Песня без слов. 23. Над песками Анкара

## Глава 23. Над песками Анкара

Оля повернулась к своим сыновьям, которые даже рты раскрыли от неверия, что перед ними мама.

Иван тихо выдохнул:

— Мама, это ты?

Николай, чуть нахмурившись, будто проверяя, не обманывает ли его зрение, добавил:

— И как ты себя считала уродиной?

Оля рассмеялась — легко, будто сбросила с плеч тяжёлый мешок:

— Сыночки мои родные, это я. А насчёт «уродины»… Ты тоже себя уродом считал. Просто ты меланхолик. Я до болезни тоже была меланхоликом. А болезнь исцелила меня от страхов. Вот я и не верила, если меня называли красивой. Конечно, я не думала, что врут, — я думала, что ошибаются. Лишь потом, после сорока пяти лет, увидела, как я ошибалась. И ты, Коля, надеюсь, увидишь.

В комнате стало тихо: не напряжённо, а по-хорошему тихо, когда все слышат друг друга.

Ольга подвела Олю к зеркалу. Та, увидев своё отражение, воскликнула:

— Вот это да! Так я вообще никогда не выглядела. Всегда была тонкой, как Няша у Читера, только высокая. Когда я больной работала мастером по изготовлению печатей, штампов, логотипов, календарей и прочего, люди говорили, что я — фотомодель. А тут такое…

Она провела ладонью по плечу, словно привыкая к новому себе, и тихо добавила:

— Ольга, давай вернёмся к твоим родным. Мне захотелось у них кое-что попросить. Да и есть хочется.

Они пошли по коридору в вестибюль, где продолжали стоять Ольгины родители, Олины сыновья, Эдуард — и все молча смотрели на Олю, будто боялись спугнуть это чудо.

Первым спросил папа Ольги, Николай:

— У вас в роду были поляки?

Оля чуть склонила голову, собираясь с мыслями, и ответила:

— Сначала я хотела бы вам низко поклониться за то, что вытащили, дали возможность выздороветь. И здесь жить. Да, мой дед — поляк. Не знаю и не понимаю, как моя православная бабушка, которую растила монахиня, решилась выйти за католика. Не подумайте, бабушку, которая сильно меня любила и с раннего возраста взрастила во мне веру, я не осуждаю. Просто понять трудно.

Она сделала паузу, а потом выговорила самое трудное:

— Простите, мне хочется не быть обузой. Мне нужна помощь. Поставьте такую же нейросеть, как у Эдуарда. Базы знаний разучить. Мне тоже хочется летать. Костюм из Башни в Москве — он очень помог Эдуарду при нападении на магазин. А мне тоже нужна защита. Простите, это наглость с моей стороны. И мне так кушать хочется…

Николай мягко, но твёрдо сказал:

— Оля, приглашаю вас с сыновьями во дворец. Повара сегодня приготовили много вкусных блюд. Пойдёмте по тропинкам из местного материала и по мостикам через реки. Эдуард, вы же тоже с нами? Надо обсудить поднятые Олей вопросы, да и потом помочь им с возвращением.

Они вышли из здания больницы. Эдуард, чуть придержав Олю за локоть, спросил:

— Как голова, не кружится от воздуха? И глаза — как реагируют на солнечный свет?

Оля прислушалась к себе, улыбнулась и ответила:

— Реагирую хорошо, спасибо. Какая неземная красота! Совсем не ожидала оказаться здесь.

И она побежала — не спеша, а радостно, будто ноги сами хотели двигаться. Обернувшись, сказала:

— Как хорошо-то как!

Они дошли до дворца, поднялись по лестнице на дорогу перед ним. Ветер донёс ароматы деревьев и цветов, обдал их благоуханием. Оля вдохнула и замерла с улыбкой.

Николай и Александра, глядя на неё, словно на молодую девушку, улыбнулись:

— А ведь кто-то жаловался, что есть хочет. Давайте войдём.

Оля с сыновьями с поражением смотрели на внутреннее убранство, но пошли вслед за супругами и Ольгой.

Выбежала Настя, этот непосредственный ребёнок, и ахнула, глядя на Олю. Но под строгим взглядом мамы собралась и сказала:

— Вас уже заждались. Но теперь я понимаю, почему вы задержались.

Сказав это, она улыбнулась Оле.

Они сели за стол. Официанты стали подавать блюда — и это была настоящая встреча миров: земное мастерство и местные продукты.

Сначала подали тонко нарезанную рыбу метровой длины: её мясо было плотным, но таяло во рту, как сливочное масло, а лёгкий дымный привкус давал маринад из местных трав. К рыбе шли ломтики запечённого корнеплода, сладковатого и пряного, будто в нём соединились мёд и корица.

Затем принесли мясо местного зверя — нежное, с тонким ореховым привкусом. Его запекли с травами так, что волокна распадались от лёгкого прикосновения вилки. Рядом стояли маленькие колбаски из того же мяса, слегка копчёные, с вкраплениями ягод, дававших едва уловимую кислинку.

На отдельной тарелке лежали ломтики мяса в банках — консервы долгого хранения, но приготовленные по дворцовому рецепту: с пряностями и прозрачным желе, которое застывало вокруг волокон, сохраняя сочность.

А к чаю подали настойку из редких кореньев и листьев — не крепкую, а мягкую, с травяным, чуть медовым послевкусием. И к ней — сладкое: полупрозрачные ягоды, похожие на застывшие капли росы, уложенные на подушечку из лёгкого крема. Они таяли на языке, оставляя приятную прохладу.

Чай заварили из листьев редкого растения, росшего только на вершинах горнего хребта парка: он пах цветами и давал едва уловимую сладость без сахара.

Ольга не умела кушать с вилкой и ножом, но очень старалась. Николай, заметив это, спокойно сказал:

— Мы всё понимаем, кушай, как можешь.

Оля благодарно кивнула, и есть стало легче. Её сыновья с аппетитом ели и всё посматривали на неё. Оля с ободрением посмотрела на них и подумала: «Растут. Настоящие мужчины».

Но ей снова стало неловко: столько получила и ещё просит. Она посмотрела на Эдуарда — тот, встретив её взгляд, ободряюще улыбнулся.

Когда допили чай, Николай откинулся на стуле и сказал:

— Мы тебе поможем. А сегодня пусть Эдуард прокатит тебя с сыновьями в автолёте. Покажет город над песками — Анкар — и наш магазин «Россия». Там охрана теперь из боевых дроидов-богомолов с клинками и двух бойцов из ЧВК «Вагнер». Эдуард, не спускай с неё глаз, как и с её сыновей, чтобы никто не причинил им вред. И браслеты им подбери с микрокомпьютером.

Оля чуть не заплакала — слеза проступила.

— Тебя что-то расстроило? — с участием спросил Николай.

— Просто не ожидала такой щедрости. Вы столько сделали для нас…

— Бога благодари, — тихо сказал Николай. — До встречи. Эдуард, а после — в здание «Нейросеть». В автолёт загрузи продукты, вещи, средства гигиены. С Богом!

Эдуард серьёзно кивнул.

---

Футуристический автолёт, похожий на остроконечную пулю, стоял в гараже, чьи графитовые панели и электронные часы делали помещение неотличимым от отсека космического корабля. В салоне было несколько кресел в два ряда, а впереди — кресло водителя. Эдуард уже сидел в скафандре насыщенного индиго-синего цвета: шлем плотно облегал голову, а вокруг него мерцала панель, напоминавшая виртуальные очки.

Внутри автолёт был устроен так, чтобы в нём можно было жить неделями. Эргономичные кресла подстраивались под форму пассажира, вдоль стен шли вместительные отсеки, открывавшиеся по голосовой команде. В центре салона стояли два больших холодильника с системами охлаждения, способными держать нужную температуру даже в открытом космосе. Центральная консоль из прозрачного материала позволяла видеть звёздное небо, а поверх него накладывались голографические экраны. Мягкое освещение меняло цвет и яркость, подстраиваясь под настроение. В стенах были встроены небольшие спальные капсулы и развлекательные системы с голографическими проекторами. Это был не транспорт — это был дом, способный лететь куда угодно.

На браслете бежали строки данных, горели индикаторы, и женский голос искина начал отсчёт:

— Три… два… один. Старт.

Двери гаража разъехались в стороны, и автолёт плавно тронулся, скользя по магнитным рельсам. Для земного человека эта трасса напомнила бы американские горки: путь шёл над барханами песка, над крышами городов, вдоль обрывов, мимо высоток, где пульсировали голографические рекламы и ленты новостей. Трасса петляла, будто сама выбирала самый зрелищный маршрут.

Оля сидела в среднем ряду кресел, рядом с сыновьями. Иван жадно смотрел в
видео-окно, не отрываясь ни на секунду.

— Мам, ты только посмотри! — он показывал на гигантскую платформу, которая медленно поворачивалась, отражая лучи невидимого солнца. — Это же целый город в небе!

Николай старался держаться спокойнее, но пальцы его то и дело касались подлокотника, проверяя текстуру, а глаза бегали по голограммам на консоли.

Оля прижимала ладонь к стеклу, будто хотела почувствовать этот город через прозрачный слой:

— Я и представить не могла, что мир может быть таким… огромным и одновременно таким живым.

Эдуард, не отрывая взгляда от приборов, спокойно кивнул:

— Анкар не любит тех, кто смотрит только вниз. Он требует, чтобы ты видел всё сразу: и песок под крылом, и звёзды над головой.

Автолёт тем временем плавно менял высоту, огибая очередную спиральную башню. Внизу мелькали прозрачные мосты, по которым, как светящиеся нити, двигались транспортные капсулы.

— Держитесь крепче, — тихо предупредил Эдуард, когда автолёт резко ушёл в сторону, обходя энергетический шторм, мерцавший фиолетовыми всполохами. — Сейчас будет немного трясти.

Сыновья вцепились в ремни, но не испугались — в их глазах читался восторг. Оля закрыла глаза на мгновение, прислушиваясь к себе, а потом улыбнулась:

— Голова не кружится. Даже наоборот. Как будто этот ветер выдувает из меня всё старое.

Через некоторое время Эдуард кивнул на один из отсеков:

— Сейчас покажу, на что ещё способен этот дом на крыльях.

Он коснулся голографической панели, и одна из стен плавно отъехала, открывая мини-кухню с компактным шеф-модулем — таким, каким пользуются на дальних рейсах. Модуль был рассчитан на работу в невесомости и при сильной вибрации, но при этом умел готовить так, что блюда получались как у мастера высокой кухни.

Эдуард достал из холодильника кусок мяса местного зверя и ломтики метровой рыбы. Из земных продуктов он взял свежие травы, коренья и специи. В несколько точных движений он нарезал рыбу тонкими ломтиками, слегка промариновал её в соке местных цитрусов и быстро обжарил на инфракрасной панели. Мясо зверя он запек в вакуумной камере с травами, чтобы сохранить сочность, а затем нарезал тонкими ломтиками и подал с пюре из корнеплодов, смешанных с пряным соусом. На десерт он смешал полупрозрачные ягоды с лёгким кремом — получился освежающий, чуть кисловатый десерт, который идеально завершал трапезу.

Когда блюда были готовы, Эдуард разложил их на выдвижном столе, который сам подогревал тарелки до нужной температуры.

— Это не дворец, — улыбнулся он, ставя перед Олей тарелку. — Но здесь тоже умеют готовить.

Оля взяла вилку, но тут же отложила её, смущённо улыбнувшись:

— Прости, я всё ещё не очень ловко с этими приборами.

Иван тут же тихо сказал:

— Мам, ешь, как тебе удобно. Тут никто не смотрит.

Она благодарно кивнула и взяла кусочек рыбы пальцами, осторожно пробуя. Глаза её расширились:

— Какой вкус… Словно в нём есть и море, и лес, и даже немного ветра.

Николай попробовал мясо и кивнул:

— Не похоже ни на что, что я ел раньше. Но это… хорошо. Очень хорошо.

Они ели молча, но в этой тишине было что;то особенное — будто каждый кусочек возвращал им ощущение жизни, которого они так долго были лишены.

После трапезы Эдуард убрал посуду, а автолёт тем временем начал снижаться, приближаясь к Рыночной площади. Внизу мерцали огни павильонов, и среди них отчётливо выделялся павильон 303 — магазин «Россия». Его стены из прозрачного энергокристаллия переливались синим, золотистым и зелёным в зависимости от товара внутри.

— Вон он, — кивнул Эдуард, указывая на знакомое здание. — Теперь тут охрана из боевых дроидов-богомолов с клинками и два бойца из ЧВК «Вагнер». Так что внутри безопасно.

Оля смотрела на магазин, и в её глазах читалось не просто любопытство — в них была надежда.

— Хочу туда, — тихо сказала она. — Хочу увидеть всё своими глазами. Хочу понять, как устроен этот мир, чтобы не быть обузой. Хочу летать.

Эдуард кивнул:

— Ты не обуза. Ты — часть этого мира. И мы покажем тебе всё, что ты захочешь.

Автолёт мягко опустился на посадочную платформу рядом с павильоном. Когда дверь открылась, внутрь ворвался городской гул — многоязычный, живой, настоящий.

И тут у Оли снова заиграл рингтон:

 Если есть шаг, должен быть след. 
 Если есть тьма, должен быть свет.

Она улыбнулась, посмотрела на сыновей, потом на Эдуарда:

— Ну что, идём?

И они пошли — вперёд, в сердце Анкара, туда, где начиналась её новая жизнь.

1 глава  http://proza.ru/2026/10/12/349
24 глава http://proza.ru/2026/10/20/2124