В гараже

Авиационный гараж Марины Беленькой снова встретил свою команду родным запахом машинного масла, канифоли и свежего сибирского ветра. Африканская жара осталась позади, и вся братва с наслаждением вдыхала прохладный воздух родных широт.
На большом верстаке уже красовалась огромная, расписанная золотыми буквами официальная благодарность от Международного географического союза и Академии наук. Географы и ученые, спасенные из огненной ловушки на «Хрустальном плато», не поскупились на добрые слова. В письме отдельно отмечались «беспримерное мужество экипажа Бе-250» и «гениальные инженерные решения технического состава».
Но внимание всей команды привлекло не наградное письмо, а огромный, перевязанный суровой бечевой тубус из плотной крафтовой бумаги, который доставил специальный курьер.
Марина Беленькая решительно подошла к столу, легким движением руки сорвала сургучную печать и вытряхнула на верстак плотные листы. Это были новые, невероятно загадочные чертежи.
— Так, авиация, ну-ка гляньте сюда, — Марина поманила всех рукой, включая рацию на прием.
Вся братва сгрудилась у стола. Старый техник Василий Васильевич Анисимов сразу надел очки и низко наклонился над синьками. Смекайло-де-Цопфи замер, его мощный ум мгновенно включился в аналитическую работу. Слесари Мирон Токарев и Володя Пиняев переглянулись — на схемах было изображено то, чего они еще никогда не собирали в своем гараже.
На чертежах красовался гибридный летательный аппарат. С виду — стремительный легкий экраноплан, но с поворотными реактивными соплами и странной, невиданной ранее формой крыла, напоминающей обратную стреловидность птичьего пера. В углу чертежа стоял гриф: «Проект "Буревестник-2026". Для испытаний в условиях сверхнизких температур и аномального давления». К схемам прилагалась записка от спасенного профессора-географа:
«Марина Никифоровна, эти схемы были найдены в архивах заброшенной полярной станции. Мы не знаем, полетит ли это. Но если кто-то на планете и способен воплотить этот чертеж в металл и поднять в небо — то только ваша команда».
— Мать моя женщина... — тихо выдохнул Мирон Токарев, ведя пальцем по линии фюзеляжа. — Тут же титановый силовой набор нужен особой вязки, обычная сварка не возьмет.
— А система стабилизации? Вы посмотрите на контур КИПиА! — оживился Володя Пиняев. — Здесь датчики должны работать на жидком азоте, иначе в стратосфере они просто ослепнут от статического электричества!
Смекайло-де-Цопфи хитро прищурился, взял карандаш и прямо поверх профессорского чертежа набросал пару линий в районе хвостового оперения.
— А если мы сюда поставим двухконтурный инжектор от нашего старого Ми-2 и закольцуем его на выхлоп? Народная смекалка мне подсказывает: эта птичка не просто полетит, она у нас с места вертикально в космос свечкой пойдет!
Анжела Власенко восторженно посмотрела на Марину:
— Командир, мы ведь соберем его? Я готова сесть за штурвал на первых же тестах!
Марина Беленькая победно улыбнулась и хлопнула ладонью по верстаку:
— Конечно соберем, Анжела! Братва, отставить отдых. Васильевич — на склад за титановым прокатом. Мирон, Володя — готовьте сварочные посты и азотные стенды. Смекайло — пересчитай аэродинамику хвоста с учетом твоей задумки.
Из глубины гаража уже доносился аппетитный стук ложек — Ангелина Мельник вместе с сестры Марины, Лидией и Татьяной, уже несли к столу огромную сковороду жареной с луком картошечки и неизменные «Три Топора», чтобы отметить начало нового великого проекта.
— Посидим часок, отпразднуем доверие науки, а с утра — за работу! — скомандовала Марина. — Нас ждет «Буревестник»!
Вот и сказки конец, а кто с чертежами разобрался — АВИАЦИОННЫЙ МОЛОДЕЦ!