Сибирский кот

 В шестидесятые годы прошлого века моя бабушка Любовь Гриценко, по объявлению в газете поменяла квартиру в южном Херсоне на "равноценную" в Омске, где жил отец ее первой дочери, моей мамы Гавриил Пахотин. Бабушку "провели вокруг пальца", по приезду в Омск ее ждала комната в бараке, с общей кухней и туалетами на улице. Жили тогда очень скромно, денег на еду всегда не хватало. Жили не богато все соседи по бараку, жили  с того, что сами заготовили на зиму. Возле каждой комнаты стояла деревянная бочка, в которой квасили капусту с брусникой, за которой ходили в тайгу всем домом, боялись медведей, пели песни, тем самым отпугивали косолапых. Люди тогда были добрее, трудности жизни сплачивали народ, все всем делились, поддерживали друг-друга.
 Моя бабушка швея-самоучка, выучилась крою по книгам, сама выучилась строчить на ручной швейной машинке, подрабатывала шитьем, носить было нечего. Бабушка работала уборщицей в школе, ей помогала моя 16 летняя мама, она мыла туалеты. Мама терпела насмешки парней, ее сверстников, мыть туалеты считалось западло. Город Омск (Отдаленное Место Ссылки Каторжников) жил по-понятиям, там все разговаривали по-фене, не ругались, а именно разговаривали от председателя горисполкома, до первоклассника, такая там субкультура, но люди, по-сути своей были честные и готовые помочь каждому. У бабушки, на тот момент, было три дочери. Моя мама была самая старшая, ее сестра Наталья дочь от другого мужчины, который ухаживал за бабушкой, но когда она забеременела, он оказался женатым. Делать аборты тогда нельзя было, это было уголовное преступление, после войны стране нужно было население. Так на свет появилась Наталья, не желанная, она прожила очень трудную жизнь никем не любимая, кроме моей мамы. Была с бабушкой и моя тетя Таня, тогда ещё ребенок совсем, она от третьего мужчины, с которым бабушка сошлась от безысходности, без любви.
 В Омске жил мой дед-фронтовик, который освободил бабушку из германских лагерей. Который был старше ее на целых 8 лет, ей было 17, а деду 24, бабушке тогда казалось, что это пропасть. Пожив без своего первого мужчины с другими, она поняла, что любил ее только Гавриил, мой дед, и приехала она в Омск соединить семью и жить с дедом, которому тогда было 44 года. Но приехала не к нему домой, она не знала, примет ее Гавриил или нет, вот по этой причине она оказалась в комнате в бараке.
 Помимо дочерей у бабушки был кот, обычный дворовой сибирский кот. Звали кота редким именем Василий. Ничем исключительным кот не отличался от своих собратьев, жил-не тужил, мышей ловил и проказничал.
 Была у бабушки соседка, одинокая женщина, которая всегда старалась помочь одинокой многодетной семье. Соседка всегда угощала бабушку чем-то, что готовила себе. 
 Однажды соседка принесла квашенной капусты, которую хранила в бочке стоящей в коридоре у входа в комнату.
- Любонька, вот попробуй мою капусту, какая-то она не такая, как обычно, что-то я не так сделала наверно.
 Бабушка с благодарностью приняла угощение, за ужином попробовали эту капусту, да, таки что-то было не так, какой-то странный привкус.
 Вы когда нибудь испытывали стресс? Нет, то, что было с вами - это не стресс. Через несколько дней, после того, как соседка угостила бабушку капустой, моя бабушка застала картину: ее кот Василий справляет малую нужду на крышку бочки, и его моча через щели в крышке просачивается в капусту, вот тебе и привкус.
 О том, что город жил по-понятиям я уже упоминал, как то, что люди ели капусту обоссаную котом - западло, за это могли и убить, кота конечно. Вот это был стресс, времени на принятия решений у бабушки не было. Она схватила кота, побежала в магазин, купила бутылку водки, а это 3. 62 р., при зарплате в 40 рублей! С котом и бутылкой водки бабушка неслась в автоколонну, откуда машины ездили по всему Советскому Союзу. Она нашла водителя, который отправлялся в Москву, умолила его взять кота и отпустить где-то далеко, желательно в Москве, дала бутылку водки и думала, что история кончилась.
 Прошло 9 месяцев, о коте Василии стали забывать, но царапанье в дверь подняло бабушку ночью с постели, кто-то царапал входную дверь.
 Бабушка не сразу узнала Василия, вместо огромного рыжего кота пришел какой-то бомж, худой, вонючий, с одним выцирапованным глазом, но с тем же требовательным мяуканьем. Бабушка была рада видеть это чудовище, привыкла к нему, как к родному, отмыла, накормила и оставила жить у себя, а может это она жила в его доме?
 Утром бабушка пошла ругаться в автоколонну, нашла водителя и требовала бутылку водки назад, ведь водитель обманул, отпустил кота где-то в округе, не вывез далеко, как договаривались.  Водитель Коля был авторитетным гражданином, его боялись многие, но больше уважали, за прямолинейность и честность.  Николай дал честное слово, что довёз кота до Москвы, отпустил в самом городе, жаль, что тогда не было смартфонов, он бы обязательно сфотографировал кота в Москве, а так, пришлось поверить на слово.
 Преодолеть расстояние от Москвы до Омска за 9 месяцев, без карт, GPS навигации, большие сомнения, что кот мог ориентироваться по звёздам, но факт есть факт, кот вернулся, как ему это удалось он скромно умалчивал.
 Когда бабушка узнала, что мой Дед умер в санатории, где лечился от ран, бабушку ничего уже не держало в Омске и она с дочерьми вернулась в Херсон, кот Василий остался у себя дома в Омске, он любил только своих, сибирских кошечек.
Шелестенко Геннадий.