Оболванивание Уг Ломи и Айи мифотворчеством

     Итальянский детектив оказался совершенно нечитабельным : мало того, что в большинстве произведений главным героем является баба, что неприемлемо априори, так ещё и тупая мелодраматичность и детектив - тряпка, лох, не мужчина, а комплексующее недоразумение Монтальбано, явно рассчитанный автором на читательниц - кошёлок, сраное, мерзкой бабьё, чьи бошки с раннего детства забиты розовыми сопельками говна о прекрасных прынцах и целом мире у их ног, чего никогда не бывает, убили все то немногое очарование, что способен дать детектив, этот действительно низменный жанр масскультуры а ля жвачка для парнокопытных. Бесит навязывание нелепых иллюзий, к тому же женщины могут быть и есть только в роли проституток, наркоманок, наводчиц, короче, избитый ещё в тридцатые штамп роковой блондинки давно приказал долго жить, он изначально был стрёмно и недостоверно выдуман, а в двадцать первом веке вся чепуха о бабье присутствует лишь в мозгах конченых лохов. Ха, помнится, я здорово угорал над благостными говножуями на Эхе Масквы, дичь об эмпатии разбивалась вдребезги при моём столкновении с реальным миром, населённым только парой видов двуногих : волков и жертв. Думаю, надо быть или идиотом, или лжецом, чтобы гнать такую пургу, но они, оказывается, ещё и книжонки пишут. Самыми честными писателями были, конечно, Хэммет и Чэндлер, их герои живые, чего никак не скажешь о натужно придуманном фуфле, правильно охарактеризованным Лёней Филатовым как то, чаво не может быть. Это как херня уже современного пиндоса об аресте в самом конце книги сенатора ( !!! ) США прямо на его пресс - конференции по обвинению в убийстве кокаиновой шлюхи, случившемся много лет назад. Этого - быть не может. Не только в Штатах, в любой стране этого реального мира. Во - первых, если улики весомы и куток политиканов решит сдать одного из своих, то он погибнет в автокатастрофе или от инфаркта мирно помрёт. Во - вторых, никому из мусоров никогда не позволят закрыть действующего политика, иначе весь наш хрупкий мир рухнет тотчас же. Есть, разумеется, один выход, но он называется революция, а она страшнее для политиков любой коррупции и любых убийств, тем более, шлюхи. Лишь Эллрой с его крайним цинизмом осмелился упомянуть о расхожей формуле американской полиции, при обнаружении явно криминальных трупов асоциальных элементов, шлюх, бандитов, наркоманов и так дальше, прямо писавших в протоколах, что человеческих жертв нет. Это не просто честно, это так и есть, это чистая, незамутнённая ложью или иллюзиями правда. Как говорят русские : правда - матка.
   - И кто же, интересно, у неё папка ?
   Глуховатый голос с неистребимым грузинским акцентом подкинул товарища Ежова, он вскочил, вытягивая руки по швам, и уставился в рыжеватые от трубошного табаку усы Хозяина.
   - Кто, спрашиваю вас, гражданин Ежов, у правды отец ?
   Услышав ужасающее советских граждан слово гражданин, вместо привычного товарищ используемого в тех весьма частых случаях, когда оказывался отец не отцом, а сукою, а вчерашний соратник врагом народа, предателем, вредителем и диверсантом, Ежов побелел и потянулся к кобуре, где вместо Нагана лежала, естественно, пачка папирос, так как никому не дозволялось входить к товарищу Сталину с оружием, даже маршалы сдавали свои опереточные шашки и сабли церберам Власику и Поскрёбышеву, а маршала всех побед Жукова обыскивали чуть не раздевая догола, что герой терпел и хавал, очень хорошо зная судьбу гордых и несгибаемых, забиваемых, как Блюхер, насмерть на допросах или расстреливаемых пачками.
   - А дедка ?! - выкрикнул уловивший направление дующего ветра Ворошилов.
   - Да и бабку нельзя упускать, - пробасил Будённый, недовольно супясь. - Много родни у народной правды, товарищи.
   Товарищ Сталин усмехнулся. Товарищ Сталин встал и принялся расхаживать по кабинету. Товарищ Сталин подошёл к окну. Товарищ Сталин вернулся за стол. Товарищ Сталин предложил :
   - Как собаку расстрелять !
   Наверное, нельзя этого исключать, что у многих из присутствующих в головах происходило нечто такое, о чём коала с нескрываемым раздражением писал в первом абзаце ( см. выше, курсив мой ), но то - то и оно - то, что не нашлось мудака и бездаря, что додумал бы по своему убогому, примитивному видению окружающего всех нас реального мира, всегда враждебного и открыто недружелюбного к любой форме жизни.