Том восьмой Глава 55. Человек, которому Сергей хот

# Путешествие по Вселенной Проза.ру

**Том восьмой**

## Глава 55. Человек, которому Сергей хотел помочь — и только помешал

Телефон молчал третий день.

Сергей Бухдрукер несколько раз открывал переписку с Мариной.

Последним оставалось его сообщение:

«Павел подтвердил, что никому не пересылал ваш рассказ и удалил полученную копию. Ещё раз прошу прощения».

Ниже не было ничего.

Ни согласия.

Ни упрёка.

Ни привычного короткого «спасибо».

Сергей набрал:

«Марина, как вы?»

Посмотрел.

Удалил.

Написал:

«Я хотел бы объяснить, почему так получилось».

Снова удалил.

Он действительно хотел объяснить.

Рассказать, что Павел — хороший человек, что его замечания могли оказаться полезными, что знакомство двух авторов нередко приводит к интересным литературным открытиям.

Все эти доводы были разумными.

И все сейчас казались совершенно неуместными.

Сергей положил телефон.

Потом снова взял.

На этот раз открыл не переписку, а рассказ Марины.

«Женщина, которая однажды вышла из дома».

Последняя полученная им версия заканчивалась словами:

«Она положила пальцы на клавиши старого пианино и вдруг поняла, что боится нажать первую».

Сергей перечитал предложение.

Раньше ему хотелось немедленно узнать, что произошло дальше.

Теперь он впервые подумал, что Марина могла остановиться не потому, что не придумала продолжение.

Возможно, она просто не хотела никому его показывать.

И это было её право.

---

— Сергей Моисеевич, вы уже трижды проверили телефон.

Артём стоял возле двери с пакетом булочек.

— Ты следишь за мной?

— Нет. Я пришёл десять минут назад. За это время вы трижды посмотрели на экран и дважды вздохнули.

— Наблюдательный.

— Работа такая.

Он достал булочки.

— Завтракали?

— Да.

— Тогда это к чаю.

Сергей не улыбнулся.

Артём сел напротив.

— Марина?

— Да.

— Не отвечает?

— Нет.

— Вы написали ей после извинения?

— Хотел.

— Но?

— Не стал.

Артём кивнул.

— Хорошо.

— Что хорошего?

— Она ведь просила не устраивать обсуждений.

— Да.

— Значит, вы услышали хотя бы эту просьбу.

Сергей поморщился.

— Спасибо за поддержку.

— Пожалуйста. Могу ещё сказать, что вы поступили неправильно.

— Я уже знаю.

— Тогда зачем снова открываете переписку?

Сергей задумался.

— Хочу убедиться, что она не обиделась навсегда.

Артём посмотрел на него.

— А ей зачем вас в этом убеждать?

Ответа не нашлось.

---

За окном дворник собирал мокрые листья.

Ветер несколько раз разбрасывал их по дорожке, и мужчина терпеливо начинал снова.

Артём налил чай.

— Знаете, что мне кажется? — спросил он.

— Что?

— Вы извиняться умеете.

— Надеюсь.

— А вот не получать немедленного прощения вам трудно.

Сергей поднял глаза.

— Кому легко?

— Никому. Но ведь это разные дела.

— Какие?

— Признать ошибку и добиться, чтобы другой человек перестал на вас сердиться.

Сергей помолчал.

Артём добавил:

— **Извинение возвращает человеку право решать самому, а не обязывает его немедленно простить.**

Сергей взял булочку.

Разломил пополам.

— Сегодня ты особенно разговорчив.

— Это потому, что вы наконец едите.

Они засмеялись.

Ненадолго.

Потом Сергей спросил:

— А что бы ты сделал?

— На вашем месте?

— Да.

— Уже попросил бы Павла удалить текст, сообщил Марине и больше ничего не предпринимал без её согласия.

— А дальше?

— Жил бы дальше.

— Просто?

— Сергей Моисеевич, иногда самое трудное действие — не совершать следующего.

---

В полдень позвонил Павел.

Сергей увидел его имя и на мгновение решил не отвечать.

Потом взял трубку.

— Павел, здравствуйте.

— Добрый день. Не отвлекаю?

— Нет.

— Хотел уточнить одну вещь.

Сергей насторожился.

— Какую?

— Марина знает, что я получил её рассказ?

— Да.

— Я ведь сразу удалил файл, как вы попросили.

— Знаю. Спасибо.

— Только теперь неудобно будет встретиться с ней на литературном вечере.

Сергей помолчал.

— Почему?

— Получается, я прочитал то, чего она мне не показывала.

— Да.

— Может быть, мне самому извиниться?

Сергей задумался.

Первым порывом было согласиться.

Организовать разговор.

Уладить неловкость.

Вернуть прежние отношения.

Но он вспомнил последнюю просьбу Марины.

— Пока не надо, Павел.

— Почему?

— Она не просила вас связываться с ней.

— Но ведь я тоже оказался участником этой истории.

— Не по вашей инициативе.

Павел вздохнул.

— Неприятно.

— Понимаю.

— Знаете, я ведь даже успел сделать несколько замечаний к рассказу.

Сергей закрыл глаза.

— Каких?

— Не буду рассказывать, если это снова нарушит её желание.

Сергей впервые за разговор улыбнулся.

— Спасибо.

— Просто обидно, что хорошее произведение теперь связано у неё с неприятностью.

— Да.

Павел помолчал.

— Тогда передайте, если когда-нибудь она сама спросит, что я готов обсуждать её текст только с её разрешения.

— Передам, если возникнет такой разговор.

Они попрощались.

Сергей положил телефон.

И впервые подумал, что последствия его ошибки коснулись не только Марины.

Он поставил в неудобное положение и Павла.

Тот получил текст от человека, которому доверял, а потом обнаружил, что читать его не имел права.

Сергей захотел снова извиниться перед обоими.

Но остановился.

Слова уже были сказаны.

Теперь следовало посмотреть, что можно сделать, не прибавляя людям новых неудобств.

---

К вечеру Катерина прислала сообщение о следующей встрече.

«Сергей, здравствуйте! В субботу собираемся читать новые рассказы. Павел подготовил продолжение, Нина Павловна принесёт стихи. Марина пока не ответила на приглашение. Вы придёте?»

Сергей набрал:

«Конечно. А Марине вы говорили...»

Остановился.

Удалил последнюю часть.

Ответил:

«Приду. Спасибо за приглашение».

Через минуту Катерина написала:

«Очень рада. И ещё: Марина попросила не включать её произведение в программу. Мы так и сделали».

Сергей прочитал.

Ему стало тяжело.

Он представил Марину, которая после двадцати лет молчания наконец решилась показать свою работу.

Вспомнил, как она стояла посреди комнаты с дрожащими листами.

Как прочитала первую страницу.

Как удивилась, обнаружив, что слушателям интересно продолжение.

И как Сергей, искренне желая помочь, превратил её осторожное доверие в повод для нового литературного знакомства.

Он открыл рукопись своей следующей главы.

Написал:

«Он хотел сделать человеку добро».

Прочитал.

Удалил.

Начал снова:

«Он решил, что понимает желания другого человека лучше него самого».

Это было ближе.

Но всё равно слишком объясняло.

Сергей закрыл документ.

Сегодня писать об этом не получалось.

---

В субботу он пришёл в библиотеку за несколько минут до начала.

Комната была знакомой.

Те же стулья.

Тот же длинный стол.

Чайник возле окна.

На подоконнике лежали книги, которые кто-то принёс для обмена.

Нина Павловна разговаривала с Дмитрием.

Павел показывал Артёму рисунок необычного города для своего фантастического рассказа.

Катерина проверяла список участников.

Сергей оглядел комнату.

Марины не было.

Он подошёл к Катерине.

— Добрый вечер.

— Здравствуйте! Рада вас видеть.

— Марина не придёт?

Катерина посмотрела на него.

— Не знаю.

— Она что-нибудь сказала?

— Только то, что пока не хочет выступать.

Сергей кивнул.

Но Катерина не отходила.

— Сергей, можно спросить?

— Конечно.

— Что у вас произошло?

Он посмотрел на неё.

— Марина не рассказывала?

— Нет.

— Тогда, наверное, и мне не стоит.

Катерина улыбнулась.

— Впервые слышу от вас такой ответ.

Сергей попытался улыбнуться тоже.

— Иногда полезно удивлять друзей.

Она чуть помолчала.

— Если потребуется помощь с организацией встречи, скажите.

— Спасибо.

— Только не из-за Марины. Просто вообще.

Сергей кивнул.

---

Павел выступал первым.

Его рассказ о планете молчащих городов продолжался неожиданно.

Приезжий путешественник, который прежде удивлялся чужому молчанию, сам постепенно переставал разговаривать.

Сначала ему понравилось, что устройства отвечают на любые вопросы.

Не нужно искать знакомых.

Не нужно объяснять просьбы.

Не нужно терпеливо выслушивать истории других людей.

Он начал пользоваться приборами.

Через месяц уже не помнил имён соседей.

Через два месяца перестал здороваться.

А через полгода обнаружил, что знает расписание всех поездов планеты, но не знает, как зовут женщину, которая каждое утро приносит ему хлеб.

Однажды прибор сломался.

Путешественник вышел на улицу.

Остановил прохожего.

— Простите, где здесь мастерская?

Тот молча указал на свой прибор.

Путешественник вздохнул.

— У меня такой сломался.

Прохожий растерялся.

Они долго смотрели друг на друга.

Наконец прохожий спросил:

— А что вы хотите починить?

Путешественник неожиданно ответил:

— Кажется, не только прибор.

---

Артём первым поднял руку.

— Павел, у меня вопрос.

— Слушаю.

— А хлеб женщина продолжала приносить?

Все рассмеялись.

— Конечно.

— Тогда путешественнику очень повезло.

— Почему?

— Пока приборы ломались, кто-то следил, чтобы он не умер с голоду.

Павел улыбнулся.

Нина Павловна попросила прочитать ещё одну сцену.

Дмитрий предложил чуть сократить описание устройства.

Катерина сказала, что ей понравилось изменение самого путешественника.

Сергей слушал.

Сначала хотел добавить несколько замечаний.

Потом решил оставить разговор другим участникам.

Он поймал себя на неприятной мысли.

*Если я ничего не скажу, заметят ли моё присутствие?*

Сразу вспомнил недавний разговор с Максимом Лаптевым.

Тот упрекал его героев в стремлении постоянно подтверждать собственную значимость.

Сергей усмехнулся.

Получалось, что замечание оказалось куда точнее, чем хотелось признать.

---

После Павла выступала Нина Павловна.

Она принесла стихотворение о старом вокзале.

Не о поездках.

О людях, которые остаются ждать.

В её стихах была женщина, провожавшая мужа в дальнюю командировку.

Он обещал вернуться через месяц.

Возвращался позже.

Иногда через два.

Иногда через три.

Она сердилась.

Беспокоилась.

Готовила ужин.

Потом постепенно привыкла ждать.

А когда муж вышел на пенсию и перестал уезжать, обнаружила, что почти разучилась разговаривать с ним без ожидания следующей разлуки.

Нина Павловна дочитала.

Села.

И сказала:

— Вот что удивительно. Я хотела написать о вокзале, а получилось о привычке ждать.

Дмитрий улыбнулся.

— А что вы хотели сказать о вокзале?

— Что там все куда-нибудь едут.

— Но ведь кто-то остаётся.

— Да.

Нина Павловна задумалась.

— Пожалуй, поэтому рассказ и изменился.

Она посмотрела на Сергея.

— А у вас бывало, что произведение неожиданно становилось совсем не о том, что задумали?

Сергей улыбнулся.

— Постоянно.

— И что делаете?

Он подумал о Марине.

— Иногда приходится признать, что автор не всё знает заранее.

Нина Павловна рассмеялась.

— Какая неприятность!

---

На перерыве Сергей вышел в коридор.

У окна стояла молодая библиотекарь и переставляла цветочные горшки.

— Помочь? — спросил он.

— Спасибо, уже заканчиваю.

Он остался рядом.

— Красивые растения.

— Стараемся.

Библиотекарь поставила последний горшок.

Посмотрела на него.

— Вы сегодня какой-то невесёлый.

Сергей удивился.

— Заметно?

— Немного.

— Неудачная неделя.

Она кивнула.

— Бывает.

И неожиданно добавила:

— У нас однажды читатель перепутал книги, взял чужую, а потом очень долго извинялся.

Сергей улыбнулся.

— И что?

— Мы объяснили, как всё исправить. Он исправил. А потом ещё неделю приходил извиняться.

— И?

— В конце концов пришлось попросить его перестать.

Сергей рассмеялся.

— Почему?

— Потому что нам уже нужно было заниматься другими читателями.

Библиотекарь взяла пустую коробку.

И ушла.

Сергей остался возле окна.

Он не знал, почему она рассказала эту историю.

Возможно, просто вспомнила случай.

Но слова оказались неприятно знакомыми.

Он уже три дня хотел снова обратиться к Марине.

Не потому, что оставалось что-то исправить.

А потому, что ему хотелось перестать чувствовать себя виноватым.

**Чужое прощение нельзя превращать в лекарство от собственного неудобства.**

Он не произнёс эту мысль вслух.

Просто вернулся в комнату.

---

После перерыва Катерина подошла к Сергею.

— У нас небольшое изменение.

— Какое?

— Марина пришла.

Сергей обернулся.

Она стояла возле двери.

В тёмно-синем платье.

С сумкой на плече.

Без рукописи в руках.

Катерина продолжила:

— Сказала, что сегодня хочет только послушать.

— Хорошо.

— Вы можете сесть рядом, если захотите.

Сергей посмотрел на Марину.

Она разговаривала с Ниной Павловной.

Улыбалась.

И, кажется, не испытывала никакого желания немедленно выяснять отношения.

— Не буду мешать, — сказал Сергей.

Катерина кивнула.

Он вернулся на место.

Но читать следующие выступления оказалось трудно.

Он слишком остро ощущал присутствие Марины.

Хотел подойти.

Поздороваться.

Попросить прощения ещё раз.

Объяснить.

Услышать, что всё в порядке.

Вместо этого сидел и слушал.

Так продолжалось почти сорок минут.

И только потом Марина сама подошла к нему.

---

— Здравствуйте, Сергей.

Он встал.

— Марина, добрый вечер.

— Можно поговорить?

— Конечно.

Они вышли в коридор.

Возле окна стояли два свободных стула.

Марина села.

Сергей устроился напротив.

Несколько секунд оба молчали.

Потом она сказала:

— Я получила ваше сообщение.

— Да.

— Спасибо, что попросили Павла удалить рассказ.

— Я должен был это сделать.

— Да.

Она посмотрела в окно.

— Знаете, что меня больше всего расстроило?

Сергей покачал головой.

— Расскажите.

— Не то, что Павел прочитал.

— А что?

— То, что я не знала.

Сергей внимательно слушал.

— Когда я показала вам свою работу, мне было очень страшно, — продолжила Марина. — Я двадцать лет ничего никому не показывала. И вдруг решилась.

— Помню.

— Мне понравилось, как вы отнеслись к тексту. Вы не стали сразу исправлять, не говорили, что он плохой или хороший. Просто заинтересовались продолжением.

Сергей кивнул.

— Да.

— И я подумала, что можно писать дальше.

Марина помолчала.

— А потом узнала, что вы уже отправили мои страницы другому человеку.

— Я хотел...

Он остановился.

Она посмотрела на него.

— Что?

Сергей медленно выдохнул.

— Хотел помочь.

— Знаю.

— Но не спросил.

— Именно.

Они замолчали.

За дверью кто-то рассмеялся.

Марина улыбнулась краешком губ.

— Мне не нужно, чтобы вы перестали знакомить авторов, Сергей. Мне нужно, чтобы вы позволяли человеку самому решать, готов ли он к этому.

Сергей посмотрел на неё.

— Вы правы.

Она покачала головой.

— Я не хочу, чтобы вы просто признали мою правоту.

— А чего хотите?

— Чтобы в следующий раз, когда кто-нибудь принесёт вам рукопись, вы вспомнили этот разговор.

Сергей кивнул.

— Вспомню.

---

Марина достала из сумки небольшую тетрадь.

Но не открыла.

— Я продолжала писать.

Сергей улыбнулся.

— Очень рад.

— Закончила рассказ о пианино.

— Замечательно.

— Только пока никому его не показываю.

— Понимаю.

Она посмотрела на него.

— И вам тоже.

Сергей почувствовал укол.

Но сказал:

— Это ваше решение.

Марина кивнула.

— Да.

Она встала.

Потом неожиданно добавила:

— Я не решила, буду ли вообще публиковать этот рассказ.

— Не торопитесь.

— Не буду.

И ушла обратно в комнату.

Сергей остался у окна.

Разговор оказался совсем не таким, каким он его представлял.

Марина не простила его торжественно.

Не предложила начать всё сначала.

Не попросила прочитать продолжение.

Но пришла.

Сказала, что чувствует.

И вернулась к другим участникам.

Это было гораздо важнее красивого примирения.

---

В конце встречи Артём подошёл к Сергею.

— Ну как?

— Что?

— Поговорили?

Сергей посмотрел на него.

— Да.

— И?

— Она закончила рассказ.

— Хорошая новость.

— Да.

— Прочитаете?

— Пока нет.

Артём удивился.

— Почему?

— Не хочет показывать.

— Понятно.

Они молча собирали чашки.

Потом Артём спросил:

— Расстроились?

— Немного.

— Из-за того, что не покажет?

Сергей подумал.

— Да.

— А теперь?

— Теперь собираюсь уважать её решение.

Артём кивнул.

— Это труднее, чем написать рецензию?

Сергей рассмеялся.

— Гораздо.

---

На следующий день Сергей получил от Максима новую редакцию рассказа о стороже.

Тот добавил сцену со скрипкой.

Сторож увидел объявление о занятиях для взрослых.

Долго стоял перед ним.

Потом записал номер телефона.

Вечером несколько раз собирался позвонить.

Но откладывал.

На следующий день снова проходил мимо объявления.

Наконец набрал номер.

Ответила женщина.

— Здравствуйте. Вы по поводу занятий?

— Да.

— Для кого?

Сторож помолчал.

— Для меня.

— Сколько вам лет?

— Пятьдесят девять.

— Прекрасно. Приходите в среду.

— А разве не поздно?

Женщина удивилась.

— Для чего?

— Учиться.

— Если хотите научиться, приходите.

Он положил трубку.

И долго сидел с телефоном в руках.

Не потому, что ожидал чудесного превращения в великого музыканта.

А потому, что впервые за много лет сделал что-то исключительно по собственному желанию.

Сергей дочитал.

Улыбнулся.

Написал Максиму:

«Сцена стала живее. Особенно понравилось, что герой не получает обещания успеха, а просто договаривается о первом занятии».

Отправил.

И вдруг заметил, что не предложил ни одной дополнительной сцены.

Не попытался придумать продолжение вместо автора.

Максим ответил:

«Спасибо. На следующей странице он придёт на занятие и сыграет ужасно».

Сергей рассмеялся.

«Будет интересно прочитать».

---

Вечером он открыл новый документ.

Глава о Марине по-прежнему не складывалась.

Он несколько раз пытался пересказать их разговор.

Но каждый раз получалось, что Сергей совершил ошибку, признал её, извинился и стал лучше.

Слишком удобно.

Слишком быстро.

Он удалил написанное.

Потом попробовал иначе.

Начал не с Сергея.

А с Марины.

С того утра, когда она впервые после двадцатилетнего перерыва села за стол и написала три страницы.

С её сомнений.

С желания показать работу.

С радости, когда слушатели заинтересовались.

С неожиданного открытия, что её произведение оказалось у другого человека.

Но на этом месте Сергей остановился.

Он не знал, что Марина действительно чувствовала тем утром.

Не знал, как выглядела её комната.

Не знал, сколько раз она переписывала первую фразу.

И не имел права выдавать собственные догадки за её воспоминания.

Он закрыл документ.

Взял блокнот.

Записал:

**«В чужую жизнь нельзя войти одной только доброй волей. У двери всегда остаётся право не открыться».**

Потом подумал.

И добавил ещё одну строку:

**«Уважение начинается там, где заканчивается уверенность, что ты лучше другого знаешь, что ему нужно».**

Сергей перечитал.

Но не стал превращать эти слова в финал главы.

Пока они оставались лишь его собственными выводами.

А история Марины продолжалась независимо от них.

---

Через два дня Катерина прислала сообщение:

«Сергей, добрый вечер!

Марина сегодня попросила меня помочь оформить её рассказ для печати.

Не для Проза.ру.

Она хочет сделать несколько экземпляров и подарить близким людям.

Мы договорились встретиться в субботу.

И ещё она сказала, что хотела бы сама решить, кому показывать текст.

Я, конечно, согласилась».

Сергей прочитал.

Улыбнулся.

Ответил:

«Очень рад. Желаю вам хорошей работы».

И впервые не предложил прислать ему макет.

Не попросил познакомить с типографией.

Не стал составлять план распространения.

Он просто порадовался.

Хотя где-то глубоко внутри всё ещё оставалось желание участвовать.

Сергей заметил его.

Но не стал действовать.

---

Поздно вечером позвонил Артём.

— Сергей Моисеевич, у нас новая проблема.

— Какая?

— Павел предлагает объединить всех авторов в литературный сборник.

— Хорошая идея.

— Да.

— И?

— Марина отказалась.

Сергей помолчал.

— Это её право.

— Именно.

— А Павел?

— Сказал, что понимает.

— Прекрасно.

Артём рассмеялся.

— Вы сегодня удивительно спокойны.

— Привыкаю.

— К чему?

— К тому, что чужие решения не обязаны совпадать с моими планами.

— Тяжело?

— Иногда.

— Но возможно?

Сергей улыбнулся.

— Проверим.

Они попрощались.

---

Утром Сергей получил письмо от Ирины Мироновой.

«Сергей!

Возник вопрос по материалам старой типографии.

В одном из дел обнаружена рукопись, которую вы уже знаете, — "Человек, который вернулся домой".

Но теперь нашёлся отдельный лист с пометками Николая Андреевича Соколова.

Похоже, это его собственные замечания к рассказу.

Особенно интересна одна запись:

"Когда человек уверен, что помогает, он должен спросить себя, кому именно станет лучше после его поступка".

Думаю, Дмитрию было бы полезно увидеть этот лист.

Я собираюсь сначала связаться с ним».

Сергей перечитал.

Улыбнулся.

И ответил:

«Правильно. Сначала спросите Дмитрия. Это материалы его отца».

Потом закрыл почту.

Подошёл к окну.

На улице начинался новый день.

Ему предстояло много работы.

Несколько важных звонков.

Незаконченная глава.

Новые письма читателей.

И литературная встреча, на которой соберутся люди, всё увереннее обходящиеся без его руководства.

Сергей улыбнулся.

Он уже не считал, что должен обязательно участвовать в каждом событии.

Но это вовсе не означало, что его путешествие заканчивается.

Впереди оставалась ещё одна непростая задача.

Научиться не только замечать людей.

Не только помогать им.

Но и спокойно принимать, что иногда они выбирают совсем не ту дорогу, которую он считает лучшей.

И именно в этот момент пришло новое сообщение.

От Марины.

«Сергей, здравствуйте.

Я закончила рассказ.

Печатать будем с Катериной.

Но хочу попросить вас об одном.

Только это не связано с моей рукописью.

У меня есть знакомая женщина, которая давно мечтает написать историю своей семьи.

Она знает о наших литературных встречах.

Но боится прийти.

Я подумала, что вы могли бы с ней поговорить.

Если согласитесь, я сначала спрошу у неё разрешения передать вам телефон.

И только потом познакомлю вас».

Сергей внимательно прочитал.

Потом улыбнулся.

Марина не попросила его забыть о литературе.

Не предложила отказаться от знакомств.

Она просто показала иной порядок действий.

Он ответил:

«Марина, здравствуйте. Спасибо за доверие. Буду рад познакомиться, если ваша знакомая сама этого захочет».

Отправил.

Через несколько минут Марина написала:

«Хорошо. Тогда сначала поговорю с ней».

Сергей положил телефон.

И неожиданно почувствовал облегчение.

Не потому, что Марина снова обратилась к нему.

А потому, что теперь между ними возникла возможность разговаривать без необходимости немедленно восстанавливать прежние отношения.

Оставалось посмотреть, смогут ли они воспользоваться этой возможностью.

**Следующая глава — Том восьмой. Глава 56. «Женщина, которая боялась рассказать историю своей семьи».**