По берегам речки Ворши

Речка Ворша щедро залита потоками неяркого солнца, а там, где густые ивняки сумеречно, прохладно. Какой новой и удивительной открывается мне речка Ворша. Правый берег в густых ивняках, а левый в розоватом березняке. Утро занималось ясное, солнечное.
 На правом берегу звонко поют синички, в редком береговом сосняке свистят поползни. Громко стрекочут сороки - дозорные леса. Тишина в лесу, на берегу глубокая, спокойная. 
Когда я пристальным взглядом охватил береговую куртину бородавчатых берёз, случилось словно чудо: берёзы от зачернённых комлей до самых вершин осветились мягким золотистым светом. Берёзы разнежились под ласками осеннего солнца, тепла, стоят, изумлённые тем, что их увидели, любуются ими.
В густых побуревших папоротниках отчётливо виднеется лосиная тропа, ведущая к перекату. На берегу излучины из - за кустов вышла длинноногая лосиха с двумя лосятами. Лоси вошли в русло, попили воды.
Лосиха неспеша пошла к ветвистым ивам, нависших над водой. Остановилась, стала срывать и есть ещё зелёную листву.
На левом берегу речки Ворши тишина, дятел рассыпает звонкую морзянку. Чайки с шумом летали над заводью. Слышались их жалобные громкие крики, чайки кружились над водой, то резко взмывали вверх, то камнем падали вниз, к воде. Стая куличков, стремительно пронеслась куда - то, и тут же вернулась на место.
С корявой, начинающей сохнуть береговой ёлки взлетел тетерев и полетел в сторону просеки. 
Во второй излуке протоку справа и слева перегородили бобры, выбрав удобное место для плотины. Сами же своё жилище ремонтируют и поддерживают в полном порядке. Вон сколько тонких осин подгрызли, запасая себе корм на зиму. А зима не за горами, скоро уже Покров.
Прошелестел палыми листьями ёжик, грибы ищет что - ли?
По берегу тянулись длинные плети разросшегося хмеля, на багряных широких листьях жемчужными каплями вспыхивала холодная роса.
Полосы солнечного света падали неровно, иные запутывались в ветвях, рассекались, гасли, не достигнув земли. Смеркалось быстро. По берегам поползли густые серые тени. Последние едва уловимые блики вечерней зари осветили разом всё русло и оно вспыхнуло  розовым закатным светом. Постепенно начал утихать птичий гомон, шум чаек.