Воспитатель - не прислуга

Я работаю в детском саду. И знаете, меня коробит от одной фразы. Она звучит по-разному, но смысл один: «Ой, да что там сложного? Погуляли, поиграли, спать уложили. Это же не работа, а так — присмотр и уход».

Нет. Это не присмотр. Это работа. Каждый день. С утра до вечера. С двадцатью тремя на данный момент детьми, у каждого из которых свой характер, свои привычки, свои страхи и свои капризы.

И последних – капризов – гораздо больше, чем всего остального вместе взятого. Дети избалованны до умопомрачения. Истерят по поводу и без. Ногами топают, по столу кулаками стучат, и орут, орут, орут. Не плачут, а именно орут.

А ещё такие «прелести» есть у моей работы: у Мани сопли ручьём, Даня кусается, Саня не спал ночью и засыпает за обедом. Ваня плачет, потому что мама ушла. Бодя не хочет есть. Мотя хочет только печенье. Федя сегодня первый раз без памперса.

И это я ещё не упоминаю про родительские чаты и подготовку к занятиям, про планы, отчёты и табели, которые надо сдать ещё «вчера».

Но вот когда я говорю, что устала, мне отвечают: «От чего? Ты же не вагоны разгружаешь. Это не то, что на заводе».

А знаете что? На заводе станок хотя бы не кусается и не орёт. И не приходит его владелец и не предъявляет претензий, что фасад поцарапан и смазка подтекает, что не той салфеткой резец протёрли и не тот чехол после обеда натянули.

Да, статус педагога сейчас оказался ниже плинтуса.

Как так получилось, что у нас, людей интеллигентной профессии, остались только обязанности? А все права перешли к детям и в ещё большей степени – к их родителям?

Почему учителю, воспитателю можно высказывать всё и в любой форме?

И при этом загнать личную жизнь педагога в такие тиски, что ему в обязательном порядке приказывают принять участие в голосовании и указывают, за кого голосовать.

Приказывают установить то или иное приложение в смартфон. А ведь это – моя личная вещь, купленная на мои деньги! Почему я обязана использовать её в служебных целях?

Я не бесправная раба и не прислуга. Я не «нянька», которую можно отчитывать на повышенных тонах за то, что памперс у ребёнка не свежий! Я не «тётя, которая всего лишь смотрит за детьми, чтобы они не убили друг друга».

Я — воспитатель. И это должно звучать гордо!

Я учу детей здороваться и прощаться. Я учу их делиться, жалеть, просить прощения. Я читаю им книги, которые они будут помнить, когда вырастут.

Я замечаю, что у Миши сегодня плохой день, и пытаюсь поддержать его улыбкой и добрым словом. Я вижу, что Марк скучает по маме и стараюсь подбодрить его.

Я объясняю, что драться плохо, а говорить о своих чувствах — хорошо. Что ошибаться – это нормально. Что бояться – это не стыдно.

Я учу их быть людьми. Понимаете? Людьми. А мы, взрослые, – остались ими?

И я устаю. Не потому что я слабая. А потому что это — тяжёлый труд. Тяжелее, чем кажется со стороны. И к сожалению, очень неблагодарный.

Так вот. Если вы считаете, что воспитатель — это прислуга, которая просто «присматривает» за вашим ребёнком, пока вы на работе, — нам с вами не по пути. Вы не поймёте меня. И я не буду тратить силы на то, чтобы объяснять.

А если вы знаете, что такое быть воспитателем, или у вас есть дети, которые каждый день идут в сад, потому что там их ждут, а не просто «кормят, меняют памперсы и укладывают спать в тихий час», — добро пожаловать. Вы — свои.

Давайте уважать друг друга. Хотя бы за то, что мы оба делаем одно дело: растим наших любимых деток.