24. Thor The Dark World 2013

После «Iron Man 3» Marvel возвращается к герою, чья история взросления уже завершилась, но семейный конфликт остался открытым. Первый «Thor» был построен на потере статуса и обретении ответственности; повторять этот путь означало бы возвращать персонажа в уже пройденную точку. Продолжение обращается к отношениям Тора с Локи и Одином. После событий «The Avengers» Локи находится в заключении, Один пытается сохранить порядок в Асгарде, а Тор вынужден принять, что брат, которого он продолжает любить, стал человеком, которому нельзя доверять. На этом фоне появляется Малекит, стремящийся использовать Эфир, чтобы погрузить вселенную во тьму. Семейная линия уже содержит готовый драматический конфликт, тогда как внешняя угроза существует главным образом для того, чтобы обеспечить очередное масштабное приключение.

Локи остаётся самым живым персонажем картины именно потому, что его отношения с Тором не требуют дополнительного объяснения. Их конфликт возник не из-за очередного злодейского плана, а из-за многолетнего чувства Локи, что он никогда не занимал в семье того места, которого заслуживал. Теперь он проиграл, оказался в тюрьме и всё равно сохраняет способность воздействовать на окружающих. Когда Тор обращается к нему за помощью, это не примирение и не восстановление доверия. Тор понимает, что Локи опасен, но одновременно знает его лучше всех остальных; Локи понимает, что может использовать эту близость, но остаётся связан с братом. Именно эта двойственность делает их совместные сцены сильнее основной приключенческой линии. Даже юмор между ними работает не как самостоятельная комедийная вставка, а как продолжение отношений людей, которые слишком хорошо знают друг друга, чтобы разговаривать исключительно серьёзно. Химия Криса Хемсворта и Тома Хиддлстона позволяет сохранять напряжение даже там, где сценарий предлагает героям временно действовать сообща.

Смерть Фригги на короткое время делает семейную историю центром фильма. Для Локи она была человеком, чья привязанность не зависела от его происхождения и положения внутри семьи. Её гибель превращает прежний конфликт в необратимую утрату, после которой Тор и Локи оказываются связаны уже не только общей угрозой, но и общей потерей. Здесь у продолжения появляется возможность углубить отношения братьев: показать, как горе меняет их взаимное восприятие, не отменяя недоверия и старых обид. Однако фильм не решается полностью довериться этой линии. Она постоянно уступает место Эфиру, Малекиту и необходимости спасти мир, хотя именно отношения братьев придают происходящему личный масштаб.

Малекит и Эфир демонстрируют это несоответствие особенно наглядно. Малекит обладает всем необходимым для блокбастера: древний враг Асгарда, армия тёмных эльфов, оружие, способное изменить устройство вселенной. Но за этим масштабом почти не возникает внутреннего конфликта, сопоставимого с историей Локи. Желание вернуть вселенную к тьме обозначает цель, но не раскрывает персонажа. Малекит действует как носитель угрозы, а не как самостоятельный драматический противник. Эфир, в свою очередь, меняет функцию Джейн Фостер. В первом фильме её научная любознательность позволяла ей самостоятельно входить в неизвестный мир и влиять на историю Тора. Теперь Джейн становится объектом борьбы между противостоящими силами: её отношения с Тором и собственный исследовательский интерес отступают перед ролью носителя могущественного артефакта.

Это особенно заметно в финале. Сражение в Гринвиче использует способность Эфира нарушать границы между мирами и превращает пространство в своеобразный механизм, внутри которого персонажи неожиданно оказываются в разных местах. Визуально это позволяет создать необычные решения и поддерживает динамику кульминации, но сама зрелищность не устраняет драматическую проблему. Финал должен одновременно завершить конфликт Тора и Локи, показать отношения Асгарда с собственной историей и остановить Малекита. Эти линии, однако, не складываются в единый конфликт. Локи снова оказывается интереснее того, с кем герои формально должны бороться, а Малекит остаётся внешним двигателем событий.

При этом «The Dark World» не просто повторяет первый «Thor» в более слабом виде. Алан Тейлор меняет фактуру Асгарда: по сравнению с более театральным и сказочным миром Кеннета Браны он выглядит тяжелее, строже и военизированнее. Это соответствует истории государства, пережившего нападение и готовящегося к новой войне. Асгард здесь не столько сказочное королевство, сколько политическое и военное устройство, которое должно сохранять порядок перед лицом внешней угрозы. Однако изменение визуального масштаба не приводит к сопоставимому развитию персонажей. Асгард становится ощутимее как мир, но его расширение не открывает нового драматического пространства. Продолжение углубляет устройство мифологии на уровне декораций и конфликта между государствами, но не находит столь же убедительной формы для семейной истории, которая могла бы связать эти элементы.

Коммерчески «Thor: The Dark World» оказался устойчивым продолжением: при бюджете около 170 миллионов долларов фильм собрал примерно 644,8 миллиона по всему миру, а его старт в США составил около 85,7 миллиона. Но значение картины для MCU определяется прежде всего обнаруженным ограничением. Marvel уже научилась возвращать знакомого героя в более масштабный мир, связывать его с общей вселенной и повышать ставки. Гораздо труднее оказалось найти для этого мира драматический центр, сопоставимый с масштабом происходящего. «The Dark World» временами находит его в отношениях Тора и Локи, особенно после смерти Фригги, но так и не делает эту историю главным содержанием фильма. Продолжение расширяет мифологию Тора, не углубляя её с той же убедительностью, с какой первая картина превратила историю принца в историю взросления. Следующий фильм второй фазы пойдёт в другом направлении: «Captain America: The Winter Soldier» построит напряжение не на расширении фантастического мира, а на столкновении героя с политической системой, частью которой он сам оказался.