Данилина 94

      



Он улыбнулся и с любовью поцеловал сестру в лоб, прижав её голову к своему плечу. Александр смотрел на них и злился, не зная, что делать. Приехал Земцов с каким-то человеком, который сразу же приковал к себе внимание всех. Его вид был измождённый и неухоженный. Из-за чрезмерной худобы он выглядел старше своих лет: высокий, с седыми длинными волосами, завязанными в хвост, с белой бородой и усами, с красивой формой носа, будто скульптор, потратив больше всего времени на этот орган, выполнял какую-то только ему известную задачу. Самыми красивыми на этом худом лице были нос, большие серо-голубые глаза, глаза  мудреца, открыто смотревшие на мир, и раздвоенный подбородок, говоривший о силе его духа, характера. Земцов подошёл с ним к ожидавшей их группе и обратился к Стасу: 
- Здравствуйте, Станислав Аркадьевич! Как и обещал, я привёз вам повара. Пусть его внешний вид не смущает вас. Он хороший, добрый человек и великолепный повар. Его зовут Михаил.
Посмотрев на часы, он деловито продолжил: 
- Скоро привезут кухонную мебель, мебель в гостиную и в остальные спальни. Звонил ваш человек и интересовался, как движется процесс работы. Спрашивал, надо ли в чём-то помочь? Я открыто сказал, что нужны большой холодильник, хорошая стиральная машина-автомат, газовая плита и все кухонные бытовые приборы, которые есть за границей, но нет в нашей стране. Он сказал, что всё записал и передаст хозяину. И ещё рояль. У вас есть человек, разбирающийся  в музыке?
- Есть. А почему вы спросили?
- Советую вам самим выбрать инструмент и по качеству звука, и по цвету. Я оплачу.
- Хорошо. Есть ещё что-то? 
- Я передаю в ваши  руки Михаила. Теперь вы за него несёте ответственность.
Стас посмотрел на повара, который глаз не сводил с Данилины. Он медленно подошёл к ней, поклонился в пояс и тихо прошептал: 
- Святая, ты узнала меня?
Данилина радостно улыбнулась и кивнула головой.
- Я пришёл помогать тебе. Меня зовут Михангел, то есть ангел, подобный Богу. Но так можешь называть меня только ты, когда мы будем одни. Для всех я - Михаил.
- Здравствуй, учитель! Я рада, что мы встретились снова. Только называй меня Данилкой. Мы сейчас поедем в город, и ты поедешь с нами. Мы с тобой сядем в машину к моему брату Кириллу.
Михаил внимательно посмотрел на её брата и улыбнулся.
Стас подошёл к Любаше и ласково спросил: 
- Мамуль, что купить нам из продуктов? 
- Сынок, теперь у нас есть повар. Давай спросим у него, - тихо шепнула она.
Стас кивнул и позвал его.




Михаил подошёл к ним и представился.
- А я Любаша - мама Данилины или Данилки, как мы её называем. Мы не знаем, что надо купить из продуктов. Посмотрите, что есть в холодильнике и решите сами.
Михаил пошёл с ними. Борис посмотрел на жён своих друзей и спросил: 
- Вы уже знаете, что поедете с нами?
- Знаем, Борь, - ответила Маша. - Надо взять с собой что-нибудь попить. Лучше воды. Борь, налей три бутылки воды, пожалуйста. В кухне, ты увидишь, стоят все пустые бутылки. Кстати, надо мусор не забыть забрать  и выкинуть в контейнер по дороге. 
- Сейчас я заберу его в свой багажник, а по дороге выброшу. Пусть только Стас остановится у контейнера.
- Я скажу ему.
Из дома вышли Стас с Любашей и Михаилом. В руках у Михаила был длинный список.
- Через три дня привезут всё необходимое для кухни в новом доме, поэтому пока будем обходиться этой кухней, - заметил Михаил.
Стас с удивлением посмотрел на него, но ничего не сказал.
- Я могу выбрать сегодня необходимую для готовки посуду и кухонные принадлежности? 
- Конечно, - ответил Стас. - Выбирай и покупай всё, что тебе понадобится для кухни. Это твоя зона деятельности, поэтому никто туда вмешиваться не будет.
Увидев Бориса, Любаша спросила: 
- Сынок, ты что-то потерял? Скажи, и я помогу тебе найти.
- Тёть Люб, мне нужно набрать три бутылки воды, - ответил Борис. - Девчонки попросили с собой.
Стас вспомнил про бидоны и квас.
- Вот же растяпа! - воскликнул он, хлопнув себя по лбу. - Я совсем забыл попросить вымыть бидоны под квас.
- Ничего страшного, - тут же успокоила его Любаша. - Боря, поставь чайник, а я пока быстро сполосну бидоны.
Забрав их и бутылки с водой, она вышла на улицу.
- Чудесная женщина, - с тёплой улыбкой сказал Михаил. - Такая же светлая, как и её дочь.
- Это правда, - с нежностью сказал Стас. - Она теперь моя названная мама. Я её люблю, как родную.
- Ты правильный выбор сделал, сынок. Никогда не бросай их, даже когда твоего лучшего друга рядом не будет, - тихо произнёс повар и вышел на улицу.




Стас, ошеломлённый, лишь хлопал глазами. Опомнившись, он вышел следом. Забрав бидоны, они расселись по машинам. Александр с недоумением наблюдал, как его жена, Данилка, усаживается в машину к брату вместе с новым поваром. "Неужели она уже вычеркнула меня из своей жизни?" - эта мысль пронзила его, вызвав панику. С угрюмым видом он сел в свою машину.
- А почему Лина не села с нами? - с недоумением спросил Стас.
Маша резко толкнула его в ногу, и он понял, что что-то не так. Стасу стало не по себе. У его друга возникли проблемы, а он этого не заметил. Они выехали на дорогу и направились прочь из деревни.
- Саш, что между вами произошло? Расскажи мне. Думаю, моя жена всё знает, но из-за преданности подруге ничего не рассказала мне. Я это очень ценю. Для меня дружба тоже очень важна. Мне только стыдно перед другом, что я, занятый своими делами, ничего не заметил. Прости! Расскажи, что случилось между вами.
Александр рассказал всё без утайки.
- Стас, она постоянно бьёт на опережение. Сама сказала и сама сделала выводы, даже не выслушав меня. Говорит только она, и всегда говорит то, что сама себе надумает. Я иногда боюсь её, не зная, чего от неё ожидать дальше. Это надо же было такое сказать! Я её только спросил, что будет, если она не дождётся меня. Она тут же всё перевернула по-своему, сказав, что я сужу по себе, потому что не смог бы ждать, а просто сдался бы, так как не смог бы долго оставаться в одиночестве и в неведении. Я пытался ей сказать, что она не права, но она не слушает, а только говорит. В конце мне такое выдала, будто проклятие наложила. У меня чуть сердце не остановилось.
- Что она такое страшное сказала? - спросил Стас, слушая друга и изумляясь тому, какой категоричной может быть Данилина.
- Она сказала: "Не суди обо мне по себе. Ты совсем не знаешь меня. Если ты меня предашь, то я вычеркну тебя из своей жизни, из своей памяти, из своего сердца, а также сделаю всё возможное, чтобы дети тоже не простили тебя за предательство".
От этих слов у Стаса мороз пошёл по коже.
- Она что, совсем не контролирует то, что говорит? Это поведение не женщины, а диктатора. Разве можно такое говорить любимому человеку, ещё и отцу своего ребёнка? Тем более, если учесть, что она всю ситуацию будущего видела, а ты нет. Её душа уже готова к этому, а твоя только в растерянности. Она даже не дала тебе времени всё осмыслить как следует, но вердикт вынесла сразу же.
Помолчав и подумав немного, Стас сказал:
- Сашок, мне кажется, вам нужно ещё раз сесть и поговорить об этом. Маш, а ты согласна со своей подругой?




Слушая мужчин, Маша наконец осознала всю абсурдность обиды подруги. Зная её характер, она была вынуждена согласиться с мужем.
- Стас, ты прав, - признала она его доводы. - Зная свою подругу, скажу откровенно: если ей позволить делать всё, что вздумается, она может наломать таких дров, что потом расхлебывать придётся долго. Саша, тебе нужно с ней ещё раз поговорить. Если она снова будет стоять на своём, мы все вмешаемся в ваш конфликт. Иногда человека нужно ставить на место, причём сделать это желательно в присутствии её родителей и брата с женой.
- Саш, не трогай её сейчас, - посоветовал Стас. - Я понял так, что твоя жена, как норовистая лошадь, закусила удила и прёт напролом, ничего и никого не видя перед собой. Она всё равно будет делать по-своему. Повторяй все её действия, дай ей почувствовать, каково это - бить наотмашь. Маша, ни слова ей не говори. Мы должны им помочь, а не сделать хуже. Вы, женщины, легко привыкаете купаться в любви и ласке, забывая о том, кто дарит вам всё это, и становитесь эгоистками в своих требованиях. К счастью, ты у меня не такая. Я бы, как Саша, не потерпел такой наглости. Всё должно быть в рамках разумного. Я делаю вид, что ничего не знаю. А вы мне подыгрывайте.
Они остановились у контейнера. Стасу пришла идея.
- Саш, иди в машину Кирилла и попроси Михаила перейти к нам. Скажи, что мне нужно с ним поговорить. Сам можешь остаться с женой.
Александр понял замысел друга и быстро вышел из машины. Подойдя к Кириллу, он открыл дверь и передал слова Стаса. Михаил вышел, а Александр занял его место. Кирилл ухмыльнулся и поехал дальше. Александр сидел рядом с Данилиной и молчал, даже не прикоснувшись к ней, чем сильно озадачил её. Она растерянно смотрела вперёд. Когда дорога стала ухабистой, машину постоянно подбрасывало, и Данилина то ударялась головой, то плечом. Александр быстро схватил её и посадил к себе на колени, крепче прижав к груди. Она была искренне ему благодарна. Александру хотелось вдохнуть её запах, поцеловать в шею, зарыться в её волосы, но он сдержался, следуя совету друга. Кирилл наблюдал за ними через зеркало. Он тоже считал, что сестра поступила неправильно, но не мог ничего предпринять, пока не узнает, что на самом деле произошло между ними.




Стас первым делом направился на почту. Пока он решал свои дела, остальные терпеливо ждали его в машине. Кирилл обратил внимание, что Данилина всё ещё сидит у мужа на коленях, но в её глазах читалась явная растерянность. Александр больше не проявлял той нежности, заботы и внимания, к которым она привыкла. Сначала это её удивило, а затем и вовсе напугало. Только сейчас до неё начало доходить осознание происходящего: муж внезапно стал вести себя иначе. Почему? Или она опять перегнула палку своими словами и действиями? Вчера она столько всего ему наговорила, что неудивительно его нынешнее холодное отношение. Она обвинила его в предательстве, которого он ещё не совершил, а приговор уже был вынесен. Чем больше она размышляла об этом, тем абсурднее казались её обвинения. Она поняла, что была неправа по отношению к нему. Не зная, как быть дальше, Данилина зашевелилась, слегка поёрзав на его коленях. Александр, решив, что ей неудобно или она устала, приподнял её и усадил рядом на сиденье. Данилина ошеломлённо посмотрела на него, а затем отвернулась, заметив, что он даже не повернулся в её сторону. К горлу подступили слёзы. Кирилл незаметно наблюдал за реакцией сестры. По её поведению он догадался, что она, перебирая в памяти вчерашний разговор с мужем, начала осознавать свою ошибку. Иначе она не сидела бы так спокойно у Александра на коленях. Она не знала, как ей исправить положение, как загладить свою вину.
Александр откинулся на спинку сиденья, скрестив руки на груди, и закрыл глаза. Он боялся, что не выдержит этого мучительного молчания и равнодушия, что не сможет удержаться и схватит её в охапку, начнёт целовать. Ему так не хватало её любви, её радости, её счастья. Когда она звонко смеялась, он чувствовал себя могучим и сильным. Когда она плакала, ему хотелось жалеть её, как маленького ребёнка, заботиться, окутывать её своей любовью. Он почувствовал, что она тихо, беззвучно плачет. Его руки задрожали от желания обнять и прижать её к себе. Не в силах вынести этой пытки, он резко открыл дверь и вышел из машины. Данилина испуганно посмотрела ему вслед, чуть было не крикнув "Не уходи!". Александр хотел пересесть в другую машину, подальше от неё, но в последний момент передумал и вернулся.







                Продолжение следует