вы говорили, что храните куклу, — начал Сергей.

— Да.

— Она принадлежала вашей матери?

— Нет.

— Тогда кому?

Екатерина посмотрела в зеркало заднего вида.

— Девочке, которую моя мать спасла во время блокады.

Сергей откинулся на сиденье.

— Расскажите.

— Мама работала в госпитале. Совсем молодая была. Когда началась блокада, ей не исполнилось и двадцати.

— Как её звали?

— Анна Михайловна.

— А девочку?

— Вера.

— Сколько ей было лет?

— Шесть или семь. Точного возраста мама не знала.

Екатерина помолчала.

— Девочка оказалась одна. При ней была кукла. Старая, тканевая, с фарфоровой головой. И маленькая записка.

— Какая?

— «Передать Анне».

— Больше ничего?

— Номер. Одиннадцать.

Артём повернулся к Сергею.

— Опять?

— Похоже, этот номер ездит за нами без билета.

Екатерина не улыбнулась.

— Вы ещё не знаете самого странного.

— Чего именно?

— Куклу невозможно открыть.

— В каком смысле?

— У неё внутри что-то есть. Мама всю жизнь знала об этом, но не разрешала повреждать игрушку.

— Почему?

— Говорила, что открыть её можно только тогда, когда придёт человек с правильным именем.

Сергей посмотрел на неё.

— Каким именем?

Екатерина остановила машину перед старым домом.

— Бухдрукер.

Дом находился неподалёку от Фонтанки.

Четыре этажа.

Высокие окна.

Тяжёлая парадная дверь.

Внутри пахло старым деревом, краской и немного лекарствами.

Екатерина поднялась на третий этаж.

Открыла квартиру.

— Проходите.

Сергей вошёл первым.

На стенах висели фотографии.

Семейные портреты.

Снимки военных лет.

Небольшие акварели.

На комоде стояла стеклянная витрина.

Внутри лежала кукла.

Небольшая.

В выцветшем платье.

С фарфоровой головой и руками из ткани.

Один глаз был чуть светлее другого.

Сергей приблизился.

— Она действительно старая.

— Мама говорила, что куклу изготовили ещё до революции.

— Есть подтверждение?

— Нет. Только её воспоминания.

Сергей кивнул.

Он уже привык различать три вещи: то, что человек помнит, то, что он считает правдой, и то, что можно подтвердить.

Екатерина достала из шкафа папку.

— Вот фотографии.

Она положила на стол два снимка.

На первом стояла молодая женщина в военной форме.

Рядом — маленькая девочка с куклой.

Позади виднелся кирпичный дом.

На обороте была дата:

1942 год.

Второй снимок изображал ту же женщину, ту же девочку и того же кирпичного дома угол.

Но рядом стоял мужчина.

В пальто.

С непокрытой головой.

И с лицом Сергея.

Артём наклонился над столом.

Потом посмотрел на Сергея.

Потом снова на фотографию.

— Ну что, выходное пособие мне полагается?

Сергей не ответил.

Он внимательно рассматривал изображение.

Сходство было поразительным.

Но мужчина выглядел примерно так же, как Сергей сейчас.

— Где вы взяли второй снимок? — спросил он.

— Мама оставила.

— Когда?

— После смерти нашла в её документах.

— А первый?

— Он всегда висел дома.

— То есть вторая фотография раньше никому не была известна?

— Мне — нет.

Сергей взял лупу, лежавшую рядом с папкой.

Осмотрел края.

Потом оборот.

На первом снимке бумага пожелтела неравномерно.

На втором — выглядела значительно новее.

— Екатерина, можно сделать фотографии обеих сторон?

— Конечно.

Артём достал телефон.

Сергей продолжил изучение.

И вдруг заметил едва различимую надпись на воротнике мужчины.

Не на самой одежде.

На небольшом металлическом значке.

Буквы:

«П-11».

— Это что-то вам говорит? — спросил Сергей.

Екатерина покачала головой.

— Нет.

— А мне говорит.

— Что?

— В Челябинске мы нашли вагон с номером одиннадцать. Он использовался для экспериментов с реконструкцией воспоминаний.

Артём посмотрел на фотографию.

— Думаете, этот человек оттуда?

— Думаю, фотография могла быть создана или изменена значительно позже войны.

Екатерина нахмурилась.

— Но зачем?

Сергей посмотрел ей в глаза.

— Вот это мы и приехали выяснить.

В одиннадцать часов двадцать минут в дверь позвонили.

Екатерина никого не ждала.

Она посмотрела в глазок.

И побледнела.

— Там мужчина.

— Какой?

— В сером пальто.

Артём мгновенно поднялся.

— Не открывайте.

Сергей подошёл к двери.

— Кто там?

Мужской голос ответил:

— Из городского архива. Принёс документы для Екатерины Михайловны.

— Оставьте контактные данные. Мы перезвоним в архив и согласуем получение.

Пауза.

— Документы срочные.

— Тогда тем более необходимо подтвердить их происхождение.

Мужчина за дверью усмехнулся.

— Сергей Моисеевич, вы всегда такой осторожный?

Сергей замер.

— Мы знакомы?

— Пока нет.

— Тогда откуда знаете моё имя?

— Я читал вашу книгу.

— Какую?

— Ту, которую вы ещё не написали.

Артём молча достал телефон.

Включил запись.

Сергей продолжил:

— Представьтесь.

— Это не имеет значения.

— Для меня имеет.

За дверью что-то зашуршало.

Потом мужчина сказал:

— Передайте Екатерине, что если она хочет сохранить память о матери, ей лучше отдать куклу.

— Кому?

— Мне.

— На каком основании?

— Потому что она не принадлежит вашей семье.

Екатерина подошла ближе.

Голос её дрожал.

— А кому принадлежит?

Мужчина ответил:

— Человеку, который умер семьдесят лет назад.

Шаги за дверью стихли.

Артём посмотрел в глазок.

— Ушёл.

Сергей подошёл к окну.

Во дворе мужчина в сером пальто садился в автомобиль.

Тёмный.

Без заметных опознавательных знаков.

Артём успел снять машину и номер.

— У меня есть запись, — сказал он.

— Хорошо. Сохраним её и сообщим о визите в полицию.

Екатерина сидела возле комода.

Она смотрела на куклу.

— Я столько лет её хранила. Никогда не думала, что из-за неё придут чужие люди.

Сергей присел рядом.

— Значит, внутри действительно может находиться что-то важное.

— Мама всегда это говорила.

— Вы готовы показать нам документы, связанные с куклой?

Екатерина кивнула.

Она открыла нижний ящик комода.

Достала деревянную шкатулку.

Внутри находились письма, несколько фотографий и маленькая записная книжка.

На первой странице было написано:

«АННА МИХАЙЛОВНА. ЛЕНИНГРАД. 1942».

Екатерина передала книжку Сергею.

— Здесь мама записывала имена людей, которым помогала.

— Можно посмотреть?

— Да.

Сергей открыл первую страницу.

Почерк был мелким.

Аккуратным.

В нескольких местах буквы расплылись от влаги.

Он перелистывал осторожно.

Имена.

Адреса.

Номера палат.

Даты.

Затем наткнулся на запись.

«ВЕРА. 7 ЛЕТ.

НАЙДЕНА У ПОДЪЕЗДА.

КУКЛА.

ПЕРЕДАТЬ ЧЕЛОВЕКУ С БУКВОЙ Б.

НОМЕР 11».

Сергей показал страницу Артёму.

Тот прочитал.

— Буква Б. Бухдрукер?

— Не обязательно.

— Но совпадение интересное.

— Очень.

На следующей странице находилась ещё одна запись.

«ЧЕЛОВЕК ИЗ АРХИВА ПРИХОДИЛ ВНОВЬ.

ТРЕБОВАЛ ДЕВОЧКУ.

НЕ ОТДАЛА».

Сергей поднял голову.

— Екатерина, ваша мать когда-нибудь рассказывала о человеке, который пытался забрать Веру?

— Нет.

— Совсем?

— Только однажды сказала: «Иногда самое трудное — не спасти человека, а потом не отдать его тем, от кого он спасался».

К полудню Сергей понял, что расследование придётся вести сразу в двух направлениях.

Первое — установить происхождение фотографии.

Второе — выяснить, кто такая Вера.

Артём нашёл в записной книжке адрес.

Он был написан на отдельном листке.

«НАБЕРЕЖНАЯ. ДОМ 11.

КВАРТИРА 18».

— Сергей, — сказал он, — вам это ничего не напоминает?

— Номер одиннадцать и комната восемнадцать?

— Да.

Сергей посмотрел на адрес.

— Нам уже встречались оба числа.

Екатерина поднялась.

— Этот дом недалеко. Но квартира давно не существует.

— Почему?

— После войны здание перестраивали. Теперь там архивное учреждение.

Сергей посмотрел на неё.

— Какое?

— Архив городской истории.

Артём усмехнулся.

— Прекрасно. Значит, человек из архива, который приходил за куклой, мог иметь отношение к этому адресу.

— Или просто воспользовался совпадением, — сказал Сергей. — Проверим.

Они договорились обратиться в архив официально.

Но прежде Екатерина показала ещё один документ.

Пожелтевший лист.

На нём стояла печать.

«ЛЕНИНГРАДСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ МИЛИЦИИ».

Сергей внимательно прочитал текст.

Это была копия справки о передаче найденного ребёнка под временное попечение.

Фамилия девочки отсутствовала.

Имя:

Вера.

Возраст:

ориентировочно семь лет.

Особые приметы:

«ПРИ СЕБЕ ИМЕЕТ КУКЛУ».

В графе «Дополнительные сведения» было написано:

«ПЕРЕДАНА АННЕ МИХАЙЛОВНЕ ДЛЯ ПОСЛЕДУЮЩЕГО УСТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ».

Ниже находилась подпись.

Неизвестная.

И ещё одна отметка.

«ДЕЛО № 11».

Сергей положил документ на стол.

— Теперь у нас есть хотя бы отправная точка.

— Что будем делать? — спросила Екатерина.

— Попробуем найти архивную запись, соответствующую этой справке.

— А если её нет?

— Тогда проверим, что сохранилось в других фондах.

Артём заметил на обороте листа еле заметную строку.

— Сергей, здесь ещё что-то есть.

Он поднёс бумагу ближе к свету.

Сергей прочитал:

«НЕ ПЕРЕДАВАТЬ ЛИЦАМ, ПРЕДСТАВЛЯЮЩИМСЯ СОТРУДНИКАМИ СПЕЦИАЛЬНОГО АРХИВА».

Екатерина закрыла рот рукой.

— Значит, мама защищала девочку.

— Похоже на то.

— Но от кого?

Сергей покачал головой.

— Пока неизвестно.

В этот момент у Екатерины зазвонил телефон.

Номер был скрыт.

Она ответила.

— Слушаю.

Женский голос произнёс:

— Екатерина Михайловна?

— Да.

— Вы сейчас не одна?

Екатерина посмотрела на Сергея.

— А кто спрашивает?

— Человек, который знает, где находится Вера.

Екатерина побледнела.

— Она жива?

— Да.

— Где она?

— В Петербурге.

— Можно с ней поговорить?

— Можно. Но сначала передайте трубку Сергею Бухдрукеру.

Екатерина медленно протянула телефон.

Сергей взял его.

— Слушаю.

Женщина произнесла:

— Сергей Моисеевич, вы ищете куклу, которая помнила Ленинград. Но вы ещё не поняли главного.

— Чего именно?

— Кукла ничего не помнит.

— Тогда почему все её ищут?

— Потому что внутри находится список людей, которых решили заставить забыть собственные имена.

Сергей посмотрел на куклу.

— Кто вы?

— Вера.

Никто в комнате не двигался.

Сергей медленно сел.

— Вера?

— Да.

— Та самая девочка?

— Да.

— Сколько вам сейчас лет?

— Девяносто один.

Сергей быстро прикинул.

Возраст примерно соответствовал записи 1942 года.

— Вы помните Анну Михайловну?

На другом конце провода послышалось тяжёлое дыхание.

— Каждый день.

— Почему вы раньше не связались с её семьёй?

— Потому что мне запрещали.

— Кто?

— Люди, которым было необходимо, чтобы я умерла.

Сергей нахмурился.

— Вы сейчас в безопасности?

— Пока да.

— Где вы находитесь?

— Я не могу сказать по телефону.

— Тогда как нам встретиться?

Женщина ответила:

— Приезжайте в дом, где раньше была квартира восемнадцать.

— Когда?

— Сегодня.

— Во сколько?

— Через час.

— И как мы вас узнаем?

Вера тихо рассмеялась.

— Я буду держать такую же куклу.

Связь оборвалась.

Они вышли из квартиры через двадцать минут.

Екатерина несла шкатулку с документами.

Куклу оставили дома, закрыв витрину.

Артём вызвал машину.

Сергей ещё раз посмотрел на фотографию 1942 года.

Собственное лицо на снимке продолжало казаться невозможным.

Но теперь он подозревал, что именно фотография была не главной загадкой.

Главной загадкой была Вера.

Девочка, которую когда-то пытались отнять у женщины, спасшей ей жизнь.

И которая спустя восемьдесят четыре года сама позвонила людям, разыскивающим её прошлое.

Машина остановилась возле старого здания.

Над входом висела табличка:

«ГОРОДСКОЙ АРХИВ».

Сергей вышел.

Посмотрел на окна.

И внезапно увидел на втором этаже знакомую фигуру.

Мужчина в сером пальто.

Он стоял за стеклом.

И смотрел прямо на них.

Через несколько секунд мужчина отошёл.

В окне появилась пожилая женщина.

Она держала куклу.

И медленно подняла руку.

Сергей почувствовал, как сердце забилось быстрее.

— Артём, — произнёс он, — кажется, нас ждут.

Они вошли в здание.

На первом этаже их встретил охранник.

— Куда направляетесь?

— На встречу с Верой, — ответил Сергей.

Охранник поднял глаза.

— С какой Верой?

— Пожилая женщина. Сейчас стоит у окна второго этажа.

Мужчина нахмурился.

— На втором этаже сегодня никого нет.

— Как это?

— Архив закрыт на санитарный день.

Сергей посмотрел на часы.

— Но мы видели женщину.

— Значит, ошиблись.

Артём достал телефон.

Показал фотографию окна.

На снимке действительно была женщина.

С куклой.

Охранник побледнел.

— Где вы это сняли?

— Минуту назад.

— Но это невозможно.

— Почему?

Охранник медленно поднялся.

— Потому что это окно находится в помещении, которое закрыто уже сорок лет.

Они вызвали дежурного администратора.

Тот приехал через двадцать минут.

После проверки документов и согласования доступа помещение открыли.

На втором этаже находилась длинная комната.

Пустая.

С пыльными шкафами.

Заколоченными окнами.

И старым столом у стены.

На столе стояла кукла.

Точно такая же, как у Екатерины.

Рядом лежал конверт.

На нём было написано:

«СЕРГЕЮ БУХДРУКЕРУ».

Артём посмотрел на Сергея.

— Опять?

Сергей осторожно взял конверт.

Внутри находился лист.

Он прочитал:

«ЕСЛИ ВЫ НАШЛИ ЭТО ПИСЬМО, ЗНАЧИТ, ДЕВОЧКА ВЫЖИЛА.

НО ИМЯ ЕЁ ПО-ПРЕЖНЕМУ НЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ЕЙ.

НАЙДИТЕ ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ПЕРВЫМ НАЗВАЛ ЕЁ ВЕРОЙ».

Под письмом стояла подпись.

«АННА МИХАЙЛОВНА».

И дата.

1942 год.

Сергей перевернул лист.

На обороте находилась фотография.

Одиннадцать человек.

Военная форма.

Белые халаты.

Гражданские пальто.

И среди них — мужчина, невероятно похожий на Сергея.

Рядом с ним стояла маленькая девочка.

С куклой.

На фотографии была надпись:

«ПРОЕКТ ОДИННАДЦАТЬ.

ПЕРВЫЙ СПИСОК».

Сергей медленно опустил лист.

— Артём...

— Я вижу.

— Значит, проект начался не в 1983 году.

— А когда?

Сергей посмотрел на дату.

— Во время блокады.

Екатерина стояла у окна.

Она не могла оторвать взгляда от куклы.

— Но это не мамина.

— Почему? — спросил Сергей.

— У маминой один глаз светлее другого.

— А у этой?

— Одинаковые.

Сергей приблизился.

На платье куклы была вышита цифра.

Одиннадцать.

И маленькая буква.

«В».

Екатерина осторожно повернула игрушку.

На спине обнаружилась застёжка.

Не такая, как у старой куклы дома.

Новая.

Металлическая.

— Её кто-то переделывал, — сказала она.

Сергей попросил не открывать игрушку до осмотра специалистами.

Он уже собирался положить её обратно, когда заметил на столе ещё один предмет.

Железнодорожный билет.

Тот самый формат.

Та же бумага.

Та же станция.

«ТУПИКОВАЯ».

Только дата отправления была другой.

1942 год.

А станция назначения называлась:

«ГОРОД, КОТОРОГО НЕТ».

Артём тихо произнёс:

— Сергей Моисеевич, мы только что нашли билет, выписанный за сорок один год до появления нашего вагона.

Сергей внимательно рассмотрел бумагу.

Потом сказал:

— Или кто-то очень хочет, чтобы мы так подумали.

Когда они вышли из архива, уже темнело.

Екатерина попросила отвезти её домой.

Сергей согласился.

По дороге никто почти не разговаривал.

Каждый думал о своём.

Артём — о человеке в сером пальто.

Екатерина — о матери.

Сергей — о фотографии.

Ему казалось, что все события последних дней постепенно складываются в одну огромную историю.

Но каждый раз, когда он находил ответ, появлялся новый вопрос.

И теперь этот вопрос был особенно неприятным.

Кто и зачем включил его в фотографии людей, живших задолго до его рождения?

Поздно вечером Сергей сидел в гостинице.

Перед ним лежали копии документов.

Он раскрыл ноутбук.

Открыл страницу Проза.ру.

В списке новых сообщений обнаружилось письмо.

От неизвестного автора.

Тема:

«ВЫ ИСКАЛИ ВЕРУ».

Сергей открыл.

«СЕРГЕЙ МОИСЕЕВИЧ!

ВЫ ПРИЕХАЛИ В ПЕТЕРБУРГ ЗА КУКЛОЙ.

НО НЕ ОБРАТИЛИ ВНИМАНИЯ НА ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫЙ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ НАХОДИЛСЯ РЯДОМ.

ОН НЕ НОСИТ СЕРОГО ПАЛЬТО.

ОН НЕ УГРОЖАЕТ.

ОН НЕ ПИШЕТ КНИГ.

НО ОН ЗНАЕТ, ПОЧЕМУ НА СНИМКАХ 1942 ГОДА ВАШЕ ЛИЦО.

СПРОСИТЕ ЕГО О ДВУХ ФОТОГРАФИЯХ».

Сергей перечитал письмо.

Две фотографии.

Первая — без него.

Вторая — с ним.

Он вспомнил, кто первым обратил внимание на различие.

Артём.

Сергей медленно повернулся к двери соседнего гостиничного номера.

Там остановился Артём.

Телефон завибрировал.

Пришло новое сообщение.

«НЕ СПЕШИТЕ ЕГО ОБВИНЯТЬ.

ОН И САМ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ПОМНИТ».

Сергей поднялся.

Подошёл к двери.

Постучал.

— Артём, ты не спишь?

За дверью послышалось движение.

Потом голос:

— Нет. Заходите.

Сергей открыл дверь.

Артём стоял у стола.

Перед ним лежала старая фотография.

На ней были изображены одиннадцать человек.

И среди них — Сергей.

Но теперь рядом с ним находился ещё один мужчина.

Молодой.

Высокий.

С лицом Артёма.

Сергей остановился.

Артём посмотрел на него.

— Сергей Моисеевич, я хотел вам кое-что сказать.

— Что именно?

— Мне сегодня звонил отец.

— И?

Артём медленно перевернул фотографию.

На обороте стояла надпись:

«ДВА ЧЕЛОВЕКА, КОТОРЫХ ЕЩЁ НЕ БЫЛО».

Он поднял глаза.

— Отец сказал, что наша семья хранит эту фотографию уже сорок лет.

Сергей молчал.

Артём продолжил:

— Только раньше на ней не было ни вас, ни меня.

Ночью Сергей долго не мог уснуть.

За окном шумел Петербург.

Проезжали машины.

Светились окна соседних домов.

Город жил своей обычной жизнью.

И где-то среди миллионов людей находилась женщина по имени Вера.

Женщина, пережившая блокаду.

Женщина, знавшая, почему её имя оказалось связано с загадочным проектом.

Сергей открыл тетрадь.

Записал:

«Мы приехали за куклой.

Но, кажется, нашли историю о людях, которых пытались заставить забыть собственное прошлое.

И теперь кто-то пытается переписать наше».

Он закрыл тетрадь.

Положил ручку.

И только тогда заметил маленький конверт возле двери.

Его не было несколько минут назад.

На конверте находилась надпись:

«ТОМ ВОСЬМОЙ.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ».

Внутри лежала фотография старого театра.

Перед входом стояла длинная очередь.

Люди держали в руках номерки.

У каждого был номер главы.

А у самого последнего человека вместо номера находилась надпись:

«АВТОР».

Сергей перевернул фотографию.

Прочитал:

«КАЖДЫЙ ХОЧЕТ СТАТЬ ГЕРОЕМ.

НО КТО СОГЛАСИТСЯ ОСТАТЬСЯ ЧЕЛОВЕКОМ?»

Он улыбнулся.

— Хороший вопрос.

И в этот момент из соседнего номера послышался крик Артёма:

— Сергей Моисеевич! Идите скорее!

Сергей выбежал в коридор.

Дверь соседнего номера была распахнута.

Артём стоял перед зеркалом.

На его отражении был другой человек.

Седой.

В старом железнодорожном мундире.

И с металлическим жетоном номер одиннадцать.

Следующая глава — Том восьмой. Глава 25. «Очередь в герои».