Проект Братва-1

После парижского триумфа старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов и слесарь Мирон Токарев загорелись грандиозной идеей. Зачем модернизировать чужие истребители, если можно построить свой, уникальный и не имеющий аналогов в мире?
Вернувшись в родной авиационный гараж Марины Беленькой, они заперлись на три дня. Мирон не выпускал из рук чертилку и штангенциркуль, а Васильевич достал свои старые, еще советские блокноты с секретными наработками.
— Гляди, Володька, — показывал Мирон молодому КИПиАшнику Пиняеву набросок на огромном листе ватмана. — Мы спроектировали сверхманёвренный биплан укороченного взлёта и посадки «Братва-1»! Нижнее крыло — обратной стреловидности из титанового сплава, а верхнее — гибкое, изменяемой геометрии. Ему для взлёта нужно всего пятнадцать метров! Он сможет садиться хоть на крышу поезда, хоть на лесную поляну.
— А силовую установку мы сделаем комбинированную! — подхватил Василий Васильевич, победно потрясая паяльником. — Поставим облегченный турбовинтовой движок, а на законцовках крыльев — импульсные ускорители. Смекайло уже придумал для них систему впрыска!
Марина Никифоровна Беленькая, зайдя в ангар, осмотрела чертеж своим опытным взглядом лётчика-испытателя и решительно ударила кулаком по верстаку:
— Строим! Металл обеспечим, а за штурвал на первые испытания сяду я лично!
Строительство сплотило команду как никогда:
• Мирон Токарев дневал и ночевал у токарного станка, вытачивая уникальные лонжероны и узлы складывания крыла. Его давление после парижских каникул было железным — 120 на 80.
• Василий Васильевич лично клепал обшивку фюзеляжа из новейших композитов, которые братве выделили за спасение полярников.
• Володя Пиняев создавал для самолета полностью аналогово-цифровую систему КИПиА, объединив лазерную «Сову» и дублирующие реле Анисимова.
• Анжела Власенко и Смекайло-де-Цопфи рассчитывали центровку и монтировали импульсные ускорители, применяя всю свою народную смекалку.
• Лидия Беленькая и Татьяна Трофимова занимались натяжкой перкаля и покраской — самолет решили выкрасить в благородный темно-синий цвет с серебряными молниями по бортам.
• Ангелина Мельник обеспечивала бесперебойное снабжение мастеров горячим питанием прямо к рабочим местам.

Экстренное секретное задание на Дальнем Востоке

Через два месяца «Братва-1» был практически готов, когда в гараже раздался звонок по линии правительственной спецсвязи. На проводе был Дальний Восток.
— Внимание, команда! Экстренный сбор! — объявила Марина Беленькая, вешая трубку. — На Курильских островах объявлен наивысший уровень опасности. Из-за внезапного тектонического сдвига в глухом ущелье одного из необитаемых островов оказалась заблокирована секретная сейсмологическая лаборатория. Цунами отрезало остров от суши, а из-за извержения грязевых гейзеров и ураганного ветра туда не может подойти ни один корабль, и не может сесть ни один вертолет — площадки просто нет, всё завалено камнями. Спасти людей можно только с воздуха, если сесть на крошечный пятачок скалы длиной всего двадцать метров.
— Наш выход! — в один голос крикнули Мирон и Василий Васильевич. — «Братва-1» создавался именно для этого!
Самолет в спешном порядке погрузили в тяжелый транспортник и через несколько часов авиационная братва уже разворачивала КДП на базе под Владивостоком.

Первый полет и спасение сейсмологов

Шторм на Курилах бушевал нешуточный. Марина Беленькая заняла место в кабине «Братвы-1». Вторым пилотом и бортинженером с ней пошел Смекайло-де-Цопфи — следить за давлением в импульсных ускорителях.
Самолет оторвался от разбитой взлетки практически мгновенно, под восторженный крик Мирона: «Пошел, родимый! Мои крылья держат!»
Полет сквозь дальневосточный циклон стал бенефисом новой машины. Когда «Братва-1» долетел до острова, Марина увидела зажатых на скале сейсмологов. Площадка для посадки была ужасной — узкий скалистый карниз, окруженный кипящими грязевыми фонтанами.
— Смекайло, врубай реверс винта и готовь импульсный тормоз на левом крыле! — скомандовала Марина.
— Есть, Никифоровна! Смекалка включена, ускорители наготове! — ответил бортинженер.
Марина ювелирно завела самолет против ураганного ветра. «Братва-1» буквально завис в воздухе за счет изменяемой геометрии верхнего крыла. Как только колеса коснулись скалы, Смекайло выдал короткий импульс противохода. Самолет замер как вкопанный, потратив на пробег всего двенадцать метров!
Сейсмологи, не веря своему спасению, быстро забрались в просторный грузовой отсек биплана. Взлет с короткого пятачка над обрывом прошел безупречно — Марина активировала ускорители, и синяя птица вертикально свечой ушла в облака.

Самый душевный пир авиации

Возвращение во Владивосток, а затем и в родной гараж праздновали так, что стены ангара дрожали от гордости. Создание собственного самолета и спасение секретной лаборатории окончательно закрепило за командой статус легенд.
Ангелина Викторовна Мельник на этот раз превзошла все мыслимые кулинарные рекорды планеты. На столах дымились четыре гигантских ведра домашних пельменей, тесто для которых помогали катать Лидия и Татьяна. Пельмени были сочные, сдобренные крупным перцем и настоящим ядреным дальневосточным чесночным уксусом. Рядом красивыми рядами стояли ящики легендарного портвейна «Три Топора».
Марина Никифоровна подошла к микрофону, сияя от радости. Вся её смелая и энергичная натура ликовала.
— Команда! Братва! Сегодня исторический день. Мы построили свою машину и доказали, что наш дух сильнее любой стихии! Старый техник Василий Васильевич Анисимов и слесарь Мирон Олегович Токарев, ко мне!
Мастера подошли к столу. Марина с глубоким уважением пристегнула к их комбинезонам высшие ордена за заслуги в авиастроении, крепко обняла обоих и расцеловала в обе щеки.
— Спасибо за крылья, мужики! — тихо и искренне сказала Марина.
— Рады стараться для лучшей команды! — гордо ответил Мирон, переглядываясь с улыбающимся Васильевичем.
Выпили все. Анжела Власенко и Володя Пиняев подняли тост за гениальную механику, Смекайло подкручивал усы и разливал «Три Топора», а спасенные сейсмологи со слезами на глазах уплетали горячие пельмени. Посидели, от души накушались, за свой родной самолет порадовались и легли отдыхать. А утром всю непобедимую братву снова ждали новые, чистые и светлые предполётные задания!
Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!