Криминальная сказка Денежка на поле

(Включается микрофон. Слышен звук настраиваемой аппаратуры, шуршание, и затем — густой, слегка простуженный бас)

— Так, звукореж, звукореж, ты там спишь? Левый канал поддай, у меня в сапоге хлюпает, резонанс не тот. Раз-два. Муха, муха-цокотуха, позолоченное брюхо. Звучит как начало отличного протокола.

Добрый вечер, дорогие радиослушатели, с вами снова «Сырое слово», в студии Яков Щука. И сегодня мы не будем говорить о политике, курсе валют или о том, почему паровые утюги — это тупиковая ветвь эволюции. Сегодня мы препарируем один старый, но очень показательный кейс. Сказочка. Для самых маленьких. Называется «Муха-цокотуха».

Я перечитал её перед эфиром, коллеги. И у меня волосы дыбом встали. А у меня их, на минуточку, и так кот наплакал, только этот вот зелёный хохолок. Это же не сказка, это чистосердечное признание в организации преступного сообщества! Муха, позолоченное брюхо! Откуда у одинокой самки насекомого в лесу позолоченное брюхо? Она что, лесную казну в ломбард заложила? Нет. Это классический отмыв. Она нашла на поле денежку. Нашла. Внезапно. На поле, где денежек отродясь не было. Это, дорогие мои, либо инсайдерская информация о месте падения метеорита, либо бюджетные средства, выделенные на посадку репы, которые успешно освоили.

И что она делает? Муха по полю пошла, муха денежку нашла. Пошла муха на базар и купила самовар. Самовар! Вы понимаете логистику? Это же не спички. Это тонна меди. Чтобы притащить самовар в лес, нужен как минимум гужевой транспорт. Или бригада жуков-носорогов. А она его купила и, внимание, позвала гостей.

И вот тут начинается самое интересное. Кто к ней приползает? Тараканы! Которые, цитирую, «пили водку из стаканов». Тараканы! В лесу! Пьют водку! Это же готовый состав по статье 20.20 КоАП РФ — распитие в общественном месте. И ладно бы просто пили. Они, гады, «поправляют ей усы». Это уже домогательство и коррупционный сговор! Муха покупает лояльность электората дешёвой сивухой, а тараканы обеспечивают ей силовое прикрытие.

А бабочки? «Прилетели бабочки, угощались на лавочке». На какие шиши, я вас спрашиваю, угощались? Муха купила самовар на одну денежку! На одну! Вы знаете, сколько стоит напоить чаем бабочек? Это же метанол по себестоимости! Это демпинг! Она разоряет мелких предпринимателей! Где пчёлы? Где шершни? Где антимонопольный комитет?

А дальше — классика жанра. Приходит Паук. Настоящий, матёрый рейдер. Не какой-нибудь там гопник с окраины, нет. Он «в уголок поволок». Это же чистый захват заложника. Он не просто её убить хочет, он её «пауку-злодею в лапы отдай» требует. Он выставляет ультиматум. И что делает эта вооруженная до зубов, пьяная в хлам тараканья охрана? Они разбегаются! «Все козявочки разбежались, тараканы под диваны». Стукачи! Конформисты! Первый же рейдерский налёт — и вся вертикаль власти рухнула.

И тут, внимание, на арену выходит наш герой. Комарик. В руке — маленький фонарик.

(Щука стучит костяшками по столу)

— Фонарик! Вы понимаете глубину метафоры? Это не фонарик. Это ПНВ — прибор ночного видения. Это спецсредство. Он не просто так влетел, он провел разведку. Оценил диспозицию. И только потом, включив светошумовую завесу, пошел в рукопашную. «Саблю вынимает и на злодея нападает». Какая сабля, вы в лесу хоть одну комариную саблю видели? Это виброклинок! Это тактический нож из высоколегированной стали! Он отключает систему кровообращения Паука, рвет логистические цепочки, и всё — рейдер повержен.

И чем всё заканчивается? Этот Комарик, который только что провел блестящую спецоперацию, берет Муху за руку и ведет «под венец». Всё. Конец. Финита. Моментальная легализация активов. Паука списали в утиль, тараканы снова пьют, а Комарик теперь — законный муж. И все его фонарики, сабли и спецсредства теперь официально — совместно нажитое имущество. Гениально. Чисто, как в аптеке.

А теперь, коллеги, давайте посмотрим на это с точки зрения... хм... альтернативной экспертизы. У нас же в студии не только старый циник Щука. У нас есть светлые умы. Давайте послушаем, что скажет по этому поводу наш финансовый аналитик, специалист по теневому обороту лесных активов, гоблин Фунтик. Фунтик, отключи на секунду жужжалку в кармане, она фонит, и скажи нам: как тебе эта схема с одной денежкой и золотым брюхом? Где тут НДС? Где обнал?

(Щука тянется к пульту, чтобы сделать звук гостя громче, но случайно задевает локтем стакан. Слышен звон разбитого стекла, бульканье, и затем — тяжелый, влажный шлепок, будто на стол уронили мешок с мокрым песком. Микрофон Фунтика издает только глухой, протяжный скрип кожи от сандалий и тяжелое сопение. В эфире повисает тишина, прерываемая только далеким звоном чайной ложечки в самоваре).

— Фунтик? — Щука щёлкает тумблером. — Фунтик, ты уснул, что ли? Эфир!

(Слышен звук, будто кто-то очень большой и мягкий пытается втянуть в себя чай через соломинку, но у него не получается)

— Фунтик, ответь по существу! Ты там портфель свой кожаный на голову от волнения натянул?

(В ответ — только громкое, сырое чавканье и звук расстегиваемой пряжки)

— Так, звукореж, выведи его из эфира, он там, кажется, подавился собственным галстуком... или что у него там на шее... Мокряк! Мокряк, чтоб тебя! Твоя очередь!

(Микрофон со стороны Мокряка шипит, как старый паровоз. Слышен лязг металла, бульканье закипающей воды и шелест рваных рукавов)

— Я-я... я-я... анализирую термодинамику, Яков. Фунтик не подавился. Он... он вошел в состояние стазиса. Смотри. Муха нашла денежку. Денежка — это твердая фаза. Самовар — это теплообменник. Она вбрасывает твердую фазу в систему, чтобы перевести её в жидкую — чай. Но! Тараканы вносят в систему этанол. Этанол снижает температуру кипения! Система становится нестабильной!

(Слышен резкий свист клапана на его паровом рюкзаке)

— Паук — это внешнее давление! Он создает вакуум! Он пытается высосать из системы все тепло, всю жидкость, оставив только сухую муху! Это же элементарная физика! Комарик со своим фонариком — это не ПНВ, это локальный источник когерентного излучения! Он создает фазовый переход! Он точечным нагревом испаряет путы Паука! Это же... это же Нобелевская премия по физике, Яков! А Фунтик... Фунтик просто не выдержал диссонанса. Когда он услышал про «позолоченное брюхо», его внутренний КПД упал до нуля. Он попытался переварить концепцию необеспеченного золотого стандарта, и его кровеносная система ушла в экономичный режим. Он там просто... конденсируется. Я сейчас замерю уровень влажности под столом... (слышно, как Мокряк водит лупой по полу)... девяносто восемь процентов! Он там плесенью покроется, пока мы тут физику спасаем! Ему нужен осушитель! И клизма из дистиллята!

— Мокряк, клизму в студию не неси! — орет Щука, перекрывая свист рюкзака. — У нас тут прямой эфир!

(Внезапно из микрофона Фунтика доносится громкий, утробный звук, похожий на спуск воздуха из огромного надувного матраса, после чего следует блаженный, сытый выдох)

— М-м-муха... — невнятно бормочет Фунтик, и звук его голоса теперь доносится откуда-то из-под стола, приглушенно и влажно. — Хор-р-рошая... схема... Только самовар... не того... калибра... Надо было... брать... с медалями... Тульский... и в сумку... мою... кожаную... класть... для... амортизации... А то... чек... потерялся...

— Всё, я не могу! — Щука срывает с шеи хлипкие очки и бросает их на пульт. — Звукореж! Рекламу! Давай рекламу, пока эти двое мне студию не взорвали! У Мокряка сейчас клапан сорвет, а Фунтик там в своих сандалиях утонет!

(Эфир резко перебивается бодрым голосом диктора: «А вы уже купили новый паровой рюкзак модели "Мокряк-Эксперт"? Теперь с функцией кипячения чайника прямо на спине! Не думай о физике, просто шипи!»)

— ...и носки из паутины, которые не рвутся, даже когда вас волоком тащат в уголок! — подхватывает Щука, тяжело дыша в микрофон. — Дорогие слушатели, не переключайтесь. Мы вернемся сразу после того, как вытрем со стола чай и приведем в чувство нашего экономиста. Он там, кажется, пытается оплатить счет за эфир натурой — кожаной сумкой. Мокряк, положи лупу на место! Это не улика, это мой носовой платок! (снова стучит по столу) Так, я в наушниках, я в студии, я спокоен... Муха, муха-цокотуха... Чтоб её, действительно позолоченное... (слышен тяжелый глоток воды)... Продолжим через минуту.

(Щука судорожно выдыхает, пытаясь найти очки на ощупь, и случайно нажимает кнопку включения микрофона Фунтика)

— ...и поэтому, — абсолютно трезвым, сухим и аналитическим голосом произносит Фунтик из-под стола, — первичную декларацию о находке денежки Муха в лесную канцелярию не подала. Это три года строгого режима, Яков. Только за сокрытие. А самовар — вещдок. Я бы на месте Комарика на ней не женился, а оформил явку с повинной. (Слышен звук натягиваемой на живот красной футболки) У меня и бланки в сумке есть. И сандалии, кстати, сухие. Принести?

(В эфире звучит оглушительный гудок парового свистка, звук бьющегося стекла и отчаянный крик Щуки: «Вырубай всё к лешему!»)

(Конец записи)