Дети кукурузной надежды

Scientia potentia est. В синеве пространства иллюзорного дыма пробуждаются осколки воспоминаний. Так начинается каждое утро. Ловя бессмысленную связь, тело встаёт, пробуждаясь, входит в новый день. Внутри состояние полного опустошения и безумия того, что же может произойти за сегодня. Глаза созерцают знакомые очертания комнаты. В неё всё находится на своём месте, всё по-старому: со стены свисает телевизор, шкаф-купе с вещами, а также стол, заваленный всяческими предметами, которыми редко, когда пользовались или прикасались, от чего на них наблюдался уже тоненький слой пыли.
Время. Куда же ты катишься? Придавать смысл этому понятию не является рациональным. Просто всё должно идти, к чему-то стремиться, развиваться или деградировать. К сожалению, человек не может жить вне времени, превратившись в такой крепкий камень, который просто существует, ведь жизнь – это кипящая лава, где судорожно необходимо всяко извиваться, двигаться, чтобы окончательно не сгореть.
Обычный день всегда идёт по плану. Расписание всегда дисциплинирует человека. Сейчас ты уже в тёплой одежде держишь маршрут на работу перебирая ногами и слушая любимые песенки у себя в микро-наушниках. Бессмысленно строить какие-то новые планы, так как это всё пустое, это твой удел. А на улице с неба уже сыпется перхоть, типа первый снег… Скоро вновь холод укутает город в объятия. Конец октября. Сибирь, что ещё сказать-то. Но никаких сказок и волшебства не чувствуется, так как это взрослый мир, нелепый и беспощадный. Здесь чудеса совершаются под влиянием необычных веществ, которые входят в твой организм и остаются в крови на время. И чудеса эти не всегда приносят пользу и положительные эмоции. Бывает это происходит от безысходности. А что сказать? В России-матушке живём.
…И вот ты доходишь до этого величественного здания, в котором у тебя должно быть всё. Открывается дверь, та-да-м. Начало рабочего дня. Наглый коллега Сморчок уже строит нелепую гримасу:
– Константин Игоревич, вы опять опоздали на 25 минут. Ну что за дела эдакие?!Не порядок видите ли…
Нелепо улыбаешься, оправдываясь:
– Да знаете ли у меня будильник сгорел, а собачники начинают выгуливать своих питомцев ровно на 25 минут позже, чем звучит мой будильник. Вот я и проснулся…
– Да не важно, меня это не волнует! Проходи и садись за свой компьютер, – чуть шепотом добавляет, – тупая сволочь…
– Чего?
– Ничего. Доброе утро и хорошего рабочего дня!
А ведь бывают моменты, вернее дни, когда эти людишки снуют по офису туда-сюда со своими обязанностями по кабинетам, а ты смотришь на них как-то дико, встречаясь глазами с ними, и даже не знаешь, что сказать им, кроме того, как выдавить из себя «здасте» и упереться в лицо своим стеклянным бессмысленным взглядом, ожидая, что тебе скажут в ответ и завяжется приятная светская беседа с обсуждениями о политике, погоде, нынешней моде, теплом комфорте и прочем сиюминутным бредом. Но ты забываешь слова, теряешься, так как противоположный взгляд собеседника смотрит оценивающе, и ты взаимно примеряешься к этому типу, ведь на самом деле тебе от него ничего не надо, исключением является если ты симпатичная молодая девушка, то естественно, охота к такой прикоснуться, потрогать округлости и формы, немного сблизиться так сказать, ведь такая красота и молодость привлекает мужское внимание, а ты ещё к тому же тактильный человек, которому интересно прикоснуться к интересующему объекту.
– В нашем дурдоме день идёт своим чередом: люди, кони, документы. Всё на благо нашей достойной компании. Это мы должны продать за самый кротчайший срок, вот здесь мы заключим договор на наши предполагаемые услуги. Это очень ответственный момент, вы слушайте и запоминайте.
– Так, так Константин Игоревич, полегче. Но благодарим вас, за то, что проинструктировали новеньких, которые пришли к нам на стажировку.
За окном творится своя городская бурная жизнь. Километры дорог загазованы автомобильными очередями. Тебе же ведь хочется ворваться в этот круговорот лиц-событий-явлений? Но кто ты, я тебя спрашиваю! Ты ведь совсем не умеешь жить, ходишь тут как человек-пародия, повторяешь за другими, присматривая, примеряешься, но собственный образ и мнение не отточил. Да потому что надо ли тебе это? – так я размышлял уже ближе к обеду, ожидая как переменится день и всё пойдёт снова на круги своя.
Мозг становится сваренной залежалой кашей, которую не удосужились даже посолить и положить жирный кусочек масла, чтобы извилины хорошенько зашевелились. Их осталось совсем немного, одни умирают от нервного напряжения, другие от однообразности происходящего, медленно, но верно деградируя…
– Приятного аппетита, дружище.
– Спасибо, - говорю в ответ.
– Вот и полдня рабочего прошло, осталось дожить до вечера.
Сергей Анатольевич мужик не плохой, но в рамках работы я чувствую себя скованно, словно тяжёлый регламент поведения и порядочности обязывает меня вести скромно и не принуждённо.
«»»
Однако что-то случается вдруг. Реальность ускользает прямо из-под рук. Голова погружается в свой собственный анабиоз. И я ничего не понимаю, о чём она это говорит и куда мне сделать шаг, чтобы идти в правильном направлении. Звуковые волны прямо-таки какофония и постепенно начинается сущее безумие. Путь в прострацию открыт. Здравствуйте
– Какой же токсичный век нарисовался в нашу современность и как с этим бороться и выживать??
– А по проще вопрос ты не мог задать? – и это я ещё интуитивно подбираю слова и что-то отвечаю своему собеседнику, кстати забыл, как его зовут, по-моему, Слава.
Завидую я, вон к моему начальнику захаживает какой-то добряк, они с ним мило сидят в подсобке и выпивают горяченький чай. Надеюсь без задних мыслей. Но это так душевно, что думаешь, что у них более близкие отношения, чем просто рабочие вопросы. У него так иронично подрыгивает подбородок, когда он ехидно подсмеивается. Он всегда мне как-то по-отечески пожимает руку и мне сразу на душе становится тепло.
– Ты смотри, время-деньги…. Будь проклят! А ещё все эти телефоны, ну лютое зло! Вот вчера…
– Слушай, Слав, заканчивай уже со своим стендапом. Давай в другую сторону направь голосовые связки.
– Ты знаешь, дружище, что когда проблема назрела, то меня прёт, засасывает в эту трясину вести речь о насущим.
– Знаю…
О нет, я никогда не забуду эти вязкие будни, где время ползёт своим чередом, вязкое словно мёд, а пространство сменяется сотнями людей за несколько часов. И ведь у каждого есть свои дела, ну как дела, я бы назвал делишки, так как это всё пустое и проходящее, сиюминутный каприз, про который можно уже забыть через несколько дней. А люди всегда и повсюду, как говаривал один писатель, как тараканы, но это не просто существа, ведь они приходят и просят, и просят…
Она легонько прочистила своими лапками крылья, покружила миниатюрной головкой. Ещё мгновение. И она встрепенулась, полетела. Её окружали людские существа: чья-то лысина, шумная толпа, какой-то сомнительный и дешёвый товар на витрине, в общем говоря людская суета. День уже постепенно клонился к вечеру. Капало по минутке. Для кого-то это было счастье – окончание рабочего дня, которое опускалось на всех словно окончание боя. Уставшие, потные, потрёпанные, чуть ли не руки в крови по локоть, работники офиса выполняли свои ежедневные послеобеденные ритуалы, чтобы поскорее закончить этот день.
Открывается дверь. Прибежал мальчик немного запыхавшись. Однако отдышавшись он залепетал:
– Дратути, дяденька, мне сказали, что у вас сладости продают по акции. Это правда? Можно мне со вкусом банана?
– Хым. Здравствуй. Мальчик, ты перепутал. Мы не продаём сладости, этот магазин находится на два дома пониже. Учти, ты ошибся. Могу Вам предложить инвестиции и акции в финансовой сфере. Но увы, молодой человек, вам и 18 лет нет ещё.
– А как ваша организация называется?
– «Дети кукурузной надежды», ДКН. Мы больше по финансам, чем по сладостям, сынок.
– Зачем это надо, папаша? Вы взрослые такие придурки, в сладостях, еде вся жизнь…
– До свидания!
Хотя сегодня солнечный денёк, но бывает и пасмурно внутри, всё рассеивается с каждым случайным человеком, всяк входящий в эту земную дверь.
– А ты бы полетел в Тверь?
– ??
– Да так вспомнил шутку Тверь-Дверь, Казани- что вы сказали, Ха-ха, гы-гы, – так ухмыляется наш потный водитель Федька в подсобки, ожидая заказа на своём битом автомобили.
Иногда и такие шутники встречаются, как же я счастлив, что осталось работать чуть больше часа, ещё немного и я выйду на уличную свободу. Остаётся полить только растения, которыми все коллеги так пренебрегали, что уже издалека видно начало засыхания листьев. Свободное счастье, даже воздух кажется парит в освежающей тонкости. Лёгкость, дуновения, кое-какие силы, чтобы дойти до дома и вновь упасть на диван, хорошенько разлагаясь на нём весь вечер и всю ночь на полную катушку. А рядом будут окружать книги разных сортов и названий, отупляющее ток шоу или интеллектуальный фильм по телевизору, шёпот и дыхание ветра за окном. Сигареты, дым, дым, пачки сигарет, окурки и изредка бутылочки вина, которые всё никак не могут превратиться в коньяк или водку, обнимающие тебя-меня одиночеством, которое ощущается как теплота либо промозглость. Как поётся «в чёрном-чёрном городе чёрными ночами неотложки чёрные с чёрными врачами едут и смеются, песенки поют…»
А тут у нас снова утро подкралось незаметно и холодрыга какая-то. То ли похмелье в рабочий день, то ли пасмурность погоды. Но опять надо жить, мне на это положить. Здравствуй, день сурка! Начинаем всё заново: щётка, зубы, вода, кофе, пирожок, рубашка, брюки, комбинезон и всё на выход – вперёд к «любимой» работке. Шагом марш!
Знаете, товарищи, порой главная задача на моей работе – это созидать. Это огромнейший труд объять необъятное. Ведь мир он обширный и столько всего происходит за определённый отрезок времени, а мне ведь надо через себя пропустить эти события, процессы, явления. Поэтому перед глазами начинается мельтешение. Вот как сейчас я сижу, уставившись в компьютер и строгаю свою работу, как лесник, дровосек, оттачивающий древесину на станке, в ожидании создания чего-то великого.
Вот уже время тянется не понятно откуда и сколько. Приближается усталость и зевота. Растираю шею, пытаюсь бодриться. А напротив заунывное лицо коллеги:
– Ты чего, ска, зеваешь, забыл где находишься? Иди работай! Нечего балду гонять, обалдуй!
– Есть сэр! – иронически по-солдатски отвечаю я.
Так и проходит приключение от кулера до рабочего кресла, иногда случается перестрелка. Рабочие дела для взрослых, а что я делаю здесь, 32-летний мальчик? Бу-бу-бу, о чём они говорят? Разве это так важно? Может быть, это просто звуки.
– Ой, Господи, какая трагедия: человека заставили трудиться на работе, о какая ирония!
Это очкарик Денис изгаляется над моими жалобами, что горе-начальник снова завалил меня кучей документов, которые я должен обработать в рекордно короткий срок. От этого мои глаза уже полезли на лоб, а руки приняли нервный тип будто я старик-алкоголик и во мне пробился Паркинсон. Мозги дубеют, хоть изредка, но шевелятся извилинами, как черви под черепушкой.
И новое событие: кооператив через месяц, где складываются аж по 1500 рублей за какой-то жалкий день рождения неудачницы Клавдии Ивановны из бухгалтерского отдела. Пришлось достать из кармана и отслюнявить данную сумму. Авось вечеринка удастся и мне повезёт сблизиться с Алёнкой из коммерческого отдела продаж. А там дело за малым, главное, чтобы у неё намокло от мои нелепых слов, фраз, прикосновений. – так я размышлял, разбирая кипу бумаг, что заполоняли моё рабочее пространство на столе.
Какой-то сотрудник на виду у всех сидел перед компьютером, развалив ноги на стол, надсмехаясь и почитывая знакомый роман Чарльза Буковски. А я даже не знаю этого работника. Помню я в свои молодые годы так читал Хантера Томпсона. Но это была другая организация. Давно да не правда.      
– Здравствуйте, Дамы и Господа! Представляю Вашему вниманию рабоче-заводской цирк. Встречайте под яркие аплодисменты и фанфары. Отдел бухгалтерии: люди, которые хорошенько вас просчитают с ног до головы и укажут вам цену. Отдел продажи: продадут любой мусор по большой цене, удержав себестоимость. Отдел бюрократии: завалят вас различными бумажками, от процентов и цифр вы будете просто купаться в слезах и росписях. Отдел реставрирования: смогут вам отделать…
– Чувак, заканчивай со своим стендапом. Потом вечером будешь его презентовать своим домашним животным.
– Но тут такое столпотворение началось, надо разыграть публику…
– Иди работой, чувак! – так говаривала мне зам. начальника Вероника Петровна, скаля зубами и грозя своим толстеньким указательным пальцем. В ответ на такие действия я сразу же принялся с особым энтузиазмом перебирать килограмм бумажной макулатуры.
– Валентина Сергеевна во всю следит за вами, сынки! – кряхтел водитель Палыч.
Все быстренько разбежались по своим рабочем местам. Время было половина третьего, скоро объявят отбой. Но мы терпели унижения от начальства, кто-то отчаянный приходил подвыпивший на работу, авось его не заменят, чисто так, отсидеться до конца рабочего дня, мол, главное выжить в этот день. А сегодня день поставок товара. День особый. И тяжёлый.
Ах, как я обожаю наблюдать за проходящими людьми, наблюдать за повадками, поведением, внешностью, некой нелепостью видов, взглядов. Ах, эти девочки-девушки молоденькие, которые своим внешнем видом соблазняют меня на пошлые мысли и фантазии… Эти наряды, попки, груди, улыбки, ужимки, глазки… Такой соблазн на рабочем месте. И все самые активные действия происходят у меня в голове, мысли, которые никто не увидят, лишь изредка слюнки идут изо рта. Ну это благодать земная, рабочая. С достоинством принимаю это.
А ведь после обеда время движется непонятно. Уже ощущаешь себя овощем, замедленно передвигаешься по офису, приветствуешь тупых стажёров, улыбаешься дяде Феде, охраннику, а он в ответ подмигивает почему-то. А клиентов активно принимают с их проблемами, щёлкают как орешки, вскрывая внутренность их сознания наружу, эту грязь и корыстность. Математически мне бы хотелось разгадать этот механизм и алгоритм действий, но пока мне это сложно удаётся, ведь я работаю всего лишь седьмой месяц. А ведь акулы торговли этим занимаются не первый год, даже не первый десяток лет. В коммерции ведать сила капитализма.
Постепенно вечереет. Приходит на смену новая техничка Галька. Такая матёрая женщина, повидавшая те ещё виды, видимо сидевшая на зоне. И давай учить жизни молодое поколение:
– Знаете, главное в жизни это найти своё место и дело, а также хорошего партнёра. В 90-е мы небольшой компанией торговали битыми шинами, наваривали такие деньги, но к концу века нашу шарашку закрыли насовсем, ведь крыши у нас не было. Мой бывший муж, ну который третий по счёту был бывшим моряком, знаете у него наколка на плече была, не помню, то ли якорь, то ли баба какая-то. Так вот, мы с ним одно дело тогда провернули в 97-м… А ведь на днях я загуляла, сегодня немного с похмелья, кружится голова, мозги трясутся. Но ничего, сынки, видите – работаю. Ничего нет страшного в этой вашей жизни. Знаете, а ещё…
Не могу слышать этот бред, немедленно ухожу в свой кабинет. Уже какой день она подменяет техничку Лильку, которая внезапно приболела. Вот они – минусы осени. А летом другая обстановка – жарище, духота, лишь бы не сдохнуть. Кондиционер старенький еле терпит весь наш штат. Ведь его так активно эксплуатируют в рабочее время. Зевнул внезапно.
– Ты что сдурел зевать тут?
– Извиняю-с.
– Гхм…
Снова она рядом. Это сексуальная секретарша Дашка, которая изредка спускается на первый этаж снимать деньги с банкомата. Её каблуки, её парфюм. А эти каблуки, классическая юбка, блузка. Она всегда красиво и модно одевается. Изредка мурашки пробегают по коже, когда в воздухе рассеивается её дыхание. Просто секс, а не девушка! Мечта.
Сегодня аванс. А на вечером-вечером делать будет нечего… Возьмёмся да скинемся и пойдём в кабак… А что уже завтра будет твориться на работе и на душе, мы и завтра это узнаем.
– А сейчас разгуляемся. Даёшь веселье! Да ведь, Петрович!?
– Так точно, Константин Игоревич, пошли, на 15 минут пораньше уйдёт. Им всем всё равно на нас. Мы просто дурочки с неправильным временем на часах, – так мне ответил наш завхоз Петрович, имеющий опыт сваливать с работы пораньше уже какой год.
– Тааак… Стоять, – внезапно говорят нам недавнее новое руководство, но это уже такой поворот событий, что намечается совсем другая история…
А ведь действительно эта история со стажем и работой будет длиться бесконечно, как бесконечная шутка. И только пенсия прекратит эти движения внутри офиса. Хотя у нас даже и пенсионеры работают и в ус не дуют. Много историй будут ещё рассказаны и пересказаны другими сотрудниками компании. Надеется на что-то позитивное или негативное не стоит, ведь всё приходит и уходит. Сейчас эмоции текут в промежность судьбы, да, Егор. Знаем мы твою несокрушимую базу, которая создавалась на века. Помним. И конца, и края рабочей деятельности никогда не будет, меняется только поколения. Суть остаётся. Acta est fabula.