Это конец

      Утренний голос Серёги — моего одноклассника, долго работавшего по молодости в такси, звучал в смартфоне предельно тревожно:
— Слыхал, пять человек, прилетевших из Юго-Восточной Азии превратились в обезьян!
— Серёжа, ты чего несёшь-то?
— Я тебе точно говорю: бля буду! Зашли на самолёт людьми, а по трапу спустились уже...
     То что Серёжа половину событий из своей жизни напрочь забыл, меня давно не удивляло... Но тут уж совсем, ни в какие ворота... Я даже не стал слушать дальше и рассоединился. Человек бредит, а ты слушай. Он ещё в школе начал сильно пить, и годам к двадцати уже пьянел от ста грамм, хотя и мог в себя влить до трёх бутылок водки за раз: потом заговаривался, путался, пускаясь в рассказки... но никогда не блевал и не падал. Даже окончательно потеряв разум, он продолжал выглядеть для стороннего наблюдателя вполне вменяемым, конечно, пока не начинал говорить.
     Опаздывал. Давно пора было собираться и скорее ехать на репетицию. Почистил зубы, съел яйцо в крутую с майонезом, выпил полчашки кофе и скорее вниз через ступеньку.
     Дуся, сидевшая покачиваясь на скамейке возле подъезда, встретила меня фразой с назидательными интонациями, мол, допрыгались-доскакались: "Вона чего творится-то, Сашк, — говорят, садились в самолёт люди, а на аэродроме повылезали обезьянами. У одного, рассказывают, даже хвост из зада торчал".
      Я ей и "здрасти" не сказал, шарахнулся, и почти побежал к машине. Мотор толком не прогрел, и почти сразу поехал. Включаю радио, а там только два слова от последней загадочной фразы: "...спа обезьян". И всё... И музыка.
     Что за "спа обезьян"? Спа-салон для них, что ли? Какое-то наваждение. Ладно, чёрт с ними — с обезьянами! Вечером прилетает из Вьетнама жена с сыном и внучкой, надо ещё успеть их встретить.
     Вспомнилось, как накануне отлёта мы с женой долго беседовали о будущем всего человечества, размышляя о словах академика Сергея Капицы, который незадолго перед смертью предрёк неотвратимое сжатие времён. Он в одном из интервью по телевизору, нарисовал график из которого было понятно, что наша жизнь и развитие на Земле уплотняются и вот-вот накроются медным тазом из-за стремительного движения в точку. И в этой точке должно произойти что-то катастрофическое. Например, приключится третья мировая война, после которой четвёртая мировая по мнению Альберта Эйнштейна будет вестись при помощи дубинок и камней.
     Недавно, всем известная Маргарита Симоньян предположила, что после конфликта мы всем миром отправимся в начало девяностых: без современных компьютеров, сотовых телефонов и прочих радостей нынешнего времени. И, мол, это даже и не плохо. И можно было бы согласиться с ней... Но...
     Но, думаю я, — она слишком оптимистична. Более того, и Эйнштейн тоже оптимист.
     Мы в тот раз с женой решили, что четвертой мировой вовсе не будет, и человечество дружно мутирует в наших предшественников обезьян обыкновенных, как существ более приспособленных к жизни в радиационной атмосфере планеты. Начнётся новая история развития цивилизации, и тот кто окажется наиболее готов к мутации, тот и сохранится для земной радостной жизни.
     Ну, поговорили, и она улетела во Вьетнам.
     Самолёт прибыл вовремя, но долго стоял на полосе. Жена позвонила из салона и рассказала, что какой-то мальчик лет десяти вел себя неадекватно: чихал и кашлял. Вызвали медиков, пока они обследовали маленького пассажира, высадку задержали на целый час. Я, скучая, ждал в терминале.
     Наконец, они вышли в зал прилёта. Жена, улыбаясь протянула мне руку для поцелуя... Рукав задрался... и... о, Боже! Из-под манжета рубашки, от запястья к локтю обнажился густой подшёрсток тёмно-коричневого цвета...


© А.Е. Тулупов
  16 октября 2026г.