АББА

  АББА - Андрей Борисович Байков-Афанасьев. 56 лет, отец двух детей. Человек добрейшей души, отличный семьянин, и прораб как говориться от бога. Не высокого роста с небольшой родинкой на щеке как у героя кинофильма - Гардемарины вперёд, Алёшки Корсака, которого играл Дмитрий Харатьян. Человек который не возвышается перед другими, не кичится своим положением. Человек который может работать на равне с рабочими забравшись на подмости, или строительные леса. Шутник, балагур и весельчак. Никто и никогда не слышал от него бранного слова. Но мог порой и пожурить, если этого кто-то реально заслуживает.
  - Но есть у него и один недостаток, когда выпьет, то теряет над собой контроль, впадает в детство, и становится неуправляемым ребёнком. Сколько раз его за пьяные выходки ругала жена, и он давал ей свое неувядаемое честное пионерское, что больше никогда не будет выпивать и творить подобное. АББА, как только примет "за воротник", то принятое его тут же возвращает в детство, его как магнитом тянет на разнообразные приключения.
  Он может нарвать на любых клумбах цветов, и дарить их проходящим мимо женщинам. Скатываться в конторе со второго этажа на первый запрыгнув на перила. Один раз, потеряв равновесие упал на пролёт ступенек первого этажа на спину. Но упал удачно, без последствий. Борется с рабочими на руках, и проигравший выполняет то, захочет прораб, но в основном идёт за поллитрой. Кривляется, строит рожицы, что детям, что взрослым, для него не существует ни какой разницы, и спрашивает:
  - А ты, умеешь так делать?
  - А ну, покажи мне ты, что умеешь? Устраивал соревнование на срой-площадке, - опускал поочерёдно с рабочими голову в ведро с водой на время, кто сколько может продержаться "нырнув" без воздуха.
  Однажды, сжигая на стройплощадке строительный мусор, АББА поочерёдно бросал пустые баллончики из под монтажной пены в огонь. Их грохот и залпы слышала вся деревня. Потом он с радостью и восторгом говорил:
  - А не плохо мы постреляли, - а!?
  - Не хило же, - да!?

  Видя все его пьяные деяния и "безобразия", я написал для него песню, и однажды за "пьяным" столом её спел, и она стала его любимой песней.

             ЗАПРЕТЫ ВЫЗОВ ДЛЯ МЕНЯ

ЭТОТ ТЕКСТ МОЖНО ПЕТЬ НА КАЗАЧЬЮ ПЕСНЮ - "НЕ ДЛЯ МЕНЯ".
*****************          ******************           *****************
  Не для меня, стоят буйки
  Не для меня знак не купаться,
  И на перилах не кататься
  Такой запрет не для меня.

  Не для меня, не обгоняй
  Не для меня знак не сигналить,
  И тише, громко не гутарить
  Такой запрет не для меня.

  Не для меня, не лезь убьёт
  И по газонам не ходить знак,
  Ведь это, очень глупый признак
  Такой запрет не для меня.

  Не для меня, стоять на красный свет
  Не для меня знак не курить здесь,
  Вокруг меня такая ересь
  Такой запрет не для меня.

  А для меня, открыт весь свет
  Запретов в нём не существует,
  Пусть кто ни будь под них танцует,
  Запреты вызов для меня.

  Дети АББЫ меня иногда просто доканывали. Где не увидят, сразу бегут, чтобы поймать, а я убегал. Подстерегали у моего дома, ждали когда выйду за двор, и начну шествие по улице, и они тут-же за мной в погоню. Где не увидят, восклицают:
   - Вот он гад! - и в погоню. Я нередко покупал в магазине жвачки по 3 рубля, не большие штучные конфеты "Марс", "Сникерс, "Степ", и другие. Если вижу, что они настигают меня, то швырну в их сторону несколько штук, и пока они их подбирают, я как говорится, делаю ноги. Но если повалят догнав в сугроб, то я от смеха теряя силы, ничего не мог сними поделать. Они вели меня домой держа за руки, крепко вцепившись в меня как клещИ. А вели для того, чтобы я дал им откуп, либо в магазин, либо к дому из которого я к ним не выходил, а дразнил строя безобразные рожицы в окно, и со ступенек веранды, танцевал им, пел о них плохие песни придуманные на ходу, а они "злобно" говорили, что мне хана, и что они со мной в следующий раз сделают.

  Работал в нашей бригаде Петя "Ветро-Пуз". Это очень пузатый мужик, любимчик прораба АББЫ. Его прозвали так из-за того, что когда он выходил из дверей, то сначала выходило его пузо, а потом уже и весь он. Петька мог в жару просто охлаждать сквозняком своё брюхо стоя в дверном проёме.
  - Что ты делаешь, Петя?
  - Охлаждаю пузо, - отвечал он улыбаясь в ответ. Я и про него написал стих. Да я по своей "дурной" привычке о всех написал, и никто не обиделся.

  Пузо, пузо, пузо, пузо,
  Из калитки выходило,
  Оно нынче дядю Петю,
  На прогулку выводило...

  Сейчас нет уже того колхозного стройцеха, и былой конторы, теперь там местное СРЦ сделанное под евроремонт. Но люди все живы и здравствуют.

  Был у нас в бригаде Георгий Матвеевич, ныне житель города Аксай, который не мог по нормальному отвечать на вопрос, - сколько время? Спросишь у него:
  - Григорий Матвеевич, сколько время? А он в ответ:
  - 935. Это по механическим часам, то есть 9 часов, 35 минут. Или 1115, по электронным, то есть это 11 часов, 15 минут. Его понимали лишь те, кто его хорошо знает.
  Спросили у него:
  - Матвеевич, когда ты родился? - а он в ответ:
  - Да, когда время подошло, тогда и родился.
  - Ты где родился?
  - В СССР!
  - Когда твой день рождения?
  - Не переживайте, я потом скажу и проставлюсь.
  - В каком ты месяце родился?
  - Я родился не в месяце, а в родильном доме.
  - Григорий Матвеевич, ну ты вчера набрал григов?
   - Набирают воду в галоши.
  - Ты давно курить бросил?
  - Бросают камни, а я перестал.

  Я дразнил его тогда всевозможными стихами, и он не обижался, только улыбался в ответ.

  Матвеевич, скажи, который час?
  И он в ответ, как радио тот час,
  Без двадцати шестнадцать!
  Пятнадцать значит сорок,
  Для тех, кто не въезжает,
  Ответ был будто морок.