Как стать разведчиком человеческих душ, ч. 19

Ноябрь пятьдесят третьего года в Сталино запомнился мне, прежде всего, первым участием в демонстрации трудящихся, посвященной 36-й годовщине Великого Октября. До этого, почему-то нас детей Кирово-Чепецких школьников на демонстрации не приглашали. Нам это казалось нормальным явлением, потому что мы были еще слишком молодыми. Что касается родителей, то отец ходил на демонстрации в составе строителей, как столяр, и всегда где-то покупал для нас недорогие пряники. Поэтому мы ждали отца с демонстрации с гостинцами.  А мачеха почему-то не ходила на демонстрации, говорила, что ее никто не приглашал, хотя последние три года она работала ночным сторожем магазинов. Помнится, что это была в то время очень опасная работа, потому что воровство промтоварных магазинов была распространенным явлением  в нашем поселке. И часто и в ее дежурство кражи случались, ее ругали за это, а милиционеры допрашивали, но что было взять с неграмотной женщины, а грабители были профессиональными ворами, мужчины, обычно в возрасте. Были слезы с ее стороны, наш отец ее успокаивал, предлагал  ей уволиться, что она старалась и сделать.  Но так как никто из мужчин не хотел трудиться за такую маленькую зарплату, то держались за женщин, хотя, наверное, и понимали, что толку от них немного. Но все-таки штаты были закрыты женщинами, и для начальства этого, видимо, было вполне достаточно.

И вот мы теперь уже студенты первого курса готовимся к демонстрации. Нужно было каждому чем-то отличиться хорошим и сделать хотя бы маленький подарочек Октябрю. Как раз в конце октября и начале ноября в техникуме проводился  смотр-конкурс художественной самодеятельности. Как уже говорилось в предыдущей миниатюре, старостой, комсоргом и профоргом были организованы репетиции для участия группы ПРУМ-11 для участия в этом смотре-конкурсе. На третье ноября было запланировано выступление самодеятельности нашей группы. Мы были готовы  к смотру, кроме танцевального номера. Этот номер у нас не получался и во время репетиций. Поэтому решили не позориться перед зрителями и главное перед жюри и начали выступление с хора. Хор у нас получился из одиннадцати человек во главе со старостой, который аккомпанировал на аккордеоне и одновременно и пел сам. В первый ряд, а точнее в его середину были поставлены Винокур, Тарнавский,  Бадикова и Изместьева (как участники техникумовского хора), остальные шесть участников встали во второй ряд, в том числе комсорг и профорг. Николай Титов сыграл на аккордеоне первый куплет песни «Смотрю я на небо, та думку гадаю» и дальше первый ряд запевал первые две строки
Смотрю я на небо и тихо мечтаю:
Зачем я не сокол, зачем не летаю?
Дальше их поддерживал хор, и песня торжественно продолжалась:
Зачем, щедрый боже, ты не дал мне крыл?
Надзвёздные тайны я все бы открыл.
Итак, дальше и в том же  духе  вся песня была спета. Понравилась ли она зрителям, а их в зале было немного, наверное, человек 50 или 60. Но аплодисменты прозвучали, хотя и не очень густые, но они были. Понравилась ли песня жюри, пока было не понятно. Дальше ведущий концерт группы  Слава Федоренко объявил Николая Титова с попурри советских песен на аккордеоне. Николай перед выходом снял китель и вышел в рубашке-вышиванке, очень красивый и стройный,  начал играть на аккордеоне русские и украинские песни. Его игра, судя по аплодисментам, понравилась больше  зрителям, чем хор.  Затем вышел на сцену Титов и объявил следующий номер Вячеслава Федоренко  о чтении стихотворения Владимира Маяковского «О Советском паспорте». И полилось исполнение: «Я волком бы выгрыз  бюрократизм. К мандатам почтения нету. К любым чертям с матерями
 катись любая бумажка. Но эту…Я достаю из широких штанин дубликатом  бесценного груза. Читайте,  завидуйте,  я —  гражданин Советского Союза». И так до конца с большим напором и артистично прочитал этот стих Вячеслав и получил не меньшее количество аплодисментов по сравнению с выступлением Николая Титова. В заключение Слава Федоренко на правах ведущего объявил последний номер выступления группы в исполнении Николая Титова на украинском языке «О двоечнике и полуострове Канин Нос» Самуила Маршака. Так как украинский текст почему-то Интернет не дает, то попробую через Алису перевести последний столбец, когда разгневанный отец спрашивает ученика, за что же он получил шестую единицу, а тот отвечает:
- Ну, а шоста, нарешті? –
Запитав розлючений батько.
 - Учитель задав мені питання: Де розташований Канін ніс?-
 А я не знав, який Канін,
І вказав на свій і Ванін...   
Так смешно на украинском языке прозвучали все строки стихотворения, да еще с игрой рук и сменой голоса. Николай за мать говорил женским голосом, за отца мужским твердым голосом, а за ученика – детским.  Поэтому  зал был в восторге. Николая вызывали прочитать еще раз. Он читал, а другие зрители просили прочитать его и на русском языке, третьи рекомендовали читать по куплетам сначала на русском, затем на украинском. Он согласился с этим предложением и что дальше он так и будет выступать. На этом наше выступление было окончено. Но поскольку мы выступали только вторыми на этом конкурсе, то жюри пока молчало и итоги собиралось подвести после выступления четырех групп. Наши студенты к концу смотра почти все уже покинули зал, а нам со старостой пришлось ждать завершения концерта и решения жюри.
Окончательного приговора жюри для нас не было. Председатель жюри заявил, что ему понравилось очень выступление Николая Титова. Поэтому без всяких нареканий объявил, что только студент Титов выдвигается на итоговый техникумовский конкурс.  Что касается остальных номеров, то ему понравилось и выступление Вячеслава Федоренко, но учитывая, что с таким же номером могут выступить и другие студенты из групп старших курсов, то по Федоренко решение может измениться. Я поздравил старосту с артистическим талантом и с его организаторскими способностями по подготовке группы в самодеятельности! Он поблагодарил и меня за помощь в организации и в поиске талантов. Теперь выдав скромный подарок к тридцати шестилетию Октября, надо было подготовиться к  успешному участию в демонстрации 7 ноября.

В пятницу 6 ноября последней парой в расписании был английский язык. Куратор группы  Е.А. Фляксер решил объединить обе подгруппы и провести с нами кураторское собрание. Объяснил, почему каждому студенту важно участвовать в демонстрации трудящихся. Если у кого-то было желание уехать на праздники в гости, то отговаривал не делать этого и отъезжать завтра после демонстрации. Дальше похвалил группу за участие в смотре-конкурсе художественной самодеятельности. Собрал сведения по учебе от преподавателей, перечислил студентов, показывающих отличные успехи в учебе и в общественной работе. Среди них оказались фамилии старосты Титова, Винокура, Алексеенко, Анциферова, Белоуса,  Василенко, Макарова, Астанина, Синицына, комсорга Нестерова, профорга Осавелюка и Федоренко. Именно перечисленные студенты могут гордиться своим вкладом в праздник Октября. Куратор считает, что к Первомаю его список фамилий еще пополнится и другими фамилиями. Затем сказал, во сколько завтра встречаемся здесь возле техникума в восемь часов утра. К девяти часам наша колонна техникума с духовым оркестром должна быть уже на Первой  линии. Призвал одеваться потеплее, чтобы после праздников не заболеть, и желательно быть всем в горняцкой форме. Поздравил с наступающим праздником. В заключение староста поздравил Ефима Абрамовича от имени группы с праздником и поставил его в известность, что шесть студентов группы, в том числе, он сам, Нестеров, Осавюлюк и еще три студента будут играть в оркестре, поэтому их не будет в нашей общей группе. А посещаемость отметит заместитель старосты Костя Синицын. Заряженные и воодушевленные все на этом разошлись и отправились городские по домам, остальные в общежитие.

И вот наступило 7 ноября – праздник. Встали как обычно, наскоро всем коллективом комнаты вскипятили и попили чайку с сахаром, сушками и быстро оделись и собрались идти на демонстрацию. Те из нас, которые должны были идти в духовом оркестре, нарядились только в верхнюю форму с фуражкой (так было приказано прибыть всем оркестрантам налегке, чтобы ничего не мешало держать свои инструменты), остальные надели шинели, чтобы не замерзнуть в стоячем состоянии в перерывах между движеньями. Вышли на улицу, почувствовали сегодняшнюю пасмурную погоду с ветром. Те, кто вышел в шинелях, шутили:
- Ну что, оркестранты, может пустить вас погреться к себе под шинель? 
- Да, ничего, как-нибудь вытерпим. Днем будет, надеемся, теплее! – отвечали мы.
Оркестранты зашли в бомбоубежище, где хранились духовые инструменты, а остальные прошли к техникуму. Здесь уже собирались студенты и преподавательский состав. Группу мужчин развлекал различными шутками и анекдотами преподаватель Базилевич. Пока ждали всех оркестрантов, мы погрелись в бомбоубежище. Когда все собрались и разобрали инструменты, двинулись всей командой к техникуму. Понятно сразу встали во главу колонны, лицом к улице Горького. Где-то в районе без пятнадцати девять двинулись со звуками маршей оркестра по улице Горького вверх на Первую линию. Впереди нас шло руководство техникума во главе с директором Иваном Ивановичем Синицыным. Перед поворотом вправо по Первой линии постояли минут пятнадцать. Дальше получив разрешение, повернули на эту главную линию, а точнее на улицу Артема. Почти торжественно прошлись по ней почти вплоть до Студгородка. Затем свернули на левую часть улицы Артема, где и было место техникума. Теперь путь колонны лежал в обратном направлении вплоть до Дома Советов, где и будет развернута праздничная трибуна руководства Сталинской области. Но колонна двигалась очень медленно. У оркестрантов, помнится, мерзли руки, так как на улице было очень свежо, если не сказать честно, то холодно. Кругом были слышны звуки оркестров, где-то раздавались громкие голоса песен. Подходя ближе к Дому Советов, уже слышались приветствия руководителей области к демонстрантам, проходящим перед праздничной трибуной. Поэтому шли свободно, сам руководитель оркестра  на нас фактически не смотрел и лихо играл на трубе. Где-то ближе к 12-30 часам уже прошли мимо трибуны, причем без звуков оркестра. Помнится, кто-то из руководителей области поприветствовал нас призывом: «Да здравствует кузница подготовки горных специалистов и мастеров для шахт Сталинской области». Мы все хором отвечали трехкратными звуками «Ура». Быстро прошли трибуну, дошли до какой-то пересекающей Первую линию улицы, свернули на нее и остановились. Директор техникума, поблагодарил нас за участие в демонстрации и еще раз поздравил с праздником Октября, распорядился, что те, кто нес портреты  руководителей партии и правительства, транспаранты и другие праздничные приветственные материалы, их нужно отнести обратно под руководством  своих кураторов и под звуки оркестра обратно в техникум. Остальным можно разойтись и отлично встретить праздник Октября. Вот таково было «крещение» меня демонстрациями трудящихся. Само по себе шествие перед руководителями области мне понравилось, но стояние в очереди на прохождение и частые остановки как-то действовали на психику отрицательно. Но само по себе было интересно как на первой в жизни демонстрации, так и на множестве других демонстраций в разных городах, познание других человеческих жизней путем знакомства с высоким руководством городов, со своим начальством, с действующими и новыми друзьями. А сколько на них  было выслушано новых историй, о которых раньше не знал, а это повышало и мой собственный уровень знаний и культуры. Так что, стать разведчиком человеческих душ, видимо, самой судьбой было задумано где-то сверху, и это на пенсии спасает меня от скуки и безделья.