Механизмы времени - 117. Словацкий орлой

 
 Механизмы времени - 117: Словацкие астрономические часы (Стара-Бистрица, Словакия)   

В живописном горном крае Кисуце, среди изумрудных лесов и холмистых гряд Жилинского края, раскинулась уютная словацкая деревня Стара-Бистрица. Именно здесь, на тихой центральной площади святого Михаила, воцарилась подлинная сказка, где воедино сплелись древние традиции, тонкое художественное чутье и совершенная инженерная мысль двадцать первого века. Речь идет о Словацких астрономических часах (Slovensk; orloj) — уникальном шедевре, возведенном в две тысячи девятом году в ходе масштабной реконструкции поселения. Этот архитектурный ансамбль по праву носит статус единственных астрономических часов в стране и самой крупной деревянной скульптурной композиции во всей Словакии.
Внешний облик часового комплекса — плод творческого гения академического скульптора Вилиама Ловишки и архитектора Ивана Ярины. Издалека фасад здания напоминает фантастический замок, сошедший со страниц преданий, однако его силуэт несет глубокий сакральный смысл. Вся композиция спроектирована в виде величественной сидящей фигуры Божьей Матери Семь Скорбей — Небесной Покровительницы Словакии. Деревянная кровля башни, уложенная искусной черепицей-гонтом, плавно изгибается, воссоздавая складки ниспадающего мафория, укутывающего плечи Девы Марии. Необычные волнистые очертания фасада стали возможны благодаря сложнейшему каркасу из восьмидесяти деревянных ферм, формирующих «живой» скелет конструкции.
Нижняя часть фасада оформлена благородным словацким камнем — риолитом, добытым в карьерах близ Глиника-над-Гроном, чья текстура напоминает застывшие потоки лавы. В каменную драпировку цоколя вмонтированы круглые декоративные окна с прозрачными пластинами из золотого оникса — редчайшего отечественного мрамора, добываемого под Левице. Его внутренняя структура пронизана тонкими, сверкающими нитями, за что этот камень поэтично называют «золотыми волосами». В ночное время эти ониксовые пластины подсвечиваются изнутри, создавая мистическое, мягкое сияние, словно исходящее от самого земного лона.

В полукруглых нишах фасада, словно стражи национальной памяти, замерли шесть бронзовых бюстов, отлитых в знаменитой мастерской «Три камня» в Ступаве. Они воплощают ключевых личностей словацкой истории, разделенных эпохами, но объединенных любовью к родной земле. Древнейший период представляют мужественный князь Прибина с мечом в руке и великий король Святополк, чью голову венчают зубцы королевской короны древних словаков. Золотой девятнадцатый век олицетворяют просветители и кодификаторы словацкого литературного языка — Антон Бернолак и Людовит Штур. Завершают эту летопись в бронзе выдающиеся деятели бурного двадцатого столетия — политик и ученый Милан Растислав Штефаник и священник Андрей Глинка.
В самом сердце этого ансамбля бьется его сложнейший механизм — великолепная астролябия, выполненная пражской компанией SPEL по индивидуальным расчетам ученых. Это не копия знаменитых старинных пражских курантов, а абсолютно самостоятельный прибор, все астрономические данные которого выверены строго для географических координат Стара-Бистрицы. Главная плата астролябии поражает воображение своей цветовой палитрой, отображающей естественную смену фаз суток. Нижний черный сектор знаменует глухую полночную ночь, насыщенный красный цвет у краев символизирует нежную утреннюю зарю и вечерние сумерки, а центральное нежно-голубое поле воплощает ясный дневной небосвод. Изящные золотые линии-ободки делят диск на небесные сферы, обозначая экватор, тропик Рака, тропик Козерога и местный меридиан — черту, указывающую высшую точку стояния солнца над курантами.
Часы в Стара-Бистрице — единственные в мире, которые благодаря спутниковому программному обеспечению и сигналам точного времени DCF77 показывают истинное солнечное время, свободное от условностей часовых поясов. По циферблату плавно скользят стрелки-указатели. Стрелка с миниатюрным золотым диском Солнца путешествует по цветным секторам дня и ночи, указывая точное положение светила на небосклоне и его прохождение через знаки зодиака, нанесенные на внутренний круговой пояс астролябии. Вторая стрелка несет на себе серебряную сферу Луны, с поразительной точностью демонстрируя не только ее текущие координаты, но и меняющиеся лунные фазы. По самому внешнему краю механизма движется календарное кольцо, разделенное на триста шестьдесят шесть делений. Каждый день кольцо поворачивается ровно на один шаг, а золотая стрелка указывает текущее число и месяц. Особое место на календаре занимают главные государственные праздники и дни памяти Словакии, отмеченные крошечными ярко-красными звездочками.

Однако самое долгожданное чудо происходит на исходе каждого часа с восьми утра до десяти вечера, когда куранты оживают для своего механического театрального представления. В этот миг тишину площади нарушает чистый, глубокий металлический звон. На самом верху башни, в скрытых звонницах, установлены два особых колокола, каждый из которых наделен собственной душой. Первый из них — часовой колокол «Святой Юрай» (Святой Георгий), отлитый по инициативе губернатора Жилинского края Юрая Бланара. Именно он своим мерным боем отсчитывает бег часов и получасов. Вторым колоколом является «Риечницкая Мадонна», на чьем теле отлит силуэт Девы Марии, в точности повторяющий образ с главного алтаря затопленного костела. Этот колокол был передан в дар епископом Нитры Вилиамом Юдаком в память о трагически затопленных деревнях Риечница и Гарвелка, чьи земли ушли под воду при строительстве водохранилища Нова-Бистрица. Голос «Риечницкой Мадонны» служит музыкальным и эмоциональным фоном для главного действа — променада святых.
Когда колокол начинает свой перезвон, высоко над астролябией распахиваются небольшие резные дверцы. Из темноты башни на свет божий медленно и чинно выходят семь деревянных автоматонов — движущихся скульптур словацких апостолов и святых, чьи земные судьбы были неразрывно переплетены с историей, верой и культурой этой земли. Эти фигуры, дышащие теплом человеческих рук, были с любовью вырезаны из мягкой древесины тополя народным мастером-резчиком Петером Куником из города Тврдошин. Каждая скульптура, несмотря на свои скромные размеры, обладает яркой индивидуальностью, выразительным лицом и каноническими атрибутами своего духовного подвига.
Шествие открывает святой Константин, вошедший в мировую историю под монашеским именем Кирилл. Его фигура излучает мудрость первоучителя, принесшего славянским народам свет письменности. Вслед за ним величественно ступает его родной брат — святой Мефодий, архиепископ Моравии, держащий в руках пастырский посох и священные тексты, переведенные на славянский язык. Их парное появление напоминает о великой миссии солунских братьев на землях древней Великой Моравии.
 
За просветителями следуют фигуры ранних подвижников и отшельников, чьи имена овеяны мистическими легендами словацких гор. Третьим в процессии движется святой Андрей-Сворад, первый канонизированный святой Словакии, совершавший свои суровые аскетические подвиги в пещере у Тренчина и на горе Зобдор. За ним следует его верный ученик и духовный соратник — святой Бенедикт, разделивший со своим учителем тяготы пустынножительства и принявший мученическую смерть от рук грабителей. Их деревянные лики полны смирения и внутренней силы.
 
Пятым из ворот башни выходит святой Горазд — талантливый ученик Кирилла и Мефодия, уроженец здешних мест, которого сам Мефодий перед смертью назначил своим преемником на епископской кафедре. Шестым шествует святой Быстрик — мученик и епископ Нитранский, погибший в одиннадцатом веке во время языческого восстания, чье имя удивительно созвучно названию самой деревни, принимающей этот шедевр. Замыкает процессию святой Войтех (Адальберт Пражский) — епископ, миссионер и проповедник, оставивший глубокий след в христианизации всей Центральной Европы.
 
 Автоматоны плавно двигаются по круговой галерее за узорным оконным проемом. Под нежный аккомпанемент колокола они совершают свой вечный, размеренный круг, символизируя непрерывность духовной преемственности поколений и неумолимый ход самого времени. Завершив свой променад, святые один за другим скрываются за противоположной дверцей, которая плотно захлопывается до наступления следующего часа. На площади вновь воцаряется покой, нарушаемый лишь шелестом ветра в кронах деревьев и тихим, едва уловимым тиканьем сложнейших шестеренок внутри деревянного тела Богоматери. Этот механический театр в Стара-Бистрице заставляет каждого застыть в изумлении, напоминая о том, что даже самое точное современное время может быть наполнено живой душой, сказкой и глубоким уважением к ушедшим векам.