Выступление

       Лёшка Тараненко недавно был назначен на новую должность. Стал помощником начальника политотдела зенитно-ракетной бригады по комсомольской работе. В просторечии «Комсомольцем бригады». Должность новая. Бригада большая, - 17 дивизионов. Надо было побывать в каждом.  Хотелось понять, как и чем живёт часть. Ведь, что ни говори, новый род войск, до этого Лешка служил в РТВ, требовал более детального изучения.
     Прошло месяца четыре, началась отчётно-выборная компания. Жизнь завертелась ещё быстрее. Надо побывать в дивизионах, подготовить конференцию части. А ещё районные комсомольские организации, съезды Областной и Республиканский.
     Апофеозом этой компании была конференция в армии. Штука ответственная, бригада была на хорошем счету в армии и Лёшку предупредили о необходимости выступления на конференции. Последнюю неделю перед ней Лешка писал выступление и защищал его перед начальником политотдела. Ей богу, защитить диссертацию было легче.
     Поезд в Минск отправлялся вечером. На вокзале Лёшку радостно приветствовали трое представителей службы вооружения бригады, отправляющиеся по своим делам в управление армии. Решили ехать вместе. Проинструктировав ещё раз солдат-делегатов и посадив их в плацкартный вагон, Лёшка отправился в купейный. В купе уже сидели попутчики, выгружая из объёмных сумок традиционную варёную курицу и другую домашнюю снедь. У Лёшки, аж слюнки потекли. Он пока ещё холостяковал. Деньги заканчивались дней через двадцать после получки, поэтому кушать хотелось всегда. Кстати это была одной из причин частых выездов Лёшки в дивизионы. Там всегда покормят, останется время, - поработаем.
     -Ну, что «Комсомол», давай подсаживайся, - пригласил старший,- ты у нас человек новый. Заодно и познакомимся.
     Поезд тронулся. На столе появилась солдатская фляжка со спиртом. Лёшка заёрзал. Что делать? Опыта  употребления спирта до этого он не имел. Попробовать? А как завтрашнее выступление? Откажешься, - скажут, зазнался. Ведь служим рядом, в управлении бригады. А, чёрт с ним, будь, что будет! По чуть-чуть…
     Спирт оказался штукой мощной. Когда доставали вторую фляжку, жизнь за дверями купе стала казаться настолько интересной, что каждый из попутчиков хотел выйти, посмотреть, что там, а заодно и навести твёрдый армейский порядок. Вялые возражения проводниц пресекались на корню подношением очередного бокала. К середине ночи угомонились.
     Прибыли в Минск в 8.00. Автобус уже ждал делегатов. Говорить о состоянии Лешки трудно. Потому что его, состояния, не было. Хотелось пить и спать. Но коллеги – вооруженцы, которые, как они говорили, спирт пьют с того времени, как мама их сняла с молочного довольствия, предупредили: никакой воды. Это всё ровно, что стакан водки выпить. Крепись!
     Лёшка крепился. Поехали на завтрак. Есть не хотелось. Хотелось пи-ить. Чай, – вот он. Но, – низ-зя-я! Оп-па, здесь же есть кефир! Это ж не вода. Кефир завсегда помогал с бодуна. Лёшка взял сразу две бутылки. Это было райское наслаждение. И, действительно, полегчало. Однако, облегчение было временным. Не успел Лёшка сесть в кресло в зале, как его полностью развезло. Плюнув на всё, устроившись поудобнее, он заснул сном праведника. Весь полуторачасовой доклад он добросовестно проспал. После доклада, когда Лёшку растормошили коллеги, он опрометью бросился в туалет, где  отмокал под струёй ледяной воды  с полчаса. Там его и нашли, предупредив, что он первый выступает после перерыва.
     К началу прений Лёшка чувствовал себя более или менее уверенно. Когда объявили его фамилию, он вскочил и бодро потрусил к трибуне. Став за трибуну и уже открыв рот, он с ужасом обнаружил, что его выстраданная, выверенная до каждого слова и утверждённая командованием бригады речь осталась в зале. Что делать? Не вернёшься же в зал, попросив подождать аудиторию!
     И Лёшка начал говорить! Он нёс с трибуны всё, что узнал за эти месяцы о ЗРВ. Он придумывал состязания, перекрывал нормативы на десятки процентов, приводил примеры и фамилии, фамилии и фамилии передовиков. Когда он закончил, чуть-чуть не уложившись в регламент, зал разразился аплодисментами.
В перерыве к нему подошёл заместитель  начальника  Политуправления армии.
     -Молодец! Быстро ты разобрался. Единственный, пожалуй, твой недостаток, - большое количество фактуры. Надо уметь выбирать главное.
     Лёшка старался похвалу выслушивать, держа максимальную дистанцию. Говорить могли всё, что угодно, ни во время этого, ни после, он не помнил ни одного предложения своего выступления.