Песня без слов. 15. Между мирами

## Глава 15. Две линии: Земля и Империя

### Линия первая. Земля: «РОС-Злотень» и помощь фронту

Сергей вошёл в свой кабинет, снял верхнюю одежду, сел в кресло и вызвал зама.

— Виктор Васильевич, у меня к вам очень ответственное задание. В кратчайшие сроки зарегистрируйте компанию «РОС-Злотень». Налоговая, нотариус… Впрочем, зачем я вам это говорю? Вы и так прекрасно знаете. Компания будет заниматься переработкой нового вида сырья — «Злотеня», аналога нефти, только в разы лучше. Плюс смазки для оборудования и станков. Оформите компанию на Елизавету. Она ответственная, ей такое можно доверить.

Зам молча кивнул, закрыл блокнот и вышел.

Через несколько дней здание администрации компании уже выглядело как маленькая крепость в обрамлении роскоши. Фасад облицевали камнем из горного хребта новой зоны другого мира: строительные дроиды вырезали плиты по метру, формовщики точно подгоняли стыки. По обе стороны дорожки из плитки раскинулся ландшафтный дизайн: голубые ели, бордовые и золотистые деревья, сосны, аккуратные кусты. Перед всем этим великолепием стоял кованый забор — серебристый с золотыми вставками. На фасаде — вывеска «РОС;Злотень», логотип и расписание работы.

Цеха переработки заняли отремонтированные помещения бывшего обанкротившегося предприятия. Их разделили на участки: приём сырья, первичная очистка, перегонка, фасовка. В административном крыле разместились кабинеты руководителя, секретаря и профильных специалистов. Учредителем стала Елизавета, а директором — опытный Борис Михайлович, человек из нефтепереработки, который знал процесс от и до.

Результаты не заставили себя ждать. Бензин из «Злотеня» оказался выше качеством: машины на нём шли тише, тяга становилась ровнее, а расход снижался. Первые тесты на грузовиках, автомобилях и автобусах показали: на одном баке можно проехать на треть дальше. При этом топливо почти не наносило вреда окружающей среде.

Параллельно запустили линию смазки для станков и механизмов. В условиях постоянной нагрузки эта смазка почти сводила к нулю трение и заметно продлевала ресурс узлов. Для мастерских, заводов и полевых ремонтных бригад это значило меньше простоев и больше работы.

Но Сергей не думал только о топливе и смазке. Он помнил, что сила — это ещё и защита, и жизнь.

На соседнем складе упаковывали бронежилеты с твореневскими пластинами: лёгкие, многослойные, гасящие удар и не сковывающие движения. Рядом лежали дроны-разведчики размером с ладонь — они могли висеть в воздухе часами и передавать картинку даже сквозь помехи. Над их созданием работала «Башня». Дальше шли коробки с настойками, мазями и таблетками — не «чудо-средствами», а проверенными составами, помогающими при ушибах, переохлаждении, усталости и ранениях. И наконец, палатки;дома: быстросборные, утеплённые, с автономным обогревом и фильтрацией воздуха. Их можно было развернуть за двадцать минут, и они держали тепло даже в горах.

Всё это шло туда, где было труднее всего. Не ради рекламы, не ради славы — ради того, чтобы люди возвращались домой.

### Линия вторая. Империя Зорин:

Сегодня в долину парка прибыло ещё одно важное звено: десять бойцов из ЧВК. Они сразу взялись за дело: осматривали периметр, проверяли схемы, задавали точные вопросы.

Николай вышел к ним, пожал руки и коротко обозначил задачи:

— У нас три зоны: цех, склад, дорога. На дороге — патрули и контроль грузов. На складе — охрана и проверка. В цехе — безопасность и контроль доступа. Плюс связь с дронами и системой наблюдения. Если что-то не так — сразу сигнал, без самодеятельности.

Старший группы кивнул:

— Поняли. Расставим людей. Сделаем так, чтобы тут было спокойно.

— Необходимы ещё люди для охраны магазина. Ещё человека три;четыре. Найдётся?

— Будет сделано.

— Вас пока разместите в доме;палатке. Еда, снаряжение — всё, что нужно, получите. А теперь располагайтесь, поешьте.

Когда бойцы разместились и поели, их расставили по постам. Двое ушли на выездные патрули, трое — на склад и периметр, двое — в цех, трое остались в резерве и на связи с дронами. Теперь это была не просто точка на карте — это был узел, который умел защищаться.



## Путь Эдварда и сектор «Орион-7»

Пока на Земле Сергей налаживал производство и защиту, Эдвард шёл своим путём — долгим, но необходимым.

Он полетел на автолёте в здание корпорации «Нейросеть». К нему подошла служащая:

— Чем мы можем вам помочь?

— Мне нужна выращенная нейросеть и базы знаний, — ответил Эдвард.

Служащая провела его к нейрохирургу — женщине, которая внимательно выслушала и пригласила в диагностическую медкапсулу. На голографический экран поступали данные: интеллект, скорость реакции, скорость восприятия. Затем у Эдварда взяли немного серого вещества, из которого должна была вырасти индивидуальная нейросеть. Она позволяла разучивать базы знаний до самого высокого ранга с большой скоростью.

Попрощавшись, Эдвард полетел обратно. Теперь оставалось только ждать результатов, а потом определиться с покупкой баз и космического корабля.

Через неделю микрокомпьютер просигналил: «Ваша индивидуальная нейросеть готова. Можете прилетать».

Дальше всё пошло по плану, но медленно. Эдвард заказал крейсер;рейдер в конструкционно-инженерном бюро. Он не хотел корабль «как у всех» — ему нужен был аппарат, способный действовать автономно месяцами, выживать в бою и при этом оставаться гибким для разведки и исследований.

В спецификации были:

* **Система энергоснабжения**, которая преобразует разные виды энергии — солнечную, химическую (от топлива), электрическую — и распределяет её по кораблю. Без неё не заработают ни системы жизнеобеспечения, ни связь, ни приборы управления.
* **Система управления движением**: гипердвигатель (без него не сделать прыжок), разгонные и маневровые двигатели, система навигации.
* **Системы вооружения, сенсоры и средства электронной войны**: чтобы видеть врага раньше, чем он тебя, и не дать прицелиться.
* **Система невидимости и напыление**: покрытие сбивало прицеливание сканеров и радаров, а в нужный момент корабль мог буквально «раствориться» в шуме помех.
* **Дроиды**: инженерные, медицинские, бытовые, боевые и, отдельно, дроиды-дешифраторы — специальные, для вскрытия чужих систем и анализа технологий.
* **Средства индивидуальной защиты (СЗ)**: скафандры для выхода в открытый космос, дыхательные маски, специальные костюмы для защиты при разгерметизации или пожаре.
* **Система технического обслуживания и ремонта**: чтобы корабль мог чинить сам себя, даже если экипаж занят боем или исследованием.
* **Система санитарно;бытового обеспечения**: жилой модуль с зонами отдыха, включая парк с озером, столовую, бар, спортивный уголок и бассейн.
* **Система терморегулирования**: в космосе перепады температур экстремальные, и эта система удерживала комфортный климат даже при жёстких манёврах.

Заказ выполняли около месяца. За это время Эдварду внедрили нейросеть, и он закупил базы знаний 7-го ранга. Но сеть ещё больше месяца прирастала, и изучать базы было нельзя. Поэтому пока он летал на автолёте вместе с Алексеем, а в магазин доставили бойцов ЧВК: один сидел за компьютером и следил за внешней обстановкой через микроскопические дроны, двое других дежурили в зале продаж.

Спустя месяц пришло сообщение: заказ выполнен. Эдвард оставил крейсер;рейдер на стоянке, оплатив год хранения. Он уже знал, что управляющий искин может сам принимать экзамены и ставить метку на нейросеть.

Прошёл целый год, пока Эдвард изучал и сдавал экзамены управляющему искину: сначала по пилотированию малых, средних и больших кораблей, затем по навигации, управлению щитами, работе с боевыми системами. Дальше в плане были техника, инженерия, медицина и даже артефакторика — мало ли с чем он столкнётся в космосе.

За это время в парке произошли большие изменения: по сути, вырос целый город, населённый землянами. Для бойцов построили дома и обустроили тренировочную площадку. Стало больше детей и земных животных. Появились пляжи, места отдыха, ресторан, магазины. В воздухе стоял запах готовящихся блюд, слышался гомон детей и неторопливые беседы взрослых.

И храм, над которым столько трудились мастера, теперь стоял завершённый и торжественный. Тонкие линии, золото, глубокие цвета — стены будто светились изнутри не мистикой, а точной работой: мастера подобрали пигменты и лаки так, что дневной свет, проходя сквозь витражи, мягко подсвечивал росписи. Год назад они закончили последние детали, и с тех пор храм стал не просто зданием, а местом, куда люди приходили не только молиться, но и просто посидеть в тишине, слушая, как ветер шепчет в ветвях деревьев у ограды. Батюшка Иоанн служил спокойно и уверенно, а отец Серафим появлялся нечасто, но каждое его появление становилось событием, о котором потом долго говорили.

Наконец, корпорация «Россия» получила сигнал: в поясе астероидов, на окраине сектора «Орион-7», зафиксировали аномалию. Что-то излучало странный спектр — то ли остатки древнего корабля, то ли природный феномен, который можно было использовать.

Именно поэтому Эдвард и готовился к вылету. Его корабль был собран и мог пробивать даже сильные помехи для связи.

Эдвард сел в кресло и запустил предполётную проверку. Искины по порядку доложили, что корабль готов к вылету: система энергоснабжения стабильна, гипердвигатель исправен, разгонные и маневровые системы в норме, щиты и вооружение проверены, сенсоры сканируют пространство, система терморегулирования в зелёной зоне. Он двинулся на новейшем крейсере, созданном под его запросы. Сидя в ложементе, он запросил разрешение на вылет.

В наушниках раздался голос диспетчера:

— Эдвард, ты уверен, что пойдёшь один?

— Уверен. Если там что-то есть, мне нужно быть первым. И мне нужно пространство для манёвра. К тому же необходима практика самому действовать.

— Тогда удачи. И помни: если связь пропадёт, мы ждём тебя по резервному маршруту.

— Принял.

Корабль сдвинулся со стоянки и стал двигаться по заданному маршруту в открытом космосе. Империя осталась внизу — яркая, спокойная, далёкая. Впереди были звёзды и неизвестность.

Потом случился первый в его жизни гиперпрыжок в сторону сектора. Выйдя из него, Эдвард чуть не закричал от восторга: «Как же это здорово!» — и продолжил движение, подрабатывая маршевыми двигателями.

Через несколько часов он вошёл в сектор «Орион-7». Сканеры сразу показали: аномалия реальна. Это было поле с нестабильной энергией — оно пульсировало, меняло частоту, будто дышало. На экране появилось синее пятно, вокруг волнами расходился круг, сквозь который просвечивали звёзды, туманности и двигавшиеся астероиды.

Эдвард пересел на истребитель «Листок» и подошёл поближе, выпустив дронов. Те ушли вперёд, сканируя пространство. Через минуту пришли первые данные: в центре аномалии находился объект с чёткими контурами.

Он подвёл «Листок» ближе. На экране проступил силуэт: длинный, узкий, с выступами, похожими на антенны или орудия. Поверхность металла не была покрыта пылью — в вакууме пыль почти не оседает, а то, что издалека могло казаться налётом, оказалось сложной патиной: тёмным, почти чёрным оксидным слоем, который образовался из;за воздействия аномального поля и космической радиации. Он не скрывал форму, но делал её загадочной, будто корабль был одновременно и древним, и живым.

Это был чужой корабль: древний, забытый.

Эдвард не спешил. Он сделал несколько витков, снял данные и отправил их управляющему и исследовательскому искинам. Потом ещё осторожнее приблизился и выпустил малый зонд. Тот подлетел к корпусу, коснулся его и взял пробу.

Анализ пришёл быстро: металл не земной, состав сложный, с редкими элементами. И самое странное — внутри были следы органики. Не бактерии, не плесень, а что-то более сложное.

Значит, на борту кто-то был. Или кто-то жил.

Эдвард принял решение: он готов с помощью военных дроидов;дешифраторов начать вскрытие. Сам вернулся на крейсер-рейдер и выпустил дешифраторов. Они смогут вскрыть объект и передать управляющему искину данные, а он останется здесь, будет наблюдать и собирать информацию. Это была не просто редкая находка — это был ключ к чему-то большему.

Он передал через гиперсвязь:

— Это Эдвард. Я в секторе «Орион-7». Нашёл объект, предположительно — корабль неизвестной древней конструкции. Остаюсь для дальнейшего исследования.

---

А в парке у озера жизнь шла своим чередом. Люди гуляли, дети играли, «Живчик» плавал в воде, загорал на берегу и что-то бормотал себе под нос. Храм стоял спокойный и завершённый, будто знал, что его работа — быть опорой, когда остальное меняется.

Николай сидел в приёмном зале и смотрел на карту. На ней теперь было два мира: земной и космический. И оба требовали решений.

Когда Эдвард вышел на связь, Николай улыбнулся:

— Наконец-то. Держи нас в курсе. И береги себя. Что найдёшь — извести.

А вечером, когда фонари зажглись, а воздух стал прохладным, снова прозвучал знакомый рингтон:

 Если есть шаг, должен быть след. 
 Если есть тьма, должен быть свет.

1 глава  http://proza.ru/2026/10/12/349
16 глава http://proza.ru/2026/10/18/171