Ожидается торнадо. Глава 25

ГЛАВА 25. ЗУБ ДРАКОНА

Я распахнул глаза, внезапно вспомнив все произошедшее. Первобытная, дикая ярость Альмера, осознавшего, что так или иначе, но с любимой игрушкой, названной его именем, придется расстаться, запоздалая реакция Рэнделла, не ожидавшего, что ради него я пожертвую собственной жизнью, и горькая усмешка Джеффри, подстроившего для большего мелодраматизма визит давнего врага… – все это стояло у меня перед глазами в момент гибели, и именно эта картина последних мгновений моей жизни всплыла в памяти, как только закончилась перекачка сознания.

Даже не открывая глаз, я бы понял, что нахожусь в космосе. Слишком слабая гравитация и подозрительная легкость во всем теле. И не мудрено, ведь на спутнике нет толстого слоя атмосферы, который будет давить сверху, норовя расплющить, и масса спутника не настолько велика, чтобы казалось, будто к ногам привязаны пудовые гири, затрудняющие каждый шаг. Я легко спрыгнул с реструкционной платформы и зашагал к пульту управления. С удовлетворением отметил, что на мне та же самая одежда, что была в момент гибели в виртуальном мире, вот только на скуле остался небольшой шрам – подарок от отца. Это уже недоработка, но очень скоро убрать этот едва заметный изъян не будет проблемой. Я обернулся и посмотрел на аппаратуру реструктора. Заданная Рэнделлом программа – туманный образ растрепанного подростка – все еще висел между пластинами потокового излучателя реструкционного М-поля. Взглянув критично на голограмму, я поспешил заправить рубашку, почему-то вечно норовившую выбиться из штанов. Может она мне мала? Почему я забиваю свою голову пустяками теперь, когда выбрался из виртуальной темницы и стал реальнее реального? Не могу понять…

Первым делом я активировал обзорный экран и ахнул. Превосходный вид, отличная планета. Я впервые увидел ее воочию. Гигантский бело-голубой шар с атмосферой, океанами и четкими очертаниями континентов. Компьютер не ошибся, она очень походила на Данлинг – правда в доисторические времена, когда на нем еще не было ни городов, ни людей. Два естественных спутника вращались вокруг планеты – это лучше, чем иметь две звезды, одна из которых норовит уничтожить все живое…

Я просканировал космос. Обнаружил неприступную крепость «Скитальца», как обозвали «Ковчег» люди Майлса. Грубо вскрытый, словно консервным ножом, бок корабля не лез ни в какие ворота. Так работают лишь варвары. А вот и они сами. Без труда мне удалось заметить пристыкованную к стыковочному узлу шлюпку. Наверное, на ней прибыла к нам на борт команда исследователей – охотников за древними технологиями. Неужели люди будущего так и не продвинулись по этой части, и вынуждены искать вдохновения, куроча дряхлые механизмы прошлого? Прискорбно, если так оно и есть… В отдалении маячили четыре военных корабля из эскадры Рэнделла. Когда я, наконец, привыкну, что настоящее имя капитана Майлс? Пожалуй, я несправедлив к его команде. Вероятно, не они вскрыли обшивку моего корабля. Это дело рук других варваров, которые первые обнаружили «Ковчег» и решили поживиться, пока более крупный хищник не засек место пиршества…

Четыре крейсера странной конструкции, но, несомненно, несущие на своем борту оружие, окружив окончивший свой путь «Скиталец», терпеливо ожидали, чем закончатся его исследования. Если Кэп не солгал, он уведет корабли прежде, чем я начну действовать. Я верю, что он человек чести.

Мой маленький корабль находился на орбите. Он ждал меня долгие годы, может даже столетия, нарезая вокруг планеты виток за витком. Изредка включались маневровые двигатели, корректируя траекторию, чтобы управляющий элемент будущего преобразования не сгорел в атмосфере.

 Другие спутники-зонды в великом множестве кружили вокруг спорной планеты еще с тех времен, как корабль – автомат приблизился к ней, обнаружив во время долгого странствия. Исследуя атмосферу, недра и водные ресурсы, зонды посылали отчет, но команда корабля была давно мертва, и приказ начать преображение отдать было некому. Одно я знал наверняка – до возникновения разумной жизни на планете, так похожей на мою родину, придется ждать долго и нудно, если к этому не приложу руку я сам.

Я видел аналитический отчет. Его строчки торопливо бежали перед моими глазами, отпечатываясь в сознании стремительным вихрем. Раскрыв еще несколько экранов, я быстро просмотрел результаты зондирования атмосферы планеты и нашими спутниками, и зондами Рэнделла. Подключиться к их компьютеру не составило труда.

Картинки, графики, списки элементов с распределением по сетке координат проносились с молниеносной быстротой. На такой скорости обычный человек видел бы разве что нескончаемую рябь помех. Мой же глаз все улавливал, а мозг анализировал. Приняв окончательное решение, я произнес пароль – свое имя. Компьютер, не доверяя мне, разложил звуки по частотам и разрешил доступ. Я сразу же запустил подготовительную фазу процесса. Спешить не стоило. Работа бога не терпит суеты…

На другом экране я видел, как командир вражеской эскадры, известный мне сразу под двумя именами, наблюдает за другим процессом: как развивается эмбрион. Он все же желал заполучить своего сына во плоти, даже если для этого его кораблям придется отступить.

Джеффри прекрасно сымитировал процесс внутриутробного развития человека. Надо же было чем-то занять команду, пока реструктор на спутнике собирал мое тело по атомам, а зашифрованный сигнал, посланный компьютером Аль-Боро, достиг излучателя М-поля, записавшего мое сознание в мозг.

Я отмотал запись наших камер из рубки «Скитальца», где обосновались наши незваные гости, немного назад и включил в ускоренном режиме. Вот после моей виртуальной гибели Рэнделл выходит из поля Сен-Клера, теряя связь с Аль-Боро. У мониторов дежурят Мак и Рокси. Я без труда узнал их, несмотря на некоторые отличия от их компьютерных образов.

– Быстрее, Маклинз, включайте терминал! – Рэнделл слишком возбужден, он еще под впечатлением от моей героической смерти и не может рассуждать здраво. «Кемпбелл все верно рассчитал». – С удовлетворением подумал я.

– Система больше не требует пароль! – Мак удивлен, поражен и обрадован одновременно. Он не представляет, отчего бесплотные духи, обитающие в компьютере корабля-призрака, разрешили доступ.

– Так и должно быть. Просто следуй инструкциям. – Кэп взбудоражен, он не отдает отчета в своих действиях. Очень скоро ему придется глубоко раскаиваться, но это будет потом, когда начальство получит его отчет о проваленной операции, а сейчас он хочет одного – получить свой бонус по договору с Гефейрой.

– Файл «Экс» – инструкция для экстренного выхода в реальность? Что за бред? – Мак и тот терзается сомнениями. – Вы уверены, что…

– Без разговоров, Маклинз! – Обрывает его Кэп. – Нельзя терять времени.

– Создание оболочки? Что это? Человеческое тело? Это Майкл? – Мак удивлен, но действует споро. Все, что нужно для моего нового рождения, он сделал. Монитор же перед ним показывает совсем другую картинку.

Мне вдруг приходит в голову, что обманывать Рэнделла слишком жестоко, тем более что у него четыре военных корабля с тяжелым вооружением, которые могут в случае нарушения контракта разнести всю планету к чертовой бабушке. К тому же, Кэп совершенно съехал с катушек, раз согласился обменять полный загадок корабль и пригодную для колонизации планету – большую, кстати, редкость – на обыкновенного мальчишку, который быть может вовсе не его сын.

Я возвращаю монитор в режим реального времени и ввожу через клавиатуру несколько команд. «Процесс прерван. – Высвечивается на экранах Майлса. – Произведите повторный ввод».

Встревоженный Рэнделл хватается за голову в буквальном смысле. Он готов рвать на себе волосы, но операции возобновляет. Недолго думая, я переадресовываю сигнал на поверхность планеты. Мне не трудно, мои четыре спутника висят в стратосфере, а этого мне достаточно. Реструкционные лучи со спутников переплетаются, отражаются от поверхности и сходятся в одной точке.

«Горная гряда близ экватора, температура – шестнадцать по Цельсию, воздух разряжен. Коэффициент выживаемости – 10 процентов» – выдает компьютер. Что ж, у Рэнделла будет минут десять на то, чтобы спасти своего новорожденного сына и совсем не будет времени на то, чтобы отдать команду к атаке.

– У вас ровно десять минут, чтобы забрать существо с поверхности планеты. – Бесстрастным голосом сообщает ему компьютер. Он даже не классифицирует новорожденного, как человека, потому что это лишь оболочка, лишенная сознания. Но я иду на это, мне важно убрать командира из рубки, чтобы он не мешал моей работе.

– Как с поверхности планеты? – Удивляется Кэп. – Почему Майкл родился на планете? Там же почти нет кислорода… К тому же оборудование для клонирования на корабле… – Мой отец в явном замешательстве.

– У вас не более девяти минут. – Металлическим голосом выдает компьютер.

Рэнделл срывается, на ходу сверяя координаты места, куда пришелся лучевой удар. Он совершенно не понимает, как можно осуществить мгновенную сборку молекул ДНК, но данные со спутников дают картинку – на вершине гряды, обдуваемой всеми ветрами, в небольшой ложбинке на покрывале из скудной растительности лежит совершенно голый младенец. Джош ведь не обговаривал возраст его сына. К тому же, будь малыш постарше, Майлс без труда обнаружил бы подмену. А так, и волки сыты и овцы целы… По крайней мере на некоторое время. Не думаю, что Рэнделл сможет забрать ребенка с поверхности планеты. Вновь созданные объекты нестабильны, структура разрушается через определенное время после прекращения воздействия излучения. Я иду на это, хоть это и жестоко.

У меня есть несколько минут, пока капитан недоступен для связи, падая в шлюпке на планету сквозь бушующую грозу. От его имени я отдаю приказ оставить «Скиталец» и отвести четыре корабля на безопасное расстояние.

Едва мой приказ выполняется, я запускаю первую фазу проекта. Повинуясь мне, «Ковчег» раскрывается, выворачиваясь наизнанку, миллионы спутников, ждавших этой минуты не одну сотню лет, устремляются к планете и опутывают ее сетью невидимых связей.

С одного из мониторов я слежу, как Рэнделл карабкается на скалу с младенцем на руках. Он бережно завернул его в свою полетную куртку. Малыш бессмысленно таращит глаза, слюни текут по подбородку… Если уж Майлсу так захотелось сына, что он пожертвовал целой планетой… Что ж, это решение следует уважать, даже если истинная подоплека его поступка – желание любой ценой получить сознание одного из создателей Проекта. Кто лучше самих данлингов поможет разобраться в незнакомых технологиях? Вопрос, по-моему, чисто риторический…

Я, не отрываясь, смотрел на экран. Шлюпка Рэнделла собиралась покинуть адскую атмосферу безымянной планеты. Просчитав точку выхода, я раздвинул спутники, выпуская крылатый летательный аппарат с командиром вражеской эскадры на борту в космос. Проход за шустрым челноком так же легко закрылся, отрезая навеки выбранную нами планету от постороннего воздействия.

Дождавшись, когда шлюпка удалилась на достаточное расстояние, я приступил ко второй фазе, а именно к процессу уничтожения. Миллиарды лучей ударили по поверхности планеты, кроша в пыль камни, испаряя моря и океаны, не оставляя шанса для выживания скудной растительности и немногочисленной живности. Там внизу бушевал торнадо, сметающий все на своем пути. Я был этим торнадо – смертельным вихрем, захватившим несчастный мир и выворачивающим его наизнанку. Лишь разбив атомные структуры до первородных кирпичиков, я активировал реструкторы. Спутники окутало непроницаемое силовое поле, и я отдал последнюю команду. Передо мной вертелся в воздухе цветной голограммой тот Данлинг, который я знал, Данлинг периода своего расцвета – компьютерная модель, предназначенная для воплощения в реальность. Именно за ней охотились все, кому ни лень. Разбитая на девять частей она дождалась своего часа. Я воссоздам свою планету – из праха восстанут города Данлинга, возникнут моря, океаны, леса, растения, животные и люди. Строительного материала у меня достаточно, а сеть реструкторов соберет кирпичики по заданной схеме. Для них не имеет значения сложность задания. Собирать ли молекулу ДНК или металлический шпиль здания Конгресса. Так они устроены. Они не делают ошибок, ошибки, как правило, совершают люди. Такие как Боровиц. Он создал виртуальный мир, и этого ему показалось достаточным, он не хотел понять, что Аль-Боро даже со всеми его разнообразными мирами всего лишь игрушка – игрушка для взрослеющего человечества. Но наша раса – раса звездных скитальцев уже давно вышла из детского возраста, механизмы, поддерживающие псевдожизнь, неумолимо ветшают, и Аль-Боро рано или поздно ждет неминуемый бесславный конец. Нам надо было выбираться из виртуальной скорлупы и вернуться в мир реальный – изменчивый и непредсказуемый, но зато – настоящий.

Боровиц отвечал за виртуальный мир, я – за создание реального, за возвращение людей в мир суровой действительности, очнувшихся после долгого сна в сладком мире грез. Рэнделл хотел выдернуть из Аль-Боро сознание Боровица, его не смущало, что это сознание убийцы, решившего, во что бы то ни стало, исключить возможность воссоздания Данлинга – нового дома для звездной расы. Кэп просчитался, Альмер Боровиц никогда не покинет программу, здесь в реальном мире его ждет трибунал. А заполучить меня – то же самое, что вложить в руки далеких потомков землян опасное оружие. Джеффри это знал, но сознательно пошел на риск, потому что управляться с реструкторами – только моя работа.

Шлюпка Рэнделла или, правильнее сказать, Майлса вышла на связь с эскадрой. Видя, что творится с планетой, кто отдал приказ отступить, капитана уже не интересовало. Его беспокоило состояние младенца. Встревоженное лицо Кэпа появилось на экране связи в рубке флагмана. Мои системы дублировали видеосигнал на моем мониторе.

– Доггерти, я не знаю, что делать, – говорил Рэнделл, – состояние Майкла ухудшается, он дышит через раз, сердцебиение едва слышно… Он погибает? – В голосе звучала паника.

 – Успокойтесь, Стэнли, – Док был само спокойствие и рассудительность. – Мы уже готовим аппаратуру. Младенцу нет причин погибать, если, конечно, так не было задумано с самого начала.

– Что ты имеешь в виду? – Откровенно испугался Майлс. – Думаешь, Джей нас и на этот раз обманул?

– Считай это традиционной политикой Данлинга.

– Но мы тоже можем отказаться от своих слов. – Заметил Рэнделл. Выражение его лица неуловимо изменилось, появилась какая-то жесткость в чертах, взгляд стал решительным. Именно таким человеком и подобает быть капитану. Неужели он задумал повернуть все вспять?

– Ничего не получится! – Вернул его с небес на землю Доггерти. – Ты обернись назад и посмотри, какая планета находится под нами. Планета даже без кодового имени в каталоге теперь называется Данлинг. Мы уже несколько минут наблюдаем за преобразованием, и сказать, что мы испытали шок, слишком мягкое выражение… Они с самого начала знали, что так и будет. Нас провели, как младенцев… Ребенок погиб?

– Да. – Рэнделл с сожалением посмотрел куда-то вниз. – Он просто рассыпался в прах, как Майкл от выстрела деструктора.

– Значит, так тому и быть…– Вздохнул Док. –  Ты расстроен, Стенли?

– Я хочу знать, как они это провернули… Все сигналы в секторе за последние полчаса мне на монитор, быстро! – Отдал приказ капитан. А я-то думал, постигшее его горе не позволит ему действовать разумно.

 Я тут же отключился, прерывая связь с компьютером флагмана. Что ж, даже если меня запеленговали, это уже не имело решающего значения. Можно сказать, мы вернули себе Данлинг. Спутниковая система заняла оборонительную позицию и не подпустит вражеские корабли. Первый форпост нашего триумфального шествия по галактике не даст себя в обиду. Хочу ли я столкновения двух миров? Я не знаю. Я всего лишь зуб дракона, брошенный в благодатную землю этого мира. Но в глубине души я жажду столкновения, если это позволит узнать о наших соседях побольше и еще раз увидеть Майлса…

Формирование Данлинга подходило к концу. Состав атмосферы изменился. Механизмы, создающие движение воздушных масс, заработали в полную силу, запуская сложный процесс образования циклонов и антициклонов. Города вознесли свои шпили под облака, и ветер гонял песок по пустынным улицам.

Эскадра Рэнделла видела то же самое, заняв позицию наблюдателя. Пускай поучатся, как превращать безжизненные планеты в уютный дом для человеческой цивилизации. Похоже, они обратили внимание на мой приплюснутый шарик, замаскированный под обычный разведывательный спутник, но выбивающийся из общей структуры курсирующих по орбите механизмов, которые генерировали поле Митча.

Достаточно было проследить за сигналами, что пронизывали сектор вдоль и поперек, чтобы понять, кто здесь всем заправляет. Вот Рэнделл меня и запеленговал. Самое интересное, деваться мне было некуда. Формирование Данлинга лишь в стадии завершения, планета закрыта для визитов извне. Даже для меня – ее создателя.

Два истребителя со стороны эскадры летят ко мне. Я могу их уничтожить, послав приказ орбитальным спутникам защиты, но не хочу провоцировать войну. Сдаваться в плен равносильно поражению. Я слишком много знаю. Остается одно…

Я задаю программу единственному реструктору, находящемуся на борту, тому самому, который создал мое тело. И терпеливо жду, наблюдая, как осторожно приближаются ко мне серебристые аппараты с прозрачными колпаками кабин.

Моя капсула не спешит отрастить гиперпривод, а может мне просто так кажется, потому что время, когда его торопишь, всегда течет чересчур медленно, наверное, всем назло. Я вдруг подумал, что совсем не знаю о внешнем мире, откуда пришли капитан и остальные. Тысячелетие не такой уж большой срок по галактическим меркам, но по человеческим – огромный. За это время могли рушиться и создаваться вновь империи, колонии, отколовшиеся от метрополии, могли получить независимость или пасть, уничтоженные твердой рукой жестоких правителей. Целые цивилизации, оказавшись в изоляции, могли впасть в дикость и откатиться к средневековью, забыв обо всех достижениях человечества. Могло много чего случиться. И об этом у нас не было информации.

Мне, конечно, нужна была санкция ГБ на разведывательный полет, но ждать, когда обрастут плотью сморщенные мумии, оживут, задвигаются и отдадут мне приказ, слишком долго. Да и стоит ли перекладывать ответственность на старых, пусть умудренных опытом людей, но совсем не разбирающихся в обстановке?

Наверное, и раньше я никогда не был заложником догм и инструкций, иначе откуда возникло у меня внезапное желание не принять навязываемый мне бой, а уйти от него, рванув прочь от планеты?

Новенький гипердвигатель занял свое место в двигательном отсеке, я наскоро привел его в рабочее состояние, подключив к разъемам бортового компьютера. Все было в порядке, только эфир разрывался от требований оставаться на месте, «раз уж попался», и угроз разнести мое убежище «к чертовой бабушке». У них не было уверенности, что в капсуле находится живое существо, а не бездушный механизм, запрограммированный компьютером Аль-Боро. Но на всякий случай они спешили предупредить, что бегство до добра не доведет.

Я только снисходительно улыбнулся. Что для меня пустая угроза? И рванул сквозь пространство навстречу неизвестности…

Что же ждет меня там, где далекие звезды,
Где бескрайний простор и где нет берегов,
Я узнаю потом, я для этого создан,
Я покинул навеки мир иллюзий и снов…

Знакомые строчки сами собой всплыли в моей памяти. Я не помнил, кто их автор. Да, это было и не важно…


КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ цикла ПЕПЕЛ МИРОВ

Зима 2007.

ЧЕТВЕРТАЯ ЧАСТЬ  цикла называется ТОЧКА ОПОРЫ