Капитан, Маркиза, Фомка

Эти описываемые мною события, происходили с 2007 по 2011 год.

Уезжал я со степного Ставрополья, в предгорья Краснодарского края с большой надеждой на лучшую жизнь.

Степи, куда меня занесло "каким то ветром", не были моей стихией, не стану никого винить, просто так наверное, вышло.... .
Но и здесь в Ставропольской станице, с первых минут я столкнулся с очередным "Фараоном" - угнетателем.
Это был председатель сельского совета, который при моей прописке,  посмотрев документы, и окинув меня взглядом сказал:
- Если пойдешь в колхоз трактористом, тогда пропишу, а если нет, ..... пеняй на себя.
Пришлось тогда пообещать этому чиновнику, заранее зная при этом что, поступлю совсем иначе, свой дом то уже был в станице куплен.
Как оказалось впоследствии, чиновники станичного масштаба, бывают очень даже злопамятны, и завертелось то, к чему мне уже было непривыкать.
Начались конфликты с местными фермерами и лицами работающими на них.  Дошло до стрельбы по моим воротам из проезжающего мимо трактора, и угроз физической расправы от незнакомых лиц.
Местные полицейские, только ехидно улыбались, когда я их вызывал.
Стало понятно что лучше постараться отсюда как нибудь уехать в горы и лес, о которых я к тому-же, так давно мечтал.
Осталось только как нибудь умудриться и продать свой дом чтобы на эти средства уехать из этой как оказалось, очень не простой станицы.
При дележке интересов тогда погиб от пуль местной мафии, районный казачий Атаман, а я простой человек, и что меня здесь ждет, было уже ясно.
Либо прогнуться под них, стать каким либо членом их сообщества, либо придумать как отсюда съехать, но это осуществить было очень непросто.
Начались "маневры" настроенных кем-то соседей, которые придумали способ обесценить мое подворье. Они решили построить свиноферму вдоль моего участка, в одном метре от моего жилого дома.
Немало было потрачено времени и нервов чтобы они отказались от своих планов.
Шло время, но продать дом все никак не получалось, местные не хотели платить, надеялись взять в итоге мой дом рано или поздно "по дешовке".
Подавал я объявления в газету Из рук, в Руки, но звонили из разных уголков небъятной, какие то мошенники.
Кто-то из них просил выслать копии всего пакета документов на дом и участок, находился даже такой что собирался отдать пока что часть в сумме пятьдесят тысяч рублей, но при этом привезти и вселить с вещами  в мой дом пожилую женщину инвалида, сам он тут-же уедет, а окончательный расчет будет как он решит свои какие то там дела.
В общем, попросил я его убедительно, больше мне не звонить.
Как то проездом с морского побережья, оставили почитать мои родственники куротную газету объявлений, и на мое счастье там был способ подачи объявлений с помощью СМС за 10 руб.
Вскоре нашлись покупатели, как оказалось это были Сочинские риэлторы, но и с ними было не просто, попытались меня обмануть, и не рассчитаться как положено перед сделкой, но я твердо стоял на своем,  и Натариус меня поддержала надавив на этих универсальных "профи" своим законом.
Вскоре я шел по улице неся в сумке целое состояние, 350 тыс. руб., и казалось тогда что скоро все мои проблемы, останутся где-то  позади.
Проследовал я тогда пешком на конечную остановку, откуда маршруткой уехал в станицу, обойдя всех званий и мастей привокзальных жуликов.
Через пару дней поехал в предгорья Кубани искать новое место жительства.
Местность была с виду тихой и спокойной, как в прямом, так и в переносном смысле.
Ветер докучавший в Ставропольских степях,  здесь полностью отсутствовал.
Общение с местными жителями было легким и непринужденным, и не вызывало подозрений.
Ночевать попал с виду к добрым и приветливым людям, но с наступлением темноты их доброта стала вдруг искажаться, в их глазах появилась напряженность и нездоровый блеск.  Сижу на стуле и думаю:
И чего себя зря накручивать, наверное все показалось.
Позвали к столу ужинать, но перед этим встали у стола и принялись что-то нашептывать все громче и громче. Потребовали чтобы я тоже встал и повторял все за ними.
Стою и думаю:
Надо-же, попал к каким то верующим фанатикам.

Их было в этом доме четверо,  маленькая, но очень любопытная девочка около 3 лет.  В ее чистых глазах  отражались окружающее пространство и предметы те что находились вокруг. На ней было яркое платье в мелкий разноцветный горошек на светло-желтом фоне.
Девочка бегала из комнаты в комнату и пыталась привлечь к себе внимание взрослых.
Ее мама, белокурая высокая и стройная женщина лет около 27,   была постоянно в движении и лишь изредка и ненадолго ее можно было увидеть сидящей на диване.
Бородатый хозяин дома был с виду простой и добрый парень,  худощавый среднего роста блондин, с прямыми волосами.
Проживал в доме еще его брат, но почему-то он был брюнет, и лишь чем-то напоминал собой хозяина дома.
Они принадлежали к одной из как их теперь называют тоталитарных сект.
Днем это были с виду обычные люди, но с наступлением вечера все преображались и у них начинались какие-то мне непонятные и настораживающие ритуалы.
Они предложили мне присоединиться к ним, поясняя что их бог будет рад если я это сделаю.
Но я сославшись на усталость ушел в другую комнату и попытался уснуть, но мне совсем не спалось.
То и дело сквозь стены проникали громкие непонятные мне слова со спецефической интонацией принадлежащие странным жильцам этого дома.
Вся эта вакханалия длилась до полуночи, после чего я уснул.
Рано утром меня разбудили ходящие туда-сюда хозяева дома,  они были с прежними, полными тепла и света глазами.
Мужчины вскоре ушли управляться по хозяйству, хозяйка хлопотала по дому, девочка на полу играла с котом.
Я стал собираться покинуть этот приютивший меня странный  дом. Хозяева ни в какую не хотели отпускать меня без завтрака, но я ответил что мне нужно многое успеть в этот короткий зимний день.
И вот я иду по станице, под ногами слышен хруст снега, обжигаюющий легкие свежий морозный воздух, и яркое восходящее солнце поднимающееся из за гор и бъющее своими разноцветными лучами в горные отроги Кавказского хребта.

К восьми утра я успел обойти все улицы этой горной станицы, в которой на первый взляд незаметил ничего плохого.
С восточной ее окраины протекала шумящая перекатами,  стекающая откуда-то с горных ледников с прозрачной водой река, напоминающая мне мою речку из детства. Через всю станицу протекал прозрачный ручей шириной около трех метров, в котором можно было увидеть если хорошо присмотреться, охотящуюся за бокоплавами форель.
Вокруг были невысокие, скалистые, покрытые лесом горы. Все это говорило о том что мне рыбаку, грибнику, и охотнику, без дела, здесь точно не остаться.
В девятом часу станица  стала оживать, то тут то там появлялись спешащие по своим делам люди, у которых я старался узнать о возможно продающихся домах, но никто из них не подсказал ни одного варианта.
И тогда у меня промелькнула мысль:
- Врут!
Ведь такого просто не может быть, чтобы в достаточно не маленьком населенном пункте ничего из жилья не продавалось.
Вскоре я зашел на почту, а затем и в магазин, где мне тоже ничем не смогли помочь, или почему-то не захотели.
Время поджимало, и мне нужно было решать, уехать из станицы, или идти ночевать снова к мягко сказать непредсказуемым людям из секты.
Решился уехать домой на Ставрополье, где меня ожидали сестренка с парализованной мамой.
Извилистая тропинка вела по каменистой долине реки сквозь густой ивняк к полуразрушенному мосту через реку. Но к мосту так просто было не пробраться. Через несколько рукавов были положены длинные в некоторых местах покрытые скользкой замерзшей за ночь пеной бревна, и по ним нужно было как-то пройти до первой опоры моста.
Для меня это не составило какого либо особого труда, но тогда я подумал, а ведь здесь ходят наверное так-же старики и дети.
По наклонной деревянной сколоченной гвоздями из тонких стволов ивы лестнице, я взобрался на недостроенный еще во времена СССР и частично смытый паводком железо-бетонный мост, и замер от восхитительного вида реки, уходящей своей долиной в укрытые снегом горы своими многочисленными перекатами сверкающими под ярким солнцем.
Но долго любоваться этой красотой мне не пришлось, и я поспешил на автобусную остановку куда должен был подойти последний в этот день автобус.
     ( Продолжение следует ).