Полуостров. Глава 281

Глава 281
- Куда ты ходил?..
Я скользнул к ней под одеяло.
- К Эмилю...
- В час ночи?
- Он ещё не ложился. Нужно было обсудить один вопрос...
- Утром нельзя было?
- Утром у меня работа, Маша...
- Послушай, Паша... - она отвернулась от окна, за которым клен шелестел листьями, периодически роняя их в водосток. - В "Пятёрочке" говорили, на экскурсии пропал ребёнок...
- Потом нашёлся! - поморщился я.
- Он два часа дома долдонил, что одноклассница на него смотрела, и у него отъехала крыша...
- Он в принципе ненормальный... - я положил руку на её заметно увеличившийся живот. - Мало ли кто на кого смотрит...
- На меня она тоже смотрит, - Мария Борисовна накрыла своей рукой мою. - Как будто знает что-то про меня... Она же читает мысли...
- Я запрещаю ей! - резко сказал я.
- А она тебя слушает!
- Обязана слушать!
- Почему?
Я придвинулся к ней ближе.
- Я говорил, я - Наставник...
- Что это значит, Паша?
- То же самое, что и учитель, только гораздо хуже...
- Паша, не надо! - она сбросила со своего тела мои руки. - Я не хочу!
- У нас так давно ничего не было... - пробормотал я, поворачиваясь на бок.
- Я боюсь...
- Интересно, чего?
- Боюсь, что что-то случится с ребёнком! Прошлый раз..
- Прошлый раз ты упала с лестницы! И сейчас я с тобой, тебе не о чем беспокоиться...
- Все равно, - упрямо повторила Мария Борисовна, - я не хочу...
- Не хочешь - ради Бога! Будем спать...
- Паша... - она тронула меня за плечо. - У тебя кто-то есть?..
- Это твоя реакция на то, что я покорно терплю, что ты три недели отказываешь мне в сексе?! - я сел на кровати. - Нет, Мария Борисовна, никого у меня нет! Просто существуют и другие заботы, уж прости, мы не в сериале!..
- Паша, я не могу... - прошептала она. - Не могу, когда она там, за стеной... Мне кажется, она все слышит!
- Она спит, Маша! - воскликнул я. - А как жили люди в коммунальных квартирах?..
- Я не жила!
- А мне доводилось... Вот сейчас она точно спит... - я дотянулся до комнаты, где, положив руки под голову, посапывала носом Айгуль. - Так что, поехали...
- Мне все время кажется, что она смотрит на нас, - призналась Мария Борисовна.
- Через стену?!
- Ты же можешь смотреть через стену...
- Если хочу! Зачем ей это, она что, больная? - я поднял с пола телефон и проверил на нем будильник.
- Зачем она смотрела на мальчика?!
- Это точно о ней речь?
- Говорили о девочке, приезжей...
- Маша, если ты не можешь уснуть, - с неожиданной для себя злостью произнёс я, - давай, я дам тебе что-нибудь выпить? Ей это не повредит, отвечаю!
- Кому? - напряглась Мария Борисовна.
- Нашей дочери...
- Паша, УЗИ пока не видит пол... - глаза у неё округлились, и, чтобы скрыть это, она потянула за край подушки. - Ребёнок так лежит...
- УЗИ не видит, зато я вижу...
- Это неправда! - почти выкрикнула она. - Я слышала, ты говорил с Айгуль на эту тему! Ты сказал, что не знаешь. А ей запрещаешь смотреть! Кто-то ещё так может?
- Да так многие могут... - нужно было отвечать за вырвавшееся с усталости слово, но ничего путного, как назло, не лезло в голову. - Тот же Эмиль... Чародеи могут различить пол ребёнка первые, как он только сформируется...
- Разве вы не все чародеи? - Мария Борисовна выровняла свою подушку и принялась за мою, но я остановил её взглядом.
- Паша, вся постель сползла!
- Меня и так все устраивает!
- Я не люблю, когда ты так делаешь! Как будто, у меня нет свободы воли!
- А у тебя и нет свободы воли! Ни у одного человека до конца нет свободы воли, мы все - пленники обстоятельств... Свободен до конца лишь человек с полным отсутствием привязанностей, живущий в лесу! И, может быть, прекратим философский диспут в два часа ночи? - я вытащил подушку из-под головы и перекинул ей. - Надеюсь, простыня тебе спать не мешает? А пододеяльник?
- Паша, ты не ответил на вопрос!
- Про чародеев? Нет, мы не все, отнюдь... У меня гораздо выше уровень...
- Это он сказал тебе?
- Ну...
- Что?
- Маша, что ещё надо от меня, я хочу спать! - я накрылся одеялом с головой. - Завтра уроки, это тебе не вставать...
- Я же предлагала кормить её завтраком!
- Я сам прекрасно с этим справляюсь!
- Ты справляешься! - ехидно произнесла она. - Она ужасно худая! Если питаться одним мороженым...
- У тебя уже нет токсикоза? Сделай что-нибудь, что повышает гемоглобин... А не кашу, которую ты вечно пихаешь! Я тоже не могу её есть, она не съедобная...
- Вот, значит, как... - она отодвинулась на дальний край постели.
- Слушай, ну, я не делаю из этого проблемы! - простонал я. - Мне в принципе все равно, что жрать... Просто, ну, б..., третий час ночи уже, можно подумать о чём-нибудь хорошем? В поликлиниках раньше курсы какие-то были психологические для беременных, если сейчас сохранились, не хочешь записаться?..
- Если ты так устаёшь, что не можешь поговорить, почему ты пошёл ночью к Эмилю? - с достоинством римской матроны вопросила Мария Борисовна. - Вы опять пили?
- Это, что, непонятно?! Мы пили один лишь раз, и ты устроила из этого спектакль... Да я раньше... - я счел за благо остановиться.
- Да, в школе рассказывали, что часто видели тебя под градусом! - она взяла с тумбочки свой телефон.
- В школе ещё рассказывали, что я перетрахал там все, что шевелится...
- А это не так?!
- Не так! У меня каждый день были уроки и ещё допы. Плюс подработка! И ещё наставничество...
- Чего?..
В мессенджере социальной сети у неё висело 12 непрочитанных сообщений. Небось, какие-нибудь неандертальцы лайкают ей фотки на фоне Замка...
- Я только что объяснял... Если разделить оставшихся количество свободных часов на количество особ женского пола, ну, для чистоты эксперимента, хотя бы не превышающих сорокалетный рубеж, это получается... - я быстро произвёл расчёты на калькуляторе.
- Паша, не смешно!
- А сама улыбаешься! - я вернул на пол мобильник и забрал у неё из рук подушку. - Все, отбой! Время уже позднее...
- Я люблю тебя, Паша...
От неожиданности я захлопал глазами.
- А ты никогда не говоришь, что меня любишь...
- Я никому это никогда не говорил... - признался я.
- И первой жене?
- И ей... Она как-то сама догадывалась... - разговор, который она затеяла в час, когда в больницах обычно приходит смерть, поживиться свежими душами, грозил выйти из-под контроля.
- Почему? Это так сложно?..
- Для меня - да! - отрезал я. - Слушай, ну, я живу уже до хрена лет, наверное, меня не нужно переделывать?..
- Если со мной что-то случится...
- Ну, ты охренела, что ли?! - напряжение, которое я испытывал с тех самых пор, как узнал о её беременности, наконец, прорвалось. - Ну, что, скажи, что, с тоьой может случиться?! Ты прекрасно себя чувствуешь! Город тут тихий, воздух чистый! - повторил я слова отца Козлова. - Спи да гуляй! Я могу надеяться, что ты не повторишь свою ошибку и не будешь придумывать имя заранее?..
Она замялась.
- Ну!
- Я хотела... Хотела назвать её Анна...
О, Святые Хранители, только не это...
- Нет, - я несколько раз категорически покачал головой. - Нет, ни за что!
- Но почему? Так звали мою бабушку, какая тебе разница, это же не мальчик... Отцы обычно трепетно относятся к именам сыновей...
- Я сказал: нет!
- Почему, Паша?
- У моего отца была ещё дочь, он сделал её какой-то крестьянке в деревне... Она умерла. Страшно умерла. Поэтому - нет!..