Зубан
алоши, в самую глубь рыбцеха, нависал я сейчас над транспортерной лентой, - гляди, зубан какой - красавец! Свежак!
Мой верный товарищ и ученик согласно кивнул.
- А чего - в натуре мясо! - мы его не разу не пожарили, да не поели? Знаешь, какой он вкусный - особенно когда свежий! На берегу такого фиг поешь!
Вахта подходила к самому своему концу, отчего в голову лезли самые радужные и романтичные глупости.
Закончив вахту, мы с Вячеславом только что помылись в душе, но на ужин не поспешили. Сказав при том своим, что сейчас мухой почистим зубана, пожарим, и милости просим к Славке в каюту: редкий ждет деликатес.
Разделка красноперого зубана -атлантического карася, лично во мне вызывала теперь прекрасную ностальгию. Что там было пошкерить два десятка морских карасей, памятуя сотни промысловых вахт, когда восемь часов рука не выпускала шкерочный нож - до онемения.
Почистили мы достаточно зубана - так, чтоб в замечательную мою, привезенную с самого дома электрическую чудо - печь уместилось. Бухнули кусок масла сливочного, сыпанули на глаз перца - соли, перемешали, закрыли крышкой.
- Пусть жарится!
Зубан, конечно, не жарился, но тушился в в сливочном масле, но вкус блюда отттого явно не проигрывал.
- Славян, пойдем - пацанов позвать уже пора! Пока придут - уже и готово будет.
Опрометью метнулись по каютам, но увы - все уже спали... Провалился в сон, как в морские глубины, упаковщик Гена, что по хмельным его заверениям тридцать два раза горел на подводной лодке. Без задних ног спал его земляк и напарник Серега - бывший контрактник - суровый страж границы, за службу задержавший при переходе государственной не один десяток телят и коз и даже замшелого бомжа. Дрыхли братья Каплицкие - младший Олег - орденоносец, орел -десантник, и старший его братан Саня - пацифист, окончивший биофак универа:" Энтомолог, бабОчки! ". Беспробудно спали уже и чановой Владимир, и матрос Леха.
- Утомленные вахтой, блин... Ну что, Славян - придется нам вдвоем сковороду одолевать, отдуваться - с такими то товарищами: бросят в самую трудную минуту!
Верный Слава вздохнул и взялся за вилку. Я поднял крышку из-под которой клубами повалил пар с непередаваемым ароматом.
И мы ели, ели, ели, ели, ели, ели, ели... И ели, и ели, и ели, и ели, и ели!..
Нежнейшее белое мясо, плавало в сливочной заливке, разваливалось и таяло во рту. Причем, оно явственно ароматило лимоном - неспроста эту рыбу так ценили приезжие мавританские перекупщики. Это была феерия вкуса, и чистая обжорка.
- На берегу - разве ты позволишь себе скромную сковородочку, размером с колесо малолитражки, пареного зубана? Так ты - найди еще этого зубана, попытайся. А и найдешь вдруг если - будет он уже на семь раз перемороженный. А тут - свежайший продукт!.. Так ты еще не забывай про полкило сливочного масла - сколько оно сейчас стоит!
Поблагодарив таким образом морскую свою судьбу, мы опять взялись за вилки и ели, ели, ели, ели ... Ели, ели, ели, ели, ели... Ели, ели, ели - за себя и за спящих товарищей! - ели, ели, ели, ели, ели...
Еле - еле поднялись из-за стола. Только и замочив сковороду: "С утра помоем, на фиг: пусть отмокает'.
Сейчас ведется упорная борьба за потребление рыбы нашим населением. Обозначили было цифру, на которую должны были скоро выйти, потом расписались - мол, миссия невыполнима. Ну а мы тогда уже, в середине девяностых, увеличивали свое потребление изо всех си и свыше всяких цифр - молодцы! Ибо нет натуральнее продукта, чем морская рыба.И нет для меня вкуснее рыбы, чем тот тушеный зубан из вольной и бесшабашной молодости морской.
Свидетельство о публикации №226101601845