Незнайка 15

Глава  15
Перемирие.

Цветочный город готовился к встрече Нового года. На центральной площади решили поставить ёлку. Ёлка должна была стоять прямо посреди фонтана, чтобы вокруг неё можно было на коньках кататься. Эту идею подал Знайка, и все его поддержали. Чтобы не рубить настоящую, решено было сделать искусственную. Плотники Кийка и Стамескин поставили на льду конусом несколько длинных брусков и обили их со всех сторон дощечками. К дощечкам начали крепить еловые лапки, и остроносая пирамидка стала превращаться в стройную пушистую ёлочку.
Еловых веточек много нужно было, и все школьники после занятий ходили на лыжах в лес и приносили еловых лапок кто сколько мог. Незнайка тоже сходил в лес пару раз, после чего сказал Винтику:
– Надо нам, Винтик, снегоход сделать! Чего в лес пешком ходить? Пешком даже и всей школой много не натаскаешь!
– Ты думаешь, это просто – снегоход сделать?
– Я не думаю, что просто. Но надо!
– Вообще-то я и сам о снегоходе подумывал, – признался Винтик. – Меня о снегоходе Пулька просил, чтобы на охоту ездить. Обмозгуем мы со Шпунтиком это дело!
– Вы быстрей мозгуйте! – наказал Незнайка. – Вот приду завтра из школы – чтобы сделали!
– Быстрый какой! – усмехнулся Винтик. – Идея должна созреть! А у меня и идеи-то никакой ещё нету.
– Если идеи нету, ты у меня спроси! – сказал Незнайка. – Чего-чего, а уж идей-то у меня хватает. Полна коробушка!
И Незнайка с очень умным и деловым видом постучал себя пальцем по голове.
– Ну, так подай идею, – проворчал Винтик. – Только хвастаешься. Сказать каждый может!
– Пожалуйста! – ответил Незнайка. – Вот тебе идея: поставь свой старый трёхколёсный мотоцикл на лыжи, приделай пропеллер, и поехали! Аэросани получатся!
Винтик задумался.
– Идея неплохая, – похвалил он Незнайку, – только вот затея с пропеллером мне не нравится. Возни много… Ладно, ты иди, генератор идей. Мне подумать надо.
Винтик пошёл к Шпунтику, и они стали думать вдвоём.
Когда Незнайка на другой день вернулся из школы, Винтика со Шпунтиком дома не было. Они даже обедать не приходили. «Снегоход мозгуют!» – сообразил Незнайка и побежал в мастерскую.
Снегоход был уже готов, и Шпунтик заливал в бак бензин. Лыжа у снегохода была только одна – спереди. Сзади вместо лыж были голые автомобильные камеры. Камеры без покрышек раздулись, как подушки, и вполне свободно могли ехать по снегу и не проваливаться. Поскольку Винтик со Шпунтиком превратили мотоцикл в снегоход с самыми незначительными переделками, они успели ещё сделать между задними колёсами багажник, чтобы Пулька мог складывать туда подстреленную дичь.
– Ну, как? – спросил Винтик. – Годится?
Незнайка был в восхищении.
– Класс! Я вас, братцы, вообще уважаю! Но надо проверить. – сказал Незнайка. – Ну-ка, заведите его, я его сейчас испытаю!
– Ну уж нет, – возразил Винтик, совершенно не поддавшись на Незнайкину лесть. – Я уж как-нибудь сам испытаю! Тебе доверь – неделю потом ремонтировать придётся.
Он завёл мотор, выехал из мастерской и сделал несколько кругов по двору. Потом остановился и сказал:
– Вот пообедаем – в поле испытаем. По рыхлому снегу.
– Я в школе пообедал, – с готовностью доложил Незнайка. – Давайте, испытаю. По рыхлому снегу. Я потихонечку буду ездить!
Винтик со Шпунтиком переглянулись.
– Да пусть поездит, – сказал Шпунтик.
– Иди сюда! – позвал Винтик. – Смотри! Вот это сцепление, это газ, это тормоз. Понял?
– Понял.
– Повтори!
Незнайка повторил.
– Ну, заводи и садись. Да сцепление плавно отпускай! Да не газуй сильно!
– Учёного учить – только портить, – сказал Незнайка.
Он завёл снегоход, уселся на сиденье и включил скорость. Снегоход взревел, поднялся на дыбы и ринулся на забор. Незнайке пришлось даже на ноги встать, потому что сидеть на сиденье никак не получалось. От забора он успел отвернуть, вылетел в калитку и так, стоя, и помчался в поле, только снежная пыль за ним завихрилась.
– Разобьётся, – сказал Шпунтик. – Ох, разобьётся! Пойду запчасти готовить.
Осталось невыясненным – для кого Шпунтик собирался запчасти готовить: для Незнайки или для снегохода.
Но Незнайка не разбился, чему очень удивились оба механика. Истратив почти полбака бензина, он вернулся домой, и то только потому, что замёрз: в поле на большой скорости его ветром насквозь продуло.
– Живой? – не поверил Шпунтик. – Смотри-ка! И снегоход цел!
– Ну, и как? – снова спросил Винтик. – Каковы ходовые качества?
– Не разобрал, – сказал Незнайка, вытирая под носом. – Замёрз маленько. Сейчас вот оденусь потеплее…
Шпунтик его со снегохода согнал, отвинтил крышку бензобака и заглянул внутрь.
– Нет, ты смотри, – пожаловался он Винтику. – Весь бензин сожрал! Ты где ездил?
– По Мурашкиной горе, – признался Незнайка.
– Тянет в гору?
– Ещё как!
– Ладно, иди, уроки учи, испытатель. Сейчас я снегоход сам проверю!
И Шпунтик быстро укатил в поле. А когда вернулся, Винтик долил в бак бензина, и тоже покатил испытывать снегоход. Снегоход терпеливо выдержал все испытания и на другой день Незнайке доверили на нём возить из леса еловые лапки. Незнайка занялся этим делом с превеликим удовольствием.
Скоро ёлка была готова. Она получилась гораздо лучше настоящей. Коротышки вообще любили природу и старались её беречь.
– Если мы все будем каждый год по ёлочке срубать, – говорили они, – то у нас скоро и ёлочек не останется!
Поэтому коротышки и у себя дома ставили искусственные ёлочки. Эти ёлочки тоже были совсем, как настоящие, даже пахли, как живые, пожалуй, ещё и сильнее. Кроме того, у искусственных ёлочек было одно неоспоримое преимущество: их не надо было добывать каждый год. После праздника они разбирались и спокойно лежали в чуланчике или на чердаке до следующего Нового года. Ни тебе забот, ни хлопот.
Ёлку на площади наряжали всем городом. Каждый старался принести из дома побольше игрушек, чтобы ёлка была красивее. Незнайка принёс три гирлянды: у них в домике под Новый год у каждого в комнате висели гирлянды, что было, конечно, совсем не обязательно.
Одну гирлянду пожертвовал Знайка, другую Пилюлькин, а третья гирлянда до самого последнего момента была Незнайкиной собственностью.
Вокруг фонтана ездил автомобиль с длинной коленчатой стрелой. На самом конце стрелы была корзина. В ней стояли Топик с Пуськой и развешивали на ёлке шары, бусы, гирлянды и мишуру. Незнайка пожалел, что поздно пришёл, а то бы он непременно забрался в корзину. В корзине не на лестнице, не так страшно: из неё ведь не выпадешь. Хотя, если постараться, можно и вывалиться.
Здесь, под ёлкой, он встретился с Кнопочкой.
– Послушай, Незнайка! – сказала Кнопочка. – Долго ты на меня дуться будешь?
– Сколько захочу, столько и буду! – пробурчал Незнайка.
– Давай мириться, – предложила Кнопочка. – Не век же нам в ссоре быть! Ну, виновата я, ну, прости! Не могла же я Снежану Июльевну обмануть! Ну, Незнаечка, ну ты же мой братец солнечный!
– Братец, братец! Предательница! А каково мне было перед Снежаной Июльевной в шифоньере сидеть? От стыда сгореть можно…
– А вот ты сейчас Снежану Июльевну мог бы обмануть?
– Сейчас бы не смог, а тогда бы смог! Я тогда Снежану Июльевну и не знал совсем!
– Обманывать никого нельзя и никогда. И неважно, знакомого или незнакомого. Будешь мириться?
– Конечно, буду, – согласился Незнайка, – меня об этом сама Снежана Июльевна попросила. Она нас с тобой в гости приглашает. Я, вообще-то, давно с тобой помириться хотел, да всё как-то не получалось.
– Ах ты мой Незнаечка миленький! – обрадовалась Кнопочка. – Дай-ка я тебя расцелую!
– Ещё чего! – сказал Незнайка. – Нужна ты мне со своими целовками!..
Но Кнопочка его затормошила совсем и успела-таки чмокнуть Незнайку прямо в губы. Незнайка сильно покраснел и вытерся рукавом.
– Дура! – сказал он. – Малышки же… смотрят же…
– Ну и пусть смотрят! – смеялась Кнопочка. – Пусть все видят, как я своёго братца люблю! Эй, Гунька! Ты знаешь, что я Незнайку люблю? Мы с ним помирились!
– Делов-то мне! – ответил подошедший к ним Гунька. – По мне, так вы бы ещё хоть полгода не разговаривали, я бы и не расстроился!
– Да почему, Гунька? – удивилась Кнопочка. – Тебе разве не хочется, чтобы твоёму другу хорошо было?
– А нам и без тебя хорошо!
– Да ладно вам, – сказал Незнайка. – Нечего меня делить. Вдвоём хорошо, а втроём лучше. Пошли в гости к Снежане Июльевне!
– И меня возьмёте? – насторожился Гунька.
– Конечно, возьмём! – сказала Кнопочка.
– Тогда пойдём, сначала с горки прокатимся, – предложил Гунька. – Я ведь, собственно, для того и Незнайку искал, чтобы с горки покататься.
Снежную горку сделали ещё раньше, чем ёлку. Она начиналась около фонтана, а кончалась неподалёку от кинотеатра. Её облили водой, и когда она замёрзла, коротышки стали кататься на ней с утра и до вечера. Чем больше с горки катались, тем более скользкой она становилась, и скоро малыши стали доезжать до самого кинотеатра и сбивать с ног пришедших посмотреть фильмы зрителей. Кому-то это нравилось, а кому-то нет. Однако, чем больше сердился упавший, тем сильнее смеялись вокруг, так что пострадавший в конце-концов тоже начинал улыбаться. Многие после этого не шли в кино, а взбирались на горку и тоже начинали кататься.
Катались на чём попало: кто на портфеле, кто на куске картона или фанеры, а большинство коротышек так и вообще на собственных штанах. Это было не совсем удобно, потому что штаны быстро намокали и тогда уж не только кататься, но и просто в них ходить не было никакой возможности. Так что самые предприимчивые малыши, вроде Незнайки с Гунькой, кататься старались не на своих брюках, а на чужих.
Делалось это так: просто-напросто нужно было упасть со ступенек на проезжающего мимо коротышку, да на нём и катиться. Бывало, впрочем, что Незнайка и сам становился жертвой, и на нём самом устраивались двое, а то и трое наездников. Так куча мала и ехала до самой конечной остановки… Нижний коротышка, как правило, дёргался и верещал, зато верхним было тепло и удобно. Школьные учителя пытались пресекать подобное развлечение. Тараканыч даже дежурство установил – вечером кто-нибудь из школьного преподавательского состава приходил следить за порядком. Но, разумеется, малыши старались кататься тогда, когда никого из учителей рядом не было.
Друзья увлеклись катанием и совсем забыли про Снежану Июльевну. Уже стемнело, на ёлке зажглись гирлянды, фонари вокруг приветливо засветились, а Незнайка, Гунька и Кнопочка всё катались и катались. Им совсем не хотелось идти домой.
– Я недавно одну умную мысль где-то вычитал, – сообщил Гуньке Незнайка, пока они ехали вниз на каком-то коротышке, – забыл уже, где…
– И не помнишь, про что, – съязвил Гунька.
– Сам ты, Гунька, дурак… Короче, один малыш говорит: летом только тем и хорошо, что в школу ходить не надо. А ведь и правда, Гунька: зима – это здорово!
– Да, – согласился Гунька. – Зима, это здорово. Но летом теплее!
– Братцы! – спохватилась, наконец, Кнопочка. – Мы же к Снежане Июльевне в гости идти хотели!
– Да, – подтвердил Гунька, – забыли совсем. Нехорошо!
Хотя, по правде говоря, он в гости к Снежане Июльевне сильно-то и не рвался. А вот Незнайке стало стыдно.
– Это всё ты, Гунька, виноват, со своею горкой! Ну, ничего, завтра сходим. Всё равно Снежана Июльевна будет рада, что мы с Кнопочкой помирились!
Незнайка, конечно, не догадывался, что у них с Кнопочкой не мир, а всего лишь короткое перемирие.