Амурная оскомина

Макар Максимович Донской.
АМУРНАЯ ОСКОМИНА.
Этюд к повести «Мороз по коже».


“Понравился ли?!! Пикантные отношения с интимным озорством! — студент Чушинский кокетливо взбулгачился. — Сверкнут глаза ее, и грозная депеша… Получена. Что, ежели: “Уйди!” — прочту… О, вопль мой! Лишь капелька унынья скорбного — и гнать себя… Безжалостно. Я слышу уже… Дикий храп стоит от кривой рожи, забывшейся в похмелье беспробудном… Противно отверженье! Судьбу ломает. Как тягостно, мне зреть себя в столицах, упившегося вдрыск, промотавшего студенческие средства, лежащего в одном ботинке, в чулане, на ржавой сетке кровати, брезгливо отбросивши учебник, и вместо доблестных надежд, настропалив к родительнице милой, спешный свой отъезд.

И нет приближенных — один я. С горькою. Мне, императору, конец. Ах, роль сыграл наиотвратно. Нет рядом оркестровой ямы, с ее смертельной какофоньей, где слезы умиленья от синхронного движения смычком, и воздыхателя терпение возвысит дух. В особой эйфории подковой выгнуть грудь вперед, и замереть не боязно, ну встану колокольней, презорство выставив. А не удивлю, не встрепенется племя…

Всё проще… Неподалеку горлопаны тянут балалайкою, величия не оценивши моего… Событием нагрянул в глушь… Уязвленные все, моим прибытиям не рады. И ненависть их, квелым делает, позой согбенной батрацкой отстенит, ладони распрямит в руках опущенных, и вяжет! Ничтожеством смотреться даже рад. Чу! Брови топорщатся, наполненные слепотой взиранья… И плечи бабьи скаредные мне спину, дюже хворую ученьями шпицрутенными, не разомнут.

Не заставишь любить себя их, коли дьяволу предались с малых лет. Здесь так. Во конкурент!”

 

ММД/2026


СЛОВНИК.

Амурный — любовный.
Оскомина — неприятное ощущение от чего-л. чрезвычайно надоевшего.
Взбулгачиться — встревожиться, переполошиться.
Какофония — режущее слух сочетание звуков, неблагозвучие.
Шпицрутен — насилие, принуждение, основанные на угрозе сурового наказания.
Скаредный — избегающий всяких трат, расходов.