Ожидается торнадо. Глава 15

ГЛАВА 15. МИССИЯ НЕВЫПОЛНИМА

 «Корсар» Кемпа вышел из гиперпространства в заданной точке, я перебрался в экспресс-капсулу гонца и погнал в район сектора 1124, где базировался кирасирский флот. На подлете включил систему опознавания и не без труда отыскал флагман.

Корабль чужих – корявая каракатица, распластав свои черные щупальца, отливающие серебром в свете габаритных огней, лежала на огромной подкове космической базы неким чудовищем – чужеродным пришельцем, пробравшимся в строй человеческих звездолетов. Монстр, навалившийся всей своей темной массой на жалкий спасательный круг межзвездной станции, будто отдыхал в гавани после изнурительного плавания по просторам галактики, качался на гравитационных волнах, как зловещий кракен, явившийся из глубин галактической бездны. Впрочем, мне некогда было устрашаться конструкцией кирасирского флагмана. Когда невзрачная подкова базы встала передо мной несокрушимой бесконечной стеной, я направил капсулу, повинуясь приказам диспетчера, в гостеприимно распахнувшийся зев шлюза.    

Пройдя длинный коридор, обшитый металлическими пластинами с орнаментом из вязи неизвестных символов, мой неприхотливый транспорт очутился в шумном ангаре. Целая эскадрилья уродливых клювастых машин с черными глянцевыми боками готовилась к вылету. Приземистые роботы, снабженные шлангами и манипуляторами, деловито сновали меж чернильных клякс патрульных катеров, проверяя и перепроверяя их системы. Огромные погрузчики под управлением синелицых гуманоидов спешно загружали трюм небольшого транспортника. Коробки с интергалактической маркировкой и кирасирскими печатями исчезали в чреве корабля с завидной скоростью. Похоже, эти длиннорукие синекожие существа с раскосыми глазами, сидящие в кабинах роботов-погрузчиков, затеяли соревнование, кто быстрее справится с работой. Несколько кирасиров в традиционной броне воинов зависли над полом. «Служащие, дежурящие по ангару или охрана ценного груза?» – Подумал я, глядя, как глыбоподобные массы, торчащие из украшенных чеканкой лат, парят на овальных платформах анти-гра.

Казалось, до меня никому нет дела, но это было только первое впечатление. Огромный кирасир без знаков различия тут же подлетел ко мне, едва я, выпрыгнув из капсулы, сделал первые шаги по ангару.

– Посланник его глыбоподобия Кроука. – Торжественно отрапортовал я, почтительно опуская глаза к основанию глыбы, как того предписывал этикет, и протянул разрисованную абстрактным орнаментом трубочку. – Секретное сообщение. Вручить лично главнокомандующему эскадры Буллу. – Добавил я, с удивлением глядя, как металлическая штучка, вырвавшись из моих рук, подплывает по воздуху к чужому и замирает в нескольких сантиметрах от бурой бугристой туши кирасира. Единственное универсальное отверстие органов чувств уставилось на меня, перебирая мелкими ресничками – щупальцами.

– Пройдите за мной. – Раздался знакомый скрежещущий голос из коробки переводчика на «шее» встречающего.

«Какая, однако, вежливость!» – Поразился я. Мое мнение о манерах кирасиров еще более улучшилось, когда к моим ногам подкатилось «блюдце» анти-гра. Я смело ступил на качающуюся в воздухе платформу и отправился вслед за чужаком. Управлять этой штуковиной было не трудней, чем скейтом. Я скользил над полом из огнеустойчивой керамической плитки с таким же орнаментом, как на латах клана воинов, и с интересом оглядывался по сторонам.

Размеры базы были поистине грандиозны, чего только стоил ангар. Он мог принять одновременно до полусотни кораблей небольшого размера. А наверху были еще ярусы для оборудования, обслуживающего взлетно-посадочный комплекс. Гравитационные подъемники, притягивающие специальными захватами корабли и перемещавшие массивные транспортники к открытым портам для переброски груза, значительно упрощали погрузочно-разгрузочные работы. Я задрал голову вверх. На всем протяжении шахты на разной высоте висели в воздухе пристыкованные к портам корабли. То там, то здесь бронированные створки расходились, массивная бандура подъемника притягивала очередной ожидающий разгрузки транспорт и подавала открытый зев трюма аккурат под дверцы порта. Механизм работал как часы – без сбоев и эксцессов. Ящики исчезали в трюмах кораблей с поразительной скоростью. Некоторые так вообще двигались будто по невидимой ленте конвейера. Зачем же тогда трудились в поте лица синекожие? Не иначе, профсоюз погрузчиков заявил протест.

Я бросил взгляд на зависшие высоко над головой темные силуэты истребителей со сложенными крыльями и отметил расположение переходных мостиков с металлическими перилами и смотровых площадок – что-то вроде балкончиков, на которых время от времени появлялись грозные глыбоподобные фигуры, взирающие с головокружительной высоты на суету обслуги.

Несмотря на то, что база принадлежала чужим, по пути нам встречались также и представители других, союзных кирасирам рас. В частности высокие и костлявые клирианцы в белых одеждах, висящих на них как саван на скелетах. Тонкие суставчатые руки оживленно жестикулировали – звуковой речью эти насекомоподобные гуманоиды так и не обзавелись. Прханы, закованные в пневмоусилительные скафандры, вышагивали по коридорам базы, как роботы недомерки в сопровождении заросших шерстью слуг, издающих трубные звуки своими мохнатыми хоботами. Попадались также и люди. Общеизвестно, иметь секретарем или советником человека весьма престижно, особенно если приходится вести дела в приграничных мирах. Но чаще всего нам попадались закованные в боевую броню кирасиры с псевдопротезами вместо рук, снабженными аннигиляторами последнего поколения.

 К чему кирасирам столь грозное вооружение, я не мог понять, им и конечности-то были вовсе ни к чему. Зачем глыбам руки, если они с легкостью управляют гравитационными полями? Разве только чтобы быть похожими на людей? Может прав Джош, и внутри глыб продолжает жить человеческая душа с ее страстями, с неизбывной тоской вспоминающая события давно минувших дней? Не от этого ли глыбы столь агрессивны? Жить в нечеловеческом облике, тут любой свихнется.

Даже невооруженный кирасир был опасен. Традиционное оружие – волновой хлыст, или всплеск, как его называли специалисты по инологии. Резкий, направленный выброс гравитационного возмущения, с легкостью поражающий цель или ее захватывающий, в зависимости от силы воздействия. Именно таким хлыстом притянул к себе донесение встретивший меня представитель воинственной расы.

Я следовал за ним, стараясь не отвлекаться по пустякам, и мысленно отмечал на карте нашего маршрута удобные для бегства пути отхода. Мы пересекли семнадцать секторов, в том числе док для починки вышедших из строя кораблей. Ого! Глядя на техников, суетящихся вокруг корявых каракатиц, я со всей определенностью понял – глыбы готовятся к войне. Иначе, зачем монтировать на штурмовики деструкторы супердиапазона? Не знал, что кирасиры обладают таким оружием. Перевес сил будет совсем не в пользу людей. Ох, не зря Джош решил заслать меня на вражескую базу. Только для чего мне все это показывает кирасир? Хочет, чтобы моим соплеменникам стало известно о приготовлениях к грядущим битвам? Не пускают ли мне просто пыль в глаза? Типа, хотите войны – вы ее получите?  Значит ли это, что я раскрыт, и меня пытаются использовать в своих целях? Не хотелось бы делать такой преждевременный вывод, поэтому я продолжил партию…

Анти-гра «блюдце», на котором парил кирасир, остановилось возле входа в покои главнокомандующего. Два сторожевых робота, похожих одновременно на груду жестянок и приготовившихся к прыжку цепных псов, замерли в неподвижности по обе стороны двери. Охрана в режиме ожидания.

– Проходи! – Скрежещущий по нервам голос из коробки переводчика раздался в тот самый момент, когда я поравнялся с бездушной, а потому не знающей жалости стражей. Из грубых, чуть приоткрытых пастей торчали внушающие опасение дюймовые клыки. Целый их частокол совсем не красил массивные челюсти под фасеточными глазами, горевшими зловещим красным огнем. Оружие на взводе. Напружиненные лапы с железными суставами в любой момент были готовы привести в движение неуязвимое для плоти металлическое тело. Голыми руками таких монстров не возьмешь. Я почти с нежностью вспоминал баргоманского завра. Он, по крайней мере, был живым существом –  пусть даже со всеми вытекающими из этого последствиями. (Лишь бы не на мою машину!) Здесь же у дверей сидела механическая смерть, с которой невозможно договориться, которую ни разжалобить, ни напугать. Она не знает компромиссов и убьет любого, как только раздастся команда хозяина. Но я попробую обмануть смерть, мне надо совсем немного времени…

– Проходи! – Повторил кирасир, и я спрыгнул с летающей платформы. Дверь, украшенная бронированными пластинами с чеканными символами, больше похожими на узоры, поднялась вверх, пропуская нас, и тут же опустилась за нашими спинами. Я чувствовал легкую дрожь бесформенной глыбы кирасира, похоже, он испытывал благоговейный трепет, вступая в священные чертоги покоев главнокомандующего. Окинув быстрым взглядом помещение с голыми каменными стенами, я распылил моего провожатого на атомы. Глыба обрушилась к моим ногам кучкой бурого песка. Следующий заряд настиг тушу главнокомандующего, в задумчивости парящего в столбе света. Он явно не успел ничего понять и тоже осыпался вниз темной горсткой пепла. В воздухе лишь покачивались громоздкие доспехи, навсегда покинутые доблестным рыцарем, павшим от моего вероломного удара. Больше никого из чужих в комнате не было. Я машинально потер запястье. О двух точных выстрелах портативного дестроера напоминало только легкое жжение под браслетом. Путь в АД был свободен. Надеюсь, там не поджаривают грешников на медленном огне?

Я знал, что никто не посмеет тревожить старого ворчливого адмирала, затворником сидящего в своих апартаментах, а значит, у меня есть время.

Грубо выдернув из светящегося потока броню, лишившуюся хозяина, я вошел в столб света и занялся поисками систем управления. Для связи с компьютером мне не нужен был ни шлем, ни контактер, поисковые программы подчинялись мне беспрекословно – вероятно процедура входа с введением паролей уже была выполнена. Мне оставалось лишь воспользоваться счастливым стечением обстоятельств.

Перед моими глазами проплывали многочисленные стеллажи с папками документов, как в старинных гипнофильмах. Я проходил сквозь них, как сквозь дым – они меня не интересовали. Моей целью был АД. А вот и заветная дверь архива данных. Старые сведения, давно забытые всеми. Джош велел мне создать канал и переправить весь файл целиком, не тратя время на распаковку. Если бы за мной по пятам шли кирасиры, я бы так и сделал, но меня никто не торопил, поэтому я открыл дверь.

Это было то же самое, что открыть ящик Пандоры. Яркий до невозможности свет, ударивший в глаза из дверного проема, понемногу сошел на нет, смутные очертания обрели форму, и передо мной возникла модель Вселенной – галактики, закрученные в спирали, звездные скопления, планетные системы. Я приблизил одну из планет. Альбион?! Почему-то он всегда лезет под руку. С орбиты он похож на пятнистый шарик. Я навел фокус на один из его городов. Поразительно, но контуры каждого здания просматривались в мельчайших деталях. Я видел также и снующие в воздухе флаеры, и спешащих по своим делам людей… Черт возьми, что это такое? Неужели чужие вот так просто наблюдают за человечеством? Может рассказ Джоша не такой уж и бред?

Провести эксперимент? Я сфокусировался на пустыре, расположившемся на окраине города, и возвел помпезное, но на редкость безвкусное здание. Шагающие по тротуарам граждане восприняли его как само собой разумеющееся. Стали заходить в его уродливую дверь с вывеской магазина и выходить оттуда с покупками. Безумие какое-то!

Это походило на одну из старых игр, которыми забавлялось не одно поколение в прежние века. Но эта спасительная мысль тут же растаяла, как инверсионный след от ракеты. Зачем Джошу похищать у чужих бесполезную игрушку? Если она, конечно, игрушка?

Что-то тревожило меня, не давая покоя. Может это всего лишь математическая модель моего мира? Здесь все, что существует, или когда бы то ни было существовало в нем. Крепко задумавшись, я отыскал базу кирасиров, на которой сейчас находился. В доках кипела работа, одни глыбы медитировали в своих кельях, другие – слонялись по базе, выполняя возложенную на них начальством работу. Не без труда я нашел покои главнокомандующего, увидел двух стражников под дверью – стальные роботы-псы несли свою вахту, не подозревая о происходящем. Но сама комната адмирала – не только без изысков, но и без элементарной мебели – оказалась пуста. Меня в ней не было! Странно… Я отмотал запись назад – на тот момент, как я вхожу в покои главнокомандующего, и с удивлением увидел, как рассыпаются от моих выстрелов в прах кирасиры, но самого меня там не было. Что это значило, я не понимал.

Я просканировал сектор космоса близ Осбурга. Вошел в гиперпространство, словно нырнув под одеяло, и сразу же наткнулся на корабль Кэпа. Другого –  настоящего меня в медблоке не было – трубки и аппаратура казались подключенными в пустоту….

Прокрутив запись в обратном порядке к тому моменту, как меня – бездыханного обнаруживают в лифте, я с удовлетворением убедился – хоть в сознании, хоть без сознания мое тело в этой странной модели мира почему-то не отображалось.

С досады я хлопнул по переборкам – лампы начали мигать. Док забегал – аппаратура, будто сошла с ума. Датчики взвыли как двигатель тачки на высоких оборотах, на мониторах взбесившиеся графики скакали, то упираясь пиками значений в «потолок», то вырисовывая зубы дракона. Что все это означает? Неужели я с пульта управления кирасира так просто повлиял на уже произошедшие события? Помнится, я делал нечто подобное в пустыне Данлинга, но тогда это показалось мне сном. Покопавшись в памяти, я припомнил – когда я очнулся после пожара в лифте, Док что-то говорил о мигающих в моем присутствии лампах и недвусмысленно обвинил в этом меня. Похоже, это действительно моя вина. Значит отсюда можно управлять всем миром и в настоящем и в прошлом! У меня захватило дух от одной только этой мысли, но тут же закралось предательское сомнение – что, если лампы еще не показатель, а просто совпадение. Проверить, действительно ли на Альбионе появилось новое здание, я не имел возможности, поэтому вернул модель мира в прошлое и, перемахнув на другой конец галактики к Вирджи, не без труда отыскал среди ярких огней игорных заведений детский развлекательный центр.

Трое моих друзей нерешительно мялись у входа, но потом их будто потоком воздуха вдуло вовнутрь. Помнится, тогда я подтолкнул Броуди, а Лонни и Смита втащил за собой. Понятное дело, что меня сейчас там не было, даже смутного силуэта. Шарманщик с попугаем, предсказывающим судьбу, оказался старым андроидом. Чтобы озадачить себя и несколько сбить спесь, я набил на сенсорной клавиатуре текст достославной записки и подменил бумажечку прямо в клюве попугая. Стоит ли говорить, что шутка удалась. Чувствительная электроника андроида ощутила внешнее воздействие и глаза робота закатились. Перепуганный Броуди, протянувший было руку за своим предсказанием, опрометью кинулся прочь. Наверное, и я от него не отставал, хотя о моем присутствии на улицах первого яруса не напоминала даже тень. Меня просто не существовало в этом мире. Не было меня также и в кабине кабриолета «преступников», удирающих  понарошку от голограммы полицейской машины. Быстрыми движениями пальцев я смоделировал черное авто с роботом-водителем за рулем. Совсем не трудно было вооружить его грозным деструктором. D-1000 создает разрушительную волну, сметающую все, что попадает под воздействие на расстоянии до тысячи метров. К счастью, я вовремя опомнился. Уничтожать детский центр я вовсе не хотел, поэтому скопировал еще одну машину и направил два разрушительных ствола друг против друга. По идее два встречных выстрела должны нейтрализовать друг друга, но я не учел коэффициент рассеивания, так что кое-каких повреждений избежать все же не удалось. Я защелкал по клавиатуре, подсчитывая ущерб. Потом вздохнул с облегчением – никто не пострадал. Кабриолет под управлением моей невидимой тени удачно вышел из пике и несся вверх тормашками, вытрушивая из карманов Броуди честно заработанные жетоны.

«Может так оно в действительности и было, – задумался я. – Неужели я сам послужил причиной переполоха в развлекательном центре и чуть не угробил не только самого себя, но и ни о чем не подозревающих друзей? Это слишком опасная игрушка! – Пришел я к неутешительному выводу. – Что, если ГБ или сам Джош хочет стать повелителем мира? Что произойдет, если какой-нибудь неуравновешенный псих станет играть целой Вселенной? Заполучить Вселенную в личное пользование? Может именно этого хотят визитеры из другого мира? Сами чужие никогда бы не сунулись в дверь с грозной надписью АД, насчет этого можно было не беспокоиться. Тогда кому же принадлежит информационная сеть со скрытым в ее недрах сюрпризом? «Слишком много вопросов!» – Так сказал бы мне Джош, если бы мне удалось припереть его к стенке. Но, к сожалению, мой напарник был далеко, и задавать вопросы было некому. Решать же задачу с миллионом неизвестных не под силу даже хваленому компьютеру Аль-Боро.

Что ж, попробую рассуждать логично. Вдруг некто на заре рождения Вселенной управлял ею, как гигантским механизмом? Значит ли это что все существа в мире – просто марионетки, подвластные чужой воле? Все, кроме меня? И что это должно означать? Затем процесс отладки завершился, и Вселенная отправилась в свободное плавание, сохранив на всякий случай в своих глубинах центр управления – неприступную дверь с надписью АД – запасной вход на случай возвращения бога... Определенно одно – Джош ввел меня в заблуждение. Кирасиры не тянули на роль всемогущих богов, не они управляли миром. Не в их характере, обладая тайными рычагами, скромно прозябать на задворках Вселенной. С их воинственностью и амбициями они бы уже стали властелинами мира. Если кирасиры действительно когда-то были людьми, кто или что заставил их существовать в таком несуразном облике? Что это – наказание богов или сбой программы? Чем провинились кирасиры? Может они думают, что камни Гефейры способны вернуть человеческий облик? 

Неожиданно меня озарило. К черту кирасиров с их неведомыми мотивами! Пока я здесь, я могу узнать кое-что важное для меня. Не зря же в этом АДу есть поисковая директория. Я задвинул модель галактики в сторону, как надоевшую игрушку, и набрал в окошечке «поиск»: «Ричард Ким Рэнделл» и код идентификации моего брата.

«Поиск результата не дал» – выдала система. Неужели Ричи все-таки мертв? Мне хотелось рвать на себе волосы, но мой полный отчаяния взгляд уперся в небольшую ссылку мелким шрифтом в самом низу окна: «Ричард К. Рэнделл – воплощение Кертиса Райана, код 2746530086. Новое воплощение – Брендан Ньюмен, Валькирия, Ункор. Я затребовал информацию по ссылке. Секунда, и на весь экран улыбается розовощекий малыш, такой же, как на детских фото Рича. Я ничего не понимал. Ричи родился заново? Программа неизвестного создателя предусматривала и такую возможность? На этот раз Джош для разнообразия сказал мне правду. Умершие и впрямь возвращались в мир живых, рождаясь вновь.  В паутину лжи просто необходимо иногда вплетать хоть немного правдивой информации, чтобы конструкция выглядела пристойно и не рассыпалась в пыль от незначительного толчка прорвавшейся из-под нагромождения лжи истины.

Все правильно, так и должно быть… Каждый раз терять игрушку слишком расточительно для бога, почему бы небожителю не вернуть любимую куклу обратно на грешную землю и не позабавиться, снова подстраивая для нее разные безвыходные ситуации? Как же еще развлекаться богам, оставшимся не у дел?

Как бы то ни было, Рича я нашел. Ункор – четвертая планета системы Валькирии – совсем не плохой мир, во всяком случае, получше, чем трущобы Порту. Я вздохнул. Придется все оставить, как есть. Рич, родившийся заново не будет ничего помнить обо мне, вынужденном теперь отдуваться за нас обоих. Почему-то на моем сердце будто лежал тяжелый камень. Изменить законы этого мира я был не в силах. Да и что в мире, где каждый рождается бесчисленное количество раз, могут значить родственные узы? Но для меня почему-то они были важны, может потому что другого брата у меня не было?

    Разыскать свою мать я так и не смог. Наверное, она также часто, как и я, перебивала иденкоды и меняла имена, поэтому найти концов не представлялось возможным. Погибла ли она или по-прежнему скрывалась от Ролланда Кирка, а может просто была невидима для «божественного ока». Кто знает? Вдруг ее новое воплощение не спешило появиться на свет? Я боялся об этом думать…

Джош знал, чем завлечь меня в логово кирасиров. Когда он успел до такой степени изучить меня? Знал ли он меня – предыдущего? Знал ли я его? Был ли он моим другом или врагом? Тысячи вопросов без ответов…

Я решительно протянул руку навстречу потоку света и открыл канал для гиперпространственной передачи. Содержимое АДа – целая Вселенная, населенная людьми и чужими, – отражалась от моего браслета и исчезала в черном отверстии пробитого пространства. В черную, бездонную воронку затягивало выбившийся от столба света луч и, закручивая спиралью, уносило к другому концу миниатюрного гипертоннеля, где ловил информацию Джош. Мне давно уже стало понятно, что было записано в кристаллах Гефейры, – вся правда о нашем мире, ставшим игрушкой в чьих-то руках. Тогда на Данлинге я так же, как сейчас подключился к потоку, когда происходила спонтанная передача. Мощное гравитационное возмущение в момент звездного парада вызвало высвобождение информации, образовался естественный канал передачи данных. Не знаю как, но Джош следил за происходящим и устроил, чтобы сигнал уловил кирасирский флагман, барражировавший вокруг Данлинга. А может сами кирасиры записали сигнал неизвестного происхождения с тем, чтобы поразмыслить на досуге, что бы все это значило. Видать, особое значение шифрованной передаче они не придали, не догадывались они и о том,  что охота за камнями становилась бессмысленной, ибо важны были не сами кристаллы – носители информации, а то, что было на них записано. И это бы перевернуло всеобщее представление о строении мироздания. Бесполезные камни Гефейры Джош вполне мог передать ГБ, а вот забрать информацию с кирасирского крейсера ему явно было не по силам. Не узнать в нем майора Кемпбелла – героя последней приграничной заварушки – мог бы разве что впавший в кому чужой. Даже самая недоразвитая глыба  вполне в состоянии считать ауру Кемпа и сравнить с хранящейся в базе данных аурой величайшего военного преступника, в одиночку разгромившего ударную группировку их космического флота, готовую вторгнуться в человеческий сектор пространства. А то, что Кемп не может сделать сам, могу сделать я, если меня должным образом замотивировать. Так манипулировать людьми способен лишь человек, начисто лишенный моральных принципов. Я был жутко на него зол, несмотря на то, что мне удалось узнать местонахождение моего брата.

Мощные толчки в дверь заставили меня оторваться от размышлений. Не прекращая передачи, я нырнул в управляющую систему и заблокировал дверь. Не хватало еще, чтобы сюда ворвались вооруженные хлыстами или деструкторами глыбы или их цепные железные псы, которым вполне хватало зубов и могучих лап. Невзирая на усилия, дверь не поддавалась. Передача успешно завершилась. Можно считать мою миссию законченной, но почему же не срабатывает кнопка? Почему, несмотря на то, что я жму на блестящий сенсор изо всех сил, мое сознание не может вырваться из тщедушного тела, используемого в качестве пушечного мяса? Снова проделки Джоша? Так он пытается отделаться от свидетеля своих закулисных интриг? Я не сомневался, убить меня от не стремился, достаточно того, что я не получу вот этого самого кусочка памяти. Я очнусь на корабле Рэнделла или где-нибудь еще и не буду ничего знать об информации, записанной в кристаллах. А ведь это похлеще бомбы: мир – игрушка в могущественных руках сверхсущества! Где же ты сам – пресловутый Гефейра? Почему прячешься, боясь показаться на глаза? Или может быть твоя душа, разбитая на девять осколков, до сих пор томится в камне? В таком случае, пусть она лучше там и остается. Мир больше не нуждается в невидимом режиссере, он способен развиваться и сам… Каждый человек вправе сам решать свою судьбу, ему не нужны кукловоды. Впрочем, как и всему человечеству…      
         
Тяжелая дверь, похожая на врата шлюза, пока не поддавалась бешенному натиску зубастых тварей с той стороны. Но долго ли она еще выдержит? Я со страхом думал, какая участь ждет несчастного донора. Быть заживо разорванным на куски? Себе я этого кошмара тоже не желал. Чертов Джош! Я не сомневался, он обо всем знал заранее. Кнопка и не могла сработать, потому что такой технологии попросту еще не было. Как я мог быть так слеп? Бездумно довериться безбашенному авантюристу…

На все лады костеря Джоша, я продолжал отчаянно метаться по системам информсети кирасиров. Незнакомые значки, неизвестные символы… Что означает полукруг и язычок пламени? Огненная стена, готовая испепелить врагов? Не тратя времени на размышления, я коснулся значка кончиком пальца. Столб света исчез, и вокруг меня возник полукруг пульта управления. Он светился призрачным синим светом. Небесного цвета сенсорные кнопки, окруженные галосиянием, висели в воздухе. Тонкая сенсорная панель буквально легла под мои пальцы.

Кирасиры управлялись с кнопками, посылая слабые импульсы, мне же достаточно было слегка приблизить руки к клавишам, и заиграла сладостная симфония оживающих систем. Только тут, когда развернулся обзорный экран и по нему поползли ровные строчки быстро меняющихся данных, до меня наконец дошло, что я нахожусь вовсе не в апартаментах командующего флотом чужих, а в центральной рубке флагмана, пристыкованного к вражеской базе. Так значит я на корабле. Это меняет дело. Вскрыть обшивку, способную выдержать столкновение с небольшим астероидом, практически невозможно, поэтому я немного успокоился и приступил к процедуре старта.

 Как отнесутся импульсивные кирасиры к похищению собственного флагмана, нетрудно было предугадать. Пытаться сбежать на виду у целой крепости, в окружении армады боевых кораблей, нечего было и думать. Мгновенное распыление – слишком низкая плата за мои преступления, если конечно они не сообразят слегка подбить корабль и захватить меня живьем. Для меня это было еще страшней. Может лучше дать разорвать себя железным монстрам? Джош сложил с себя всякую ответственность, дав возможность мне самому выбирать вид смерти – погибнуть под изощренными пытками ослепленных яростью и жаждой мести кирасиров, чью эскадру я так неосмотрительно обезглавил, или  пасть геройской смертью, сразившись с бездушными роботами-убийцами? Эта смерть тоже обещала быть весьма мучительной. Единственным разумным решением было пальнуть себе в висок, но заряды деструктора я бездарно израсходовал, превратив адмирала и его помощника в две горстки песка. Недальновидное решение! Мне бы пересмотреть его, вернув назад время, но драгоценные файлы утекли от меня по гиперканалу, и воспользоваться темпоральным оружием я больше не мог. И почему мне с самого начала не пришла в голову идея взять заложника? Поступил бы я по-другому, будь у меня возможность видеть будущее? Трудно сказать, но одно я знал точно: если мне удастся выкарабкаться из заварушки, Джошу не поздоровится…

 Быстрыми движениями пальцев я программировал автопилот флагмана, а сам же напряженно прислушивался к шумам, доносящихся из шлюза сквозь завывания маневровых двигателей, готовых в любой момент оторвать огромную махину от стыковочного модуля. Пока корабль соединен с базой, надеюсь, в него стрелять не будут из опасения проделать брешь в самой станции. Тут я решил пойти на хитрость, а именно –  выбросил несколько спасательных шлюпок, разлетевшихся от корабля как мелкая мошкара. Теперь силы кирасиров будут сосредоточены на них, ибо в которой из шлюпок находится дерзкий шпион – они не знают, и мне это только на руку.

Я отыграл по клавишам последний аккорд и, вскочив на антигра-платформу –  ту самую, на которой прибыл, открыл дверь. Бронированная шипастая заслонка медленно поднималась вверх. Если я рассчитал правильно время, у меня будет шанс выпутаться. Надеюсь, что будет!

Два злобных железных чудовища смотрели на меня сквозь открывающуюся все шире и шире щель. Клыки грозно оскалены, уши воинственно прижаты. Замерев на полусогнутых, псы выглядывали из-под заслонки, терпеливо ожидая того момента, когда она поднимется достаточно высоко, чтобы они могли протиснуться вовнутрь и выполнить свой долг: убить наглеца, вторгшегося на их территорию. Выждав время, монстры грациозно поднырнули под дверь, отряхнулись, словно были живыми псами, размяли лапы и понеслись ко мне, грохоча металлическими суставами.

Я предусмотрительно отодвинулся вглубь рубки, и, когда до смертельного столкновения безумной силы и  человеческого разума оставались считанные метры, моя платформа резко ушла вверх, пропуская чудовищ. Их плоские головы с электронными мозгами с грохотом впечатались в стену, последний прыжок они явно не рассчитали. Я перескочил через недоуменно вертящих головами сторожевых псов и, выписывая в воздухе неправильную синусоиду, выскользнул из рубки.

Вряд ли кирасиры когда-либо так использовали свои летающие «блюдца». Я тормознул, вдавливая ботинком один конец антигравитационного диска, и обернулся, напряженно следя, как опускается бронированный заслон, придавливая не успевших проскочить за мной кирасирских псов.

От одной проблемы я успешно избавился, что же делать дальше не представлял. Мне оставалось только следовать интуиции и надеяться на удачу. Рэнделл почему-то был уверен, что кто-то на небесах подыгрывает мне, не давая погибнуть даже в самых безнадежных случаях. Сейчас самое время проверить его предположение – может в какой-то мере он прав?

Неожиданно для меня база содрогнулась с такой силой, что я, на мгновение потеряв управление, чуть не врезался в стену, внезапно бросившуюся мне навстречу. Потом логово кирасиров вздрогнуло еще раз и еще, снова сбивая меня с намеченного маршрута. Стены дрожали мелкой дрожью, пол и потолки вибрировали, какой-то неприятный звук ударял по ушам. «Флагман стартует, – понял я. – На маршевых двигателях. Это моя заслуга. Надеюсь, старт не по регламенту не угробит станцию чужих раньше, чем мне удастся убраться отсюда? – Высказал я несколько запоздалое пожелание…»

В момент, когда мятежный корабль, наконец, отчалил от гавани, поток воздуха устремился к шлюзу с застрявшими под заслонкой роботами. Где-то раздался сигнал тревоги, и впереди начали сходиться створки очередного отсека, отрезая мне пути к отступлению. Черт бы побрал эту разгерметизацию! Псы оказались шустрее, чем я рассчитывал, и их тупые башки вклинились под дверь, не дав ей закрыться до конца. Сам того не желая, я повторил ситуацию на астероиде, только здесь космос шуток и ошибок не прощает.

Я увеличил скорость, насколько это было возможно при встречном ветре такой силы, и в последний момент проскочил сквозь узкую щелочку, сходящихся с боков створок. Пришлось поставить «блюдце» почти вертикально под невероятным углом, иначе бы оно не прошло и упереться руками в ребристую поверхность ворот. Но даже и так края моего диска смачно чиркнули о дверную броню, разнеся звук, заставляющий вставать дыбом шерсть, по всему длинному, но к счастью пустынному, коридору.

Мне крупно повезло. С трудом удержав равновесие, я выровнял полет, если можно так назвать выписываемые мною зигзаги. Расслабляться не стоило. Дальше по коридору теперь уже сверху вниз опускалась еще одна заслонка.

Я привычно задрал один край диска кверху и, вдавливая ногой призрачную педаль ускорителя с синей подсветкой, ринулся навстречу судьбе. Когда до цели оставалось не более метра, я резко снизился и, упав на пол, перекатился под заслонкой. «Блюдце» пролетело по инерции дальше, выбив искры из расчерканных иероглифами плит пола. Я с тревогой следил за искрометным  полетом «летающей тарелочки» и даже не обернулся, когда за моей спиной гулко лязгнул бронированный металл, намертво замыкая поврежденные отсеки станции.

Вставая на ноги и потирая ушибленное колено, я наблюдал дикие прыжки анти-гра диска со скрежетом по полу и периодическими рикошетами в стены и даже в потолок и строил планы, как бы побыстрее поймать эту взбесившуюся штуку, улетевшую черте куда, как мой взгляд наткнулся на нечто блестящее зеркальным блеском, показавшееся в конце коридора. Фигура, сияющая в свете ламп, ловко изловила потерявший управление диск, просто наступив на него ногой, деловито подхватила его под мышку и направилась в мою сторону.

«Андроид, – с облегчением констатировал я, – из тех самых первых жестяных банок с позитронными мозгами, что давно вышли из производства, но весьма модны у альбионской элиты, мнящей себя законодателями мод. Такая древняя куча металлолома может представлять разве что антикварную ценность. Но это уже второе дело. Главное, никакой опасности для меня –  беглого террориста – эта неожиданная встреча не сулила.

– Здравствуйте, – весьма учтиво поздоровался со мной на галакте ископаемый образец. – Позвольте заметить, что станция не место для игр, тем более опасных. – Стройная фигура робота из легкого металла с пропорциями человеческого тела укоризненно возвышалась надо мной и строго отсчитывала за недостойное поведение, грозя зеркальным пальцем. – Я буду вынужден сообщить об этом вашим родителям.

Я практически не слушал, что он мне говорил, я во все глаза разглядывал его необычную конструкцию, строя далеко идущие планы. Его голова, чем-то напоминающая шлем древнего рыцаря из учебников истории, сидела на стройной шее. На широкие плечи, отливающие серебром, была накинута серо-стальная хламида, скрывающая на могучей груди примитивную дверцу панели управления. Руки и ноги с суставами, спрятанными под гофрированными сочленениями, делали андроида похожим на старинный скафандр для выхода в космос, а магнитные ботинки позволяли без проблем передвигаться по металлической обшивке кораблей и выполнять текущий ремонт, например, вышедших из строя антенн в открытом космосе. Но, похоже, сейчас эти функции вряд ли были востребованы – такая рухлядь вряд ли сможет разобраться с антеннами гиперсвязи, на нее была возложена совсем иная роль: робот-нянька или робот-секретарь, для иной цели такие раритеты не пригодны. Обвести такую машину вокруг пальца проще пареной репы.

– Я заблудился. – Проинформировал я невольного свидетеля моего неосторожного полета с падением и высеканием искр из отделки коридора. – Сработал сигнал тревоги, я испугался и побежал. Можешь отвести меня в человеческий сектор?

Даже если робот был совсем старый и выполнял мелкие поручения, не требующие особого напряжения позитронных мозгов, в его программе наверняка первоочередной обязанностью значилась помощь людям, даже случайно встретившимся на его пути. Мне это стало ясно после первых же слов, сказанных скрежещущим голосом с металлическим отзвуком.

– С удовольствием помогу вам. – Иного от андроида я и не ожидал. Услужливость у роботов в крови, вернее сказать –  в программе. В его функции не входило допытываться, чего я здесь, собственно говоря, делаю, и это было просто замечательно. С роботами всегда приятней иметь дело, чем с докучливыми людьми, интересующимися всем без разбора –  надо им это, или не надо. С роботами гораздо проще, им не надо втирать, придумывать истории. Они машины, созданные облегчить нашу жизнь, если, конечно, у них нет дюймовых клыков и щелкающей местами, временами огромной пасти. Так что, за исключением разве что сторожевых роботов кирасиров, изрядно потрепавших мне нервы, к остальным представителям этого рода я относился вполне лояльно. И эта жестянка – просто обычный робот для услуг – вежливо проскрипела:

– Прошу за мной. – И вернув мне анти-гра диск, приглашающим жестом предложила следовать за собой.

Со спины андроид был похож на закованного в латы человека. Каждое его неловкое движение вызывало металлический звон. Если мне не изменяет память, внутри он должен быть пустой. Или почти пустой –  провода, схемы, гидравлические поршни и позитронные мозги не в счет. Древняя начинка внутри оболочки из легкого металла вряд ли занимала много места. Дальнейший ход моих мыслей проследить было несложно. Если выпотрошить содержимое блестящего корпуса.… В общем, судьба преподнесла мне неплохой подарок, и отказываться от него я не собирался.

– Постойте, не так быстро! – Окликнул я андроида, продолжавшего что-то скрипеть на тему правил поведения на космических объектах, забежал вперед и нажал кнопку отключения питания. Легко и просто.

Через несколько минут, показавшихся мне вечностью, я уже примерял на себя сверкающие доспехи ходячего антиквариата. Кто бы мог подумать, что знание устройства роботов эпохи первой колонизации может быть настолько полезным?! А кстати, откуда я все это знаю? Снова провал в памяти. Что там говорил Джош о прошлых жизнях? Наверное, эта информация блокируется не настолько надежно, раз сквозь мою блокаду прорвался опыт предыдущего воплощения…. Кем я тогда был, мне страшно было представить. Масса разносторонних знаний о технике разных эпох, оружие, космические корабли, навигационные системы, теория тоннельных пробоев и многое другое кружило у меня в голове, порой всплывая перед глазами в виде сложных и запутанных схем, которые я, тем не менее, понимал и даже мог усовершенствовать. Ну, да черт с ними – со схемами! Главное – с наименьшим ущербом выпутаться из передряги.

Сигнал тревоги выл не переставая, где-то за поворотом слышался топот ног. «Надеюсь, на мне никто не будет задерживать взгляд, – подумал я, чутко прислушиваясь к доносящимся до меня звукам, –  а то можно заметить, что детали моего маскарада пригнаны друг к другу не настолько плотно, как хотелось бы – в щелях просматривается серая ткань куртки курьера…»
Напоследок я водрузил себе на голову освобожденную от мозгов башку андроида и нацепил хламиду. Какой вообще идиот придумал одевать робота, как тривиальную куклу? Без капли сожаления я отпихнул в темный закуток технического тоннеля металлический скелет андроида,  опутанный проводами, грубо соединяющими древние микросхемы с элементами питания. Надеюсь, пройдет некоторое время, прежде чем следы моего преступления обнаружит патруль кирасиров и сообразит, что все это может означать.

Никаких угрызений совести я не испытывал. Может это была целиком и полностью заслуга донора, для которого, вероятно, подобные деяния были отнюдь не в новинку. Размышлять на эту тему совсем не хотелось, время работало против меня. Терять его не следовало. Поэтому, воровато оглядевшись, я вынырнул из пустынного бокового ответвления в оживленный коридор. Попробую проскочить, а там – будь, что будет!

Там, куда я вырулил, деловитым шагом знающего куда и зачем он идет робота, тревожно мигали лампы, и царила суматоха. Гуманоиды испуганно жались к стенам, пропуская спешащих куда-то кирасиров в боевой броне. Роботы-носильщики и агрегаты технических служб, снабженные кучей хваталок, похожих на клешни крабов,  путались у всех под ногами и под «блюдцами» анти-гра – единственным здесь видом транспорта, и вносили излишнюю сумятицу. Я тоже не стал исключением, заставив пару раз споткнуться особо нерасторопного толстячка альбионца, забывшего, что хотя бы изредка, в порядке исключения нужно смотреть себе под ноги, а не пялиться, раскрыв рот, на чужака гуманоида, эмоционально вещавшего с жутким акцентом.

 – Вы уже слышали, база подверглась вероломному нападению! – Говорил на ходу бледнокожий инопланетянин с чешуйками вместо волос и огромными глазами, то и дело перемаргивающими прозрачным веком с едва заметными ресницами. Группа людей в черной форме альбионского флота, следующая за ним, вероятно, в человеческий сектор, пребывала в замешательстве, не зная, стоит ли верить такому категоричному заявлению.

– Этого просто не может быть! – Командир альбионцев, старался сохранять спокойствие. – Кому понадобилось нападать на столь защищенную крепость?

– Это дело рук террористической организации, известной также под названием «Галактобезопасность». – Весьма авторитетно изрек брагх, многозначительно сморщив свой плоский нос.

Я шел по широкому, как проспект коридору за ними следом, неся под мышкой антигравитационный диск. Летящий на «блюдце» древний андроид вполне мог вызвать ненужные подозрения, а рисковать я не хотел, и волей-неволей мне пришлось двигаться в потоке встревоженной толпы и слушать весь этот бред, что нес весьма осведомленный инопланетянин о происках организации, чье существование до сих пор считалось мифом.

Станция снова содрогнулась. Шпион-наблюдатель кирасиров – летающий шар с глазом – врезался в стену, получив приличную вмятину в свой металлический бок. Люди же просто пошатнулись, но на ногах удержались, в отличие от бледнокожего гуманоида, столкнувшегося с мохнатым слугой прхана, тут же отвесившим ему звонкую пощечину гибким хоботом.

– Похоже, палят бортовые установки. – Со знанием дела отметил белобородый толстяк. – Неужели слух о нападении – правда?

– Гавс! – Тронул меня за плечо альбионец в капитанской форме и высокой фуражке с золотым завром над глянцевым козырьком. – Гавс, найди Глорию и приведи ее на наш корабль, что-то не нравится мне вся эта свистопляска…

Я замер от неожиданности, едва удержавшись, чтобы не подпрыгнуть на месте, выдав себя. Не знаю, как мне удалось сохранить самообладание и не рухнуть в обморок. Я застыл на месте, вытянувшись по струнке перед альбионским офицером, и боялся лишний раз вздохнуть – роботы ведь не пугаются и не дышат, они молча выслушивают приказы и спешат их выполнить – быстро, точно, без проволочек и лишних слов.

– С удовольствием помогу вам! – Ответил я. Копировать металлический отзвук не было необходимости. Легкий металл корпуса андроида буквально вибрировал от звуковых колебаний, и хозяин Гавса не заметил разницы.

– Поторопись. – Напутствовал он меня.

– Говорят, в рядах кирасиров раскол. – Сообщил за моей спиной чей-то голос. – Они палят по своим же собственным кораблям.

– Не понимаю я наше правительство. Как можно было взять в союзники столь чуждую нам расу? – Слышалось сзади.

Я свернул за угол и пошел, громыхая железом, по широкому центральному проходу. Справа и слева меня обтекала толпа – идти в железных латах не так-то просто. Кто-то бежал мне навстречу, кто-то обгонял, мимо проносились кирасиры на «блюдцах», встречались также и анти-гра платформы побольше – на три или четыре глыбы в полной боевой экипировке. Обычный же люд спешил на свои корабли на своих двоих, за исключением разве что прханов, взобравшихся на спины мохнатых слуг.

Одна из стен центрального прохода была прозрачной, и я сквозь узенькие щелочки для глаз, проделанные мною в фасеточных окулярах робота, видел кирасирский центр управления базой. Бурые глыбы замерли на парящих подставках перед обзорным экраном, на котором разваливался на куски расстрелянный истребителями флагман. Как будто этого было мало, юркие клювастые пташки с крестообразным соплом, из которого вырывались снопы синего пламени, снова заходили для нового удара по уже мертвому кораблю.

Горящие обломки обрушивались и на саму базу, вызывая ее содрогание, и на спешно стартующие с нее корабли. «Похоже, начался массовый исход. –  С удовлетворением мысленно отметил я. – Если и дальше пойдет такими темпами, то очень скоро кирасиры и вовсе останутся без союзников…»

На нижних ярусах, где трудился в поте лица рабочий персонал, так и вовсе царила паника. Хотя с чего бы это – вид на космос, расцвеченный огнями боевых лазерных установок, открывался лишь с верхней палубы…

Я же спешно направлялся к докам в надежде прихватить какой-нибудь не слишком заметный корабль. Может благодаря всеобщей суматохе мое бегство останется незамеченным?