Сталкер. История четверых, не считая мутанта 8

Глава 2. Толстый Лес

Село Буда они обошли стороной. После Выброса подход к деревне стал полностью недоступен: каким-то непонятным образом вокруг деревни образовались большие разломы, через которые невозможно было пройти.

— Надеюсь, там никого нет сейчас. В противном случае они заперты там, отрезаны от внешнего мира и обречены на долгую и мучительную смерть, — проговорил Пришлый, глядя на деревню.

— Мы все на это надеемся, — сказал Вялый.

В Толстый Лес они вошли уже ближе к вечеру. Радиационный фон был слегка завышен, но не опасен, а редкие аномалии, попадавшиеся по пути, были легко обнаружены Тишкой и помечены для доклада на карте.

Это деревня с большой историей: она упоминалась в документах аж с 1447 года. В ней из дерева была построена Свято-Воскресенская церковь, освящённая в 1760 году. До аварии на ЧАЭС в деревне проживало около 800 жителей, имелась средняя школа.

К небольшому удивлению сталкеров, в этой Забытой деревне ещё проживало с десяток человек. Естественно, все они были старожилами, доживающими свой век в родном доме.

Проходя по центральной улице, группу из четырёх вооружённых мужчин не могли не заметить местные жители.

— Митька, смотри, кто идёт! Поди, мародёры-убийцы какие-то! И так уже, сволочи, всё растащили и разрушили, ироды проклятые! — вешая постиранное бельё на улице и срываясь на крик, говорила бабка своему деду, который сидел на деревянном крыльце и курил самосад.

Дед затянулся самокруткой, сплюнул попавший в рот табак и, выпустив густую струю дыма, ответил:

— Хватит тебе, мать, глотку рвать. Не видишь, какими волынами хлопцы увешаны? Разве у мародёров будет такое? Не-е-ет, точно тебе говорю, наёмники это. Заказ на мутанта какого или сталкера, а может, и сталкеров… — удивился сказанному самим собой старик и, вопросительно подняв брови, посмотрел на бабку.

Этот разговор не прошёл мимо ушей группы.

— Это кто тут дезинформацию разводит, а? — на подходе к дому старожилов начал Вялый. — Никакие мы не мародёры, и ни на кого мы не охотимся.

— А что же тогда здесь забыли-то, сынки? — спросила бабка. Она повесила последнюю простынку и с подозрением посмотрела на вооружённых бойцов.

— Мы — сталкеры АПЛ. По приказу руководства проводим разведку Забытых Земель, чтобы составить картину происходящего в Зоне после Выброса, — ответил Пришлый твёрдо и чётко.

— Это что ещё за сталкеры АПЛ? Никогда о таких не слышал, — заявил Митька.

— Мы — военизированная группировка сталкеров, располагающаяся в Автономном Полевом Лагере, ближе к границе тридцатикилометровой Зоны Отчуждения, — произнёс Вялый.

— А-а-а, АПЛовцы, вспомнил… Знаю, знаю… — пробормотал дед Митрофан.

— К нам заглядывал этот, комвзвод ваш… Как же его зовут… М-м-м… — закатив глаза, старик задумчиво почёсывал своё небритое лицо.

— Слушай, Егоровна, как его имя? Не могу вспомнить, башка совсем старая стала… — заключил дед Митрофан.

— Дык у него фамилия рыбья какая-то: то ли Сомов, то ли Воблов, то ли Краснопёров… — перечисляла Егоровна.

— Тьфу ты, дура старая! — вскрикнул Митрофан, замахнулся и хлопнул себя по лбу. — Карпов его фамилия, а ты — Сомов, Сомов! Весь рыбий мир уже перечислила. Небось рыбу-то теперь бедную икота мучает, кхе-кхе-кхе! — рассмеявшись, разошёлся сильным кашлем дед.

— Смейся-смейся, хрен старый, доведёт тебя твой самосад, — ответила Егоровна, ехидно так, с прищуром глядя на него.

— Отец, с тобой всё нормально? — вышел из-за спины товарищей Пришлый, подошёл и постучал старику по спине.

— Да, прокурился уже весь насквозь. Как говорится, в вашем дыме лёгких не обнаружено, — прокашлявшись, ответил старик.

— А Карпов этот спрашивал, мол, есть ли желающие новобранцы на службу в ихнем лагере… Но кто тут у нас пойдёт? Тут такие, как я, да бабка… Уехал расстроенный: людей ему не хватает, говорит, мрут как мухи…

— Ох ты ж, ёкарный бабай! — воскликнул дед, когда вместе с Пришлым из-за спин, а точнее из-за ног сталкеров, вышел здоровенный двумордый сиамский котяра. Ростом он был сталкеру почти по колено, а зубы и клыки у него были не хуже, чем у собаки.

— Это что ещё за порода-урода?! — испуганно воскликнул дед от неожиданности, завалился на бок и чуть не упал со ступенек, но Данька успел схватить его и удержать за грудки. На такое резкое заявление в свой адрес кот прижал уши, оскалился и зашипел на деда.

— А-а-а, это наш спаситель Тиша, самый лучший детектор аномалий, скажем так, — гордо заявил Пришлый.

— Ох, батюшки мои, это что за коты такие нынче пошли? Или это у меня в глазах двоится? У-ух, что;то плохо мне, — произнесла Егоровна и, пошатнувшись, оперлась на забор. Она никогда не видела таких огромных сиамских котов, да ещё и с двумя мордами.

— С вами всё в порядке, бабуль-джан? — подбежав, подхватил бабушку Грач. — Может, присядете на крыльцо? Не бойтесь, Тишка не тронет: он только мутантам глотки рвёт, — сказал он и улыбнулся в конце.

— Грач, твою мать, хватит бабушку пугать! — остро бросил Шмыг напарнику. — Давайте мы вам лучше поможем: в дом проведём, до кровати там или куда — отдохнёте, а?

— Ой, спасибо, сынок, спасибо! — Сталкеры вдвоём помогли бабушке подняться и зайти в дом.

— Ладно… Ф-ф-фух… Чуть в землю не загнали меня своим Тишкой, — запыхавшись от испуга и схватившись за сердце, тихо сказал старик и продолжил: — Во, кстати… Увидел я вашего Тишку и вспомнил кое-что. У соседки нашей, что напротив нас через дом живёт, дед её пропал давеча. Может, мутанты его уже того, съели, а может, ещё что с ним приключилось. Сидит одна, горюет. Вы ж здесь разведчики, земли смотрите да помечаете всё. Может, заглянете к ней? А то ведь так и загнётся в душевных муках старуха, уйдёт на тот свет, и дух её неупокоенный будет вечность мучиться, места себе не находить…

— Ничего обещать не можем, но заглянем к ней обязательно, — сказал Вялый в тот момент, когда Грач и Шмыг появились на пороге дома.

— Ну всё, дед, уложили твою бабку. Пусть отдохнёт, полежит немного, — холодно сказал Шмыг.

— Ага, ага, пусть полежит… А я пока здесь посижу, перекурю, — Митрофан достал кисет с самосадом и кусок газеты, скрутил дрожащими руками (то ли от старости, то ли от испуга, а может, и от того и другого вместе), закурил и снова разразился громким кашлем.

— Ладно, отец, нам идти нужно. Ещё и к твоей соседке надо заглянуть: времени и так немало проторчали здесь с тобой, — ответил Вялый.

— Давайте, сынки, Бог вам в помощь. Хотя какой к чёрту здесь Бог… — махнул рукой и, бурча себе под нос, закончил Митрофан.

***

— Ой, милки, родненькие, неужто были услышаны мои молитвы, что вас Бог ко мне послал!!! — с радостью и с намокшими от счастья глазами говорила бабушка, когда увидела, как четверо хорошо экипированных сталкеров приближаются к её дому.

— Если дед сосед твой, что на другой стороне улицы живёт, и является Богом, то так оно и есть. Это он нам про твою проблему рассказал, — улыбаясь, мягким добрым тоном молвил Пришлый. — Как к вам обращаться?

— Ой, меня Клавдия Фёдоровна зовут, но вы просто баб Клава зовите, — ответила она, глядя на Даньку. Для своего возраста она была ну очень живой и энергичной, будто ей лет на двадцать меньше.

— Ой, да уж, милки, дед-то мой пропал! — развела руками и хлопнула себя по ногам. — Пошёл он это на кладбище после обеда позавчера… К своему отцу покойному: годовщина, как-никак. Он же у него ликвидатором был. Да почти у всех, кто здесь живёт, в родне кто ликвидатор, кто медсестра был. Ой, горе… Так и нет его, и вряд ли вернётся уже, — понуро ответила бабушка, смотря себе куда-то под ноги. — Сожрали, поди, эти, как их… Мутанты окаянные!

— А куда он ушёл? Где это кладбище-то? — спросил Шмыг.

— Меж Буряковкой да Новой Красницей. Тут не очень далеко: километров пять, не доходя деревень, — ответила бабушка.

Вялый обвёл группу взглядом.

— Ну что ты смотришь так, командир? До темноты воротимся сюда, обратно. Нельзя не помочь, нужно сходить, разведать. Мы же на разведку пошли: наша миссия как-никак, — настойчиво заявил Грач.

— Ну да, нужно помочь баб Клаве. Мы же не простим себе этого — вот так вот отвернуться и уйти, — сказал Пришлый.

— Иначе не по-человечески это, командир, — произнёс Шмыг.

— Да, согласен с вами, парни. Это наша работа — разведка. Тем более не особо далеко. За пару часов управимся, к ужину вернёмся в Толстый Лес. И баба Клава нас накормит, да, баб Клав? — в шутку говорил командир.

— Ой, милок, да как же не накормить-то! И накормлю, и напою, и в дорогу соберу: я вон хлеба свежего испекла, пирожков наделала… Ой, божечки, это что? Кот-гибрид какой-то… Как это называют… ГЕ-МЕ-О… Во, вспомнила! Да ещё и двумордый?

— Никакой он не ГМО. Кот-детектор: аномалии чувствует. Родился таким! — гордо заявил Пришлый.

— Ну всё, решено, — с улыбкой сказал Вялый и добавил: — Кстати, бабуль, а почему Толстый Лес ваша деревня так называется и что это за церковь такая?

— Ох, сынок, да поди ж я знаю про лес… Назвали-то в XV–XVI веке так. Возможно, из-за толстых стволов деревьев. А возможно, тут много деревьев было, очень густой лес у нас когда-то стоял. А может, и то и другое… Да-авно это было, сынок. Кто ж сейчас скажет… А церковь деревянную ещё немчура хотела сжечь в войну, да не вышло. А тут свои же, сволочи, подожгли после аварии на ЧАЭС — хотели нас запугать, выгнать… — грустно произнесла баба Клава.

— Ну всё, мужики. Узнаем, что там с дедом: живой он или неживой, — и обратно, к бабе Клаве на ужин, — сказал командир.

— Ага, здорово! А то уже есть охота! — проговорили чуть ли не хором товарищи.