Осенний декаданс

из цикла «Молитвы зрелого духа»
Князь-Цыцак

Пролог
Мир исчерпал дыхание любви,
и потому ищет спасения в пепле.
Мы, дети осени цивилизации,
всё ещё храним в ладонях
искру человеческого тепла.

Мы касаемся друг друга,
как будто времени больше нет —
только вечность,
в которой живёт последняя молитва
о душе, уме и взаимности.

I. ДЕКАДАНС
Декаданса видится движенье
народов мира —
в печаль, разлуку,
в полное ничто.
Я жив ещё. К тебе протягиваю руку —
и ты даёшь свою.

Мы движемся.
Рука в руке —
в любовном представленье
пребывает наше наслажденье.
В подъёме чувств
мы — капсула единой сути,
плоти,
гармонизируя проклятья, наважденья
наших собратьев,
создавших на планете сей — раздор.
Абракадабра.
Проказа зла,
заразившая людей.

Надеюсь —
на исход разумного стремленья.
Наступит скоро исцеленье.
Иль всё же включится
в опостылевшую жизнь —
Армагеддон.
Представит миру
иной разумный вид,
готовой новой матрицы.
Я проживу с тобой,
возможно, до конца —
в любви к тебе,
воплощённой в Великое Ничто.

II. ОСЕННИЙ МИР
Подняв глаза — гляжу на солнце,
которым озарён желтеющий октябрь.
Листва у ног мелькает монотонно,
шурша игриво,
желтизной маня.
Мой взгляд невольно видит лист кленовый.
Подняв с земли — рукою освятил
его прерванную жизнь.

Кленовый лист... какой же ты бедовый!
Порадую тебя своим теплом,
наполню снова жизнью
бесчувственную плоть.
Я чувствую рукой твою шершавость,
пытаясь в памяти родить
рождение весны.

Увидеть в жёлто-красном
мгновение лета...
Но снова в декаданс
уводит мыслей нить.
Я устремляюсь взглядом в небеса —
синь неба возбуждает к жизни.

Осенний мир волнует чувственно меня —
и жизни праведной великое знаменье.
Своей рукою небеса крещу.

Эпилог
Декаданс — не смерть,
а глубокий вдох перед новым рожденьем.
Любовь — единственный противоядие злу.

И если рука в руке
способна удержать небо,
значит, жизнь продолжается.
Князь-Цыцак