Увольнение

Через некоторое время я увидел объявление в газете, что на завод требуются специалисты киповцы для ремонта и обслуживания станков с ЧПУ. В отделе кадров меня отправили к руководителю. Он поспрашивал меня – ответы его удовлетворили и предложил оформляться. Я понимал, что шеф вряд ли отпустит без отработки и сказал, что мне, скорее всего, придётся месяц отрабатывать. Он согласился:
– Хорошо, подавай у себя заявление на увольнение – подождем, – и записал мои данные.
Я в тот же день его подал и уведомил шефа. Тот вначале взвинтился:
– Да ты что! Где ты найдёшь ещё такую работу!? Ты, что – в своём уме!?
– Конечно, зарплата там меньше и выходных тоже меньше. Но здесь удовлетворённости и перспективы – никакой, – ответил я. – Да и в душе раздрай.
– Мальчишка! Что ты понимаешь в жизни!
– Для меня удовлетворение важнее денег. Да и это мое. Я учился и занимался этим в институте.
На мою просьбу – отпустить без отработки, он категорично заявил:
– Нет! 
Напор от него был сногсшибательный, но я уже научился его сдерживать, хотя в данных ситуациях всегда чувствовал себя не в своей тарелке. Понятно было – почему он не хочет отпускать. Петрович понял, что перегнул палку: меня этим не прошибёшь. До этого с ним уже не раз были разговоры, что мы катимся не туда, и мне всё надоело, но он их, видимо, по понятным причинам всерьёз не принимал. А сейчас, похоже, стало доходить, и Петрович закончил уже миролюбиво:
– У нас ещё будет время. А, ты, хорошо подумай. Ладно!
Мы ещё не единожды возвращались к этому разговору. Он больше не пылил, а пытался уговорить по-хорошему. Но чувствовал, что меня теряет – со мной ему было комфортно. Шеф придумывал разные аргументы, но я стоял на своём. В конце он предложил работать с ним на халтурах пятьдесят на пятьдесят, если останусь. Обещал, что не будет забирать у меня деньги после выполнения работ на пропой. Отпускать меня с работы домой, когда там ничего кроме выпивки не бывает, а также с объекта, так как я говорил ему, что мне это в тягость. Не будет все договора оформлять на меня, чтобы не подставлять лишний раз, потому что это тоже могло однажды вылиться в неприятности. Но никакие аргументы удержать уже не могли – срок перешагнул финишную дату, и я покинул ударную бригаду. Мужики действительно были хорошие специалисты и, если бы шеф сдерживал пьянки, а не организовывал их, получилась бы действительно ударная бригада. Хотя мы и так всё время перевыполняли план, и нареканий в наш адрес не было, за что получали благодарности от руководства. Многие из мужиков, хотя и были не прочь иногда породниться с зелёным змием, но, если бы соответствующие требования от руководителя существовали, они вряд ли бы этим увлекались до такой степени. Бывали случаи без шефа, когда вечером выпивали сто грамм с устатку, но не напивались. Со временем их стало заносить всё больше и больше. Я уже понимал, что в этом есть и моя отрицательная роль. «Хотел, как лучше, а получилось как всегда» – ещё и хуже. «В чужой монастырь со своим уставом не ходят». Мужики меня уважали – мы расставались тепло на объекте. У шефа на лице проявлялась наигранная весёлость, хотя чувствовалось, что ему было грустно. На прощание с ними я в меру причастился спиртным, за год мы успели породниться и это родство, в миг испариться не могло.