ЭТО ВСЁ!

И ревёт мотор, и дорожные фонари проносятся мимо, и решительно штурмую сахарные облака, и зажигаю факел своей жизни сразу с двух концов, и наполненные удачей расправленные паруса, и попутный ветер звенит в ушах, и в моих ладонях помещается всё небо, и моё распоясавшееся счастье с разбегу запрыгивает ко мне на колени и шепчет мне на ухо смешные, нежные и ласковые глупости! Я уже почти победил, почти добежал, почти обольстил, почти взобрался на самый верх, эта освещённая софитами сцена почти принадлежит мне и почти влюблённая в меня толпа в исступлении хлопает в упоение и восторге!
Почти, почему вы говорите «почти»?
Пол шага не дошёл, пол вдоха не успел, пол крика не удержал, пол мига не смог, пол куплета не до пел!
Вопрос: «Куда ведёт меня эта дорога?»
Ответ: «Никуда! Не отменить приказ, не повернуть назад, не уклониться от разящего удара, ни остановить времени стремительный поток, ни сохранить к тебе мою любовь, ни смерти избежать.»
Сбился прицел, заклинил затвор, пуля застряла в раскалённом стволе и не устою, и не успею, и причины притаились внутри меня самого, а снаружи обосновались только оправдания, и жизнь выпитая до дна, и смерти чудовищный оскал, и сил сопротивляться более нет, и рвущаяся нить надежды, и этот раунд не за мной, и крылья сломанные за спиной, и северный ветер в лицо, и всхлипывание сдавленных пружин, и растерянные снежинки испуганно дрожат на тёплых ладонях, и планета мчится по замкнутому кругу, и уже горит погребальный костёр, и пламя в бездонное небо рвётся, и некуда идти, и я один, постаревший, обессиленный и проигравший,  застрял на этом забытом Богом полустанке.
Кувырком, торопливо, стремительно пробежала мимо меня моя жизнь, опоздал, не успел, не добежал, не до любил, не запланировано постарел и что теперь случится со мной за тем самым перекрёстком.
Смерть: «В этом месте «почти» никак не принимается в расчёт. Всё оставляй здесь и пойдём со мной, там, на другой стороне дисплея, тебе из всего этого разноцветного набора ничего не пригодится!»
Я смерти: «Я так и думал, что всё этим закончится!»

«Шримад Бхагаватам», книга 8, глава 24
Точно слепцы, сцепившись руками, бредут за первым слепцом, люди, не ведающие назначение жизни, следуют за невеждой, впечатлённые его достижениями в делах суетных.
О, Всеведущий, от чьего взора, как от солнца, ничто не укроется в сотворённом мире, я молю Тебя ниспослать мне учителя, кто укажет мне смысл моего существования и приведёт к завещанной Тобою для меня цели. Пусть тщеславные и корыстолюбивые учатся у своих самовлюблённых пастырей стяжать преходящую славу и тленные богатства, пусть обременённые суетным знанием влачат жизнь свою в невежестве, печали и обмане. Мне же любезны знания о вещах вечных, что пробуждают душу к вечному и нетленному.
Господи, Друг и Благодетель всякой души, Владыка мой и Наставник, Источник чаяний и упоения, в Тебе, сокрытом от взора корыстного, ищу я своё последнее пристанище.
Я склоняюсь к стопам Твоим, Владыка всего сущего, и молю, открой мне моё вечное предназначение и разруби тугой узел сомнений в сердце моём.

Быстрокрылые годы, словно перелётные птицы, они улетели от меня, торопливо листая просроченные листочки календаря, со слетевших страниц, с недопетых стихов, с недосказанных слов, с непрощённых обид, с непредсказуемых разлук, с не до целованных губ, с прицельных выстрелов лет уходит прошлое за часом час, я незапланированно старею. Я ничего не могу поделать с этой беспощадной неизбежностью, с этим безжалостным утверждением судьбы!
Прижавшись ко мне тихо плачет моросящими дождями рыжеволосая осень, мы с ней очень похожи. Вы спрашиваете меня чем? У нас обоих впереди тупик, у неё впереди зима, а у меня смерть. Согласитесь с моим решительным утверждением, выбор совсем небольшой!
Всё кончено, теперь я уже никуда не спешу и растерянные закаты, воткнутые в пугливый горизонт, и ртутные тучи сковали испуганное небо, и пустые пространства промокших мостовых, и мигающие пренебрежительные светофоры, и куда-то спешат такси, и бездомного ветра свист, и серые безликие дома, проросшие по пояс в свинцовый асфальт, и играю теми картами, что выдали мне при рождении, а козырей в руках как не было, так и нет, и я, вечная душа, исступлённо томлюсь в сплетение мёртвой плоти, и усталое сердце, перепаханное непрекращающейся болью, и не пристать мне к берегу вечности, и не найти спасения!
Ещё вчера мне казалось, что моя жизнь только началась, и пел, и отчаянно кричал в небеса, и взбирался на недостижимые вершины, и танцевал под луной, и бежал на перегонки с беспризорным ветром, и любил не только её, и мечтал о несбывшемся, а сегодня она уже почти прошла, я про свою проигранную жизнь, ещё несколько неуверенных шагов в никуда и я закономерным образом выпаду из ненавистного мне тела. А что будет дальше с этим неверным симбиозом, я имею ввиду одноразовый альянс меня, вечной души, и этой уже поверженной плоти?
Да, далее всё по заранее заявленному протоколу: я, вечная частичка света, переоденусь в новоявленную плоть, скроенную по мне и уже в ней пущусь в очередное романтическое путешествие по обители смерти, а что касается этого мёртвого куска плоти, то он естественным образом подвергнется саморазрушению и в недалёкой перспективе сплетётся с могучим телом земли!
Разорванное сердце, непрекращающаяся боль, безнадёжность и страх, есть ли выход из этого тупика?
Где же ты Бог, где же Твоё милосердие, где же Твоё сострадание, где же Твоя справедливость, почему Ты оставил меня, почему отдал на растерзание неодолимому времени и ненасытной смерти?

«Шримад Бхагаватам», книга 11, глава 10
Человеку мыслящему не сыскать счастья в здешнем мире, ибо откуда взяться счастью, если смерть здесь всюду следует за тобой. Преступнику, идущему на казнь, сладкое не будет в радость.

Эти крошечные субстанции чувств, растёкшиеся под кожей, эти спелые согласные губы, эти испуганные вздрагивающие плечи, эти встречи под луной, эти бесстыжие бессонные ночи, это ласковое лето, оставшееся где-то там далеко позади, это время, меняющее моё отражение в зеркале обречённости, эти доли секунды, эти микроны времени, эти, покрытые пылью мои следы, эти поломанные крылья, эти не прочитанные письма, это так и не обнаруженное счастье, это осень, кричащая слишком громко, эта жизнь на выдохе без вдоха.
Это всё, будущее – это всего лишь фантазии, неопределённое воображение, а прошлое лишь размытые следы на песке памяти. Прошлое уже нереально, будущее ещё нереально. Прошлое и будущее не относятся ко времени, настоящее — единственное время которое есть. Когда прошлое растворилось, когда будущее ещё не определенно, что остаётся? Только этот самый момент сейчас, это всё и как средство, и как аргумент!
Это всё, внимание, боевая готовность, это всё, когда кажется, что в жизни всё рушится, ломается, взрывается, вырывается из рук, но нет смысла впадать в отчаяние, надо думать думать о том, что построить на освободившемся месте, 
это всё, как, почему, за что, в чём я виноват?
Это всё, смерть никого не предупреждает о своих планах, то, что ты задумал сегодня, делай прямо сейчас,
это всё, я на переднем крае пропускаю за ударом удар, это всё, нет возможности противостоять этой невидимой, неуправляемой силе, атакующей меня со всех сторон!
Это всё, поникли плечи, опустились руки, сил сопротивляться более нет!
Это всё, я сдаюсь, я прошу пощады, я вывешиваю белых флаг, но охотница-смерть пленных не берёт.
Это всё, я на эшафоте, сложенном из потерь, несчастий и слёз!
Это всё, я вязну в густой, маслянистой пустоте, это всё, мне некуда идти, это всё, этот шаг для меня последний, это всё, стрелки застыли на отметке норд-ост, это всё, ломается небо и испуганно падает на землю, это всё, объём темноты вытесняет объём солнечных лучей, это всё, Господь, Ты оставил меня, дальше я сам по себе!
И в пыль стирается гранит, и крупинки часов песочных уже в самом низу, и спёртый воздух толчками, и густая кровь аритмично по чёрно-синим венам, и обветренные губы, солёные от слёз, и безутешные дождливые дни, и осенних красок цветные витражи, и река времени смыла мою жизнь, моё имя, мои следы и моё так и не обнаруженное счастье на песке предопределённости, и уже не верю, что смогу победить!
Это всё!

«Шримад-Бхагаватам», книга 5, глава 14
Хотя в зримом мире нет ничего вечного, душа, потерявшая от вожделения разум, пытается найти здесь убежище, как порою спящий силится обустроиться в приснившемуся ему доме. Во сне он огораживает дом высоким забором, устраивается удобно в опочивальне, вкушает изысканные яства и придаётся любовным утехам. 
Вместо того, чтобы бежать прочь из долины смерти, душа гонится за предметами вожделения, как путник за миражом и уходит всё дальше, и дальше от обители вечности.