Эпизод 14. 2 Африка

Весь мир был для него открыт.
Он пробовал жить везде — и почти везде ему не нравилось.

Африку хвалили все. Все туристы, конечно, захлебывались от впечатлений. От ее усыпанного звездами неба, напоминающего  щедро рассыпанную по  темно-синему полотну манную крупу,  которую некому  подмести, до закатов, написанных кистью безумного художника ярко-желтым по кроваво-алому. Все эти  пышные иссиня-зеленые леса,  невероятных размеров и   форм цветы, запахи эти пьянящие, сводящие с ума весь мир,   его персонально нисколько не впечатлили.

В лесах невозможно было гулять одному, только в специально отведенных местах и с охраной,    иногда с оружием. Оружие  в руки не давали. Заповедники, мать их. 

Деревья в этих заповедниках были не ухожены, лианы     небрежно раскиданы по   ветвям,   вперемешку засохшие с  зелеными, обезьяны — наглы,   змеи -  внезапны. 

Как-то  неожиданно оказалось, что все это достаточно опасно. Львы — могут  реально разорвать, от укусов некоторых змей смерть почти мгновенна, слоны топчут  нормальных людей без всякого логического обоснования. Лихорадка — вообще невидимый враг распыливший своих шпионов в  виде комаров, от которых укрыться невозможно, защититься — нереально,  и тебя ждет восхитительная ипохондрически-маниакальная  русская рулетка длиной во весь твой трип (trip- путешествие),   если ты не привит.

Каждый вечер он приходил изможденный жарой и эмоциями,  утомленный ожиданием    случайностей. С  облегчением   констатировал, что еще один день прожит почти без потерь, не считая пропотевшей и помятой ( максимум — порванной ) одежды. И, надудонившись коньяка и  кубинских сигар,   отключался прямо на кресле   веранды, не досмотрев до конца   шоу с закатывающимся за горизонт солнцем.
Быстро заскучав от всех этих  неминуемых ежедневных неожиданностей даже на   разрешенных официальными инструкциями  отшлифованных тропах , он  уже на второй неделе почувствовал , что   от этой прекрасной Африки  устал.

Жара ему не нравилась. Близость к природе  оказалась не самым  глубинным его влечением.
Немного будоражила его воображение  охота. Слоны, львы, смелые охотники в  шляпах в виде кухонного дуршлага с полями и красивые картины с ружьем наперевес и ногой на поверженном враге ему чудились еще в детстве, конечно... Но и  с охотой — на которую    он обычно  шел  с удовольствием -  тут  не сложилось. Все делалось как-то.. с оглядкой постоянно,   в полном впечатлении что за тобой из-за ближайших кустов подглядывает лев или буйвол или еще какая-нибудь чисто африканская гиена, которая, зазевайся ты — не оставит от тебя даже бейджика.
 
А такой риск он не любил.
 
Природа  была, конечно величава,  но раздражало все. Москиты были чересчур навязчивы, пески чересчур  суховаты,  днем жарило, ночью морозило,  города шокировали  грязью и запущенностью, население нищенствовало,   ландшафты, куда ни глянь,  захватывали хоть что-нибудь из этой нищеты  перемешивалсь с картинками откровенного шарлатанства и  бандитизма, и откровенно не радовали глаз.

Принц подумал-подумал и решил прервать путешествие  досрочно.
Ничего здесь по сути такого — раздумывал он  очередным вечером,  попыхивая сигарой и глядя на   отчаянно  рыжее солнце, скачущее  у горизонта, кроме шоколадных принцесс. Но их  я  в любом другом месте  легко найду.
И на следующее утро рванул  домой, прихватив из отеля парочку шоколадок, чисто так, в качестве сувенира.