Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
Сталкер. История четверых, не считая мутанта 11
Отряд проходил Новую Красницу. Все ужасно устали, хотелось пить и есть, но солнце сменяла луна, и нужно было как можно быстрее вернуться на базу, пока не случилось ещё что-нибудь или же не напали повторно вурдалаки. Сталкеры еле плелись по пыльной песчаной дороге, то и дело спотыкаясь о камни.
— Эх, вот чёрт, — грустным голосом, свесив голову, пробормотал Пришлый, еле шагая.
Тишка тоже шёл еле-еле, прихрамывая, весь грязный. Виднелись большие царапины и порезы, местами шерсть была вырвана клочками: при отступлении его схватил один из упырей, но Тишка порвал ему харю чуть ли не на лоскуты и выколол оба глаза. Тварь неистово закричала, яростно хрипя, брызгая вонючей трупной слюной. Хватка ослабла, и Тишка высвободился из её когтей.
Проходя мимо опустевших домов, сталкеры обратили внимание на заброшенный заросший памятник, посвящённый солдатам Великой Отечественной войны. На нём была выбита дата 1941–1945 гг. и висел старый выцветший венок. Судя по состоянию, он висит как минимум несколько лет.
— Есть ещё люди, которые чтят и помнят, — венок принесли. Хоть и давно, но всё же. А сейчас нынешнее поколение на Большой Земле ничем, кроме наркотиков, пьянства и грёбаного интернета, не интересуется. Такие не все, конечно, но большинство. Через одно поколение после нас никто уж совсем и не вспомнит об этом, об этих людях, о подвиге советского народа и о том, через что они прошли… — тихо и грустно говорил Шмыг.
— Да, полностью с тобой согласен, — произнёс Грач.
Сталкеры подошли к памятнику, почтили минутой молчания, отдав дань уважения, и двинули дальше.
— Н-да, только вот знали б они, какое дерьмо сейчас здесь творится — в гробу бы перевернулись, эх… — досадно бросил Вялый напоследок.
Свидетельство о публикации №226101600865