6. Очерки из прошлого. Старшеклассник

   В девятом классе, после того как больше половины учеников по окончании восьми классов ушли учиться в училища и техникумы, классы А и Б объединили в один класс А, и ещё к нам в класс пришли новые мальчики и девочки. Так у меня появились новые одноклассники и друзья. С этого времени я стал ощущать себя уже как-то по-другому, не по-детски что ли. Изменилось отношение к учёбе, я выделил для себя нужные и не нужные мне предметы, например более серьёзно стал относиться к физике, по-прежнему любил французский и физкультуру. В общем, наверно все пацанчики в 9-м классе начинали подражать взрослым, почти все покуривали сигареты, начинали пробовать алкоголь. Больше внимания начинали уделять внешнему виду: одежде, прическе, портфелю. Тогда в моде были портфели типа дипломат - это такие плоские чемоданчики из пластика, или кожи. У меня был чёрный дипломат из искусственной кожи с блестящими стальными замками.

   Из периода 9-10 класс, это 1985-1986 годы, особо запомнились эпизоды обучения в УПК (Учебно-Производственный Комбинат), практика вождения автомобиля и особенно летняя практика по специальности сельский механизатор. Преподаватели в УПК у нас были исключительно мужчины, примерно одного возраста. Тогда им было наверно около 40, а может и меньше, я ведь тогда тоже гораздо моложе был, чем сейчас. У каждого препода были свои особенности и, естественно, клички. Правила дорожного движения преподавал Валерий Иванович Кузнецов, он же был моим инструктором по вождению. Это был такой угловатый, широкоплечий мужик с большой, немного треугольной головой, широкой и приплюснутой сверху, и мощными, сужающимися книзу скулами. Над достаточно большими светлыми глазами нависали ярко выраженные надбровные своды с густыми, светлыми бровями. Нос у него был прямой, особо не выделялся, и это подчеркивало именно угрожающие надбровные своды и мощный плоский лоб. В его выражении лица было что-то неандертальское. К тому же у него были длинные руки с огромными и мощными ладонями и обувь размера наверно 46-47, что еще более придавало сходство с неандертальцем. Наверно ему пошла бы именно такая кличка, но это слишком сложно выговаривать, поэтому он был просто «Кувалда». У него была своя манера, такая «фишка»: когда он выбирал в классе кто будет отвечать на его вопрос по ПДД он брал своей богатырской ладонью мощную метровую деревянную указку как рапиру, шел по ряду между партами, и когда выбирал жертву, упирался своим оружием прямо в грудь ученика, как бы пронзая его. Впрочем, это была не единственная его фишка. Как уже упоминал, Кувалда был моим инструктором по вождению. За ним был закреплён ГАЗ-53 с будкой. На нём я и практиковался. Так вот, о фишке: когда практика проходила вечером, и было уже темно, если ученик нарушал ПДД Кувалда вручал ученику книжку по ПДД, выгонял из кабины, включал поворотник, выключал фары и курсанту приходилось при мигающем поворотнике читать пункт правил, который был нарушен. Он объяснял, что такой метод позволяет на всю жизнь запомнить пункт ПДД.

   Устройство автомобиля нам преподавал другой дядька, к сожалению, совсем не помню ни имени, ни фамилии. Хороший дядька был, объяснял понятно, юморил с нами. Внешне чем-то напоминал Жана-Поля Бельмондо, такой же морщинистый и улыбчивый. В его классе были наглядные пособия грузового автотранспорта: настоящий двигатель внутреннего сгорания с разрезанным цилиндром и карбюратором, чтобы можно было видеть устройство поршневой системы и карбюратора, разрезанная коробка передач, сцепление, главный редуктор, колесо с рулевыми тягами. Его особенностью было то, что, когда он говорил, объясняя нам очередную тему, между нижней и верхней губой растягивалась тонкая белая слюнная ниточка. Мой одноклассник, Лёха раскрыл эту тайну: это всегда так бывает, после употребления сухого вина. Впоследствии я в этом убедился.

   Классным руководителем в УПК у нашей группы был тоже Валерий Иванович, но фамилию его не помню. Он же преподавал нам устройство сельскохозяйственных машин: гусеничных тракторов и их навесного оборудования, плугов, борон. И объяснял для чего служит то, или иное навесное оборудование и как правильно пахать или боронить землю. С виду, Валерий Иванович был настоящий такой южный образованный деревенский мужик с гладким округлым лицом, носом- картошкой и светлыми волосами с проплешиной. Каких-то особенностей я не припомню, помню был он очень спокойный и сдержанный, хотя кровушки его мы, ученики, попили изрядно, особенно на летней практике.

   Ещё в автопарке УПК был бортовой грузовик ГАЗ-52, инструктором на котором был армянин, ни имени, ни фамилии его не помню, но погоняло у него было точно «Армян». Кроме инструкторства Армян больше ничего не преподавал. Были ещё самосвал ЗИЛ-130 и легковой автомобиль Москвич 2140. Инструктором на них был невысокий шустрый мужичок, информация о котором в моей памяти ограничена только этими подробностями. В параллельной группе обучались две девочки, обе не из моей школы, и я их совсем не помню. Вот они-то и практиковались на легковушке.

   Занятия в УПК проходили один раз в неделю, у нас это было по пятницам. Почти сразу же, с начала учебного года, мы стали практиковаться вождению. Сначала учились правильно заводить авто, трогаться и тормозить. Это происходило во дворе комбината. Потом начинали потихоньку выезжать на автодром и уже после катались по улицам района.

   Летняя практика от УПК у нас проходила в хуторе Клетско-Почтовский Серафимовического района Волгоградской области. Это было лето 1985 года. Как раз в этот период в нашей семье случилось печальное событие: умерла моя бабушка Галя. Мобильных телефонов тогда не было, и я узнал об этом только когда приехал с практики домой. Оказывается, она упала во дворе и поломала шейку бедра. В те годы это было как приговор. Так и случилось, в больницу её не взяли, пролежала она дома с неделю и тихо скончалась.

   По прибытии на хутор нашу группу поселили в два, или три новых дома. Это были дома по типу «финских» так называемые «на два хозяина». Одноэтажное строение содержало в себе два дома, у которых была одна общая стена, общая крыша и два раздельных входа. В каждом доме было по три комнаты, в каждой комнате размещались четыре-пять человек.  Неподалеку находилась столовая, где нас три раза в день кормили. Кормили очень хорошо, порции были большие и готовили поварихи вкусно. И сейчас не понимаю, за чей счет нас там содержали и кормили, так как пользы совхозу мы особо не приносили. Наш руководитель Валерий Иванович спросил, есть ли желающие поработать помощником комбайнера, при этом обещали неплохие деньги, но предупредили, что работать придется с раннего утра до позднего вечера. Человек, наверное, пять согласились, остальных планировалось задействовать на полевых работах на тракторах, но оказалось, что для работы тракторы надо сначала отремонтировать. Группу разделили на пары, то есть на один трактор приходилось два человека. Моим напарником естественно стал Андрей, мой одноклассник, одногруппник по УПК и товарищ по жизни.  Утром группу привели на машинный двор — это была территория, на которой как попало стояла поломанная сельскохозяйственная техника. Уж точно не помню, как распределяли технику, но в итоге оказалось, что нам с Андреем трактора не досталось. Валерий Иванович хотел было склонить нас работать с комбайнёрами, но мы категорически отказались. Нам просто не хотелось работать порознь, да еще и с незнакомыми мужиками. В итоге наш руководитель согласился отдать нам для работы учебный трактор ДТ-75, который к тому же был на ходу, т.е. его не надо было и ремонтировать. Забегая вперед, скажу, что многие так и не смогли поставить на ход свои подопечные тракторы, так всю смену и проторчали на машинном дворе. Вообще организация всего этого безобразия под названием практика была весьма интересная: нас поселили, отменно кормили, раздали тракторы, выдавали запчасти, заправляли тракторы соляркой, в общем обеспечили полностью для работы, и при этом толковых рабочих задач никто не поставил. Ну да, пока остальные занимались ремонтом, нам с Андреем показали паханное поле и сказали: цепляйте борону и бороните, от сих, до сих! Прицепили мы к трактору борону на машинном дворе, прикатили на поле, а это наверно километров шесть-семь от двора, только опустили борону на пахоту, и тут лопнул шланг гидроцилиндра поднятия инструмента. Короче, трактор рабочий, а работать нельзя. Отцепили мы борону и поехали на нашем ДТ опять на машинный двор. Нового шланга в наличии не было, но мы взяли взаймы у своих одногруппников, у которых трактор был с серьезной поломкой и быстро они его не отремонтировали бы. Поехали мы опять в поле, пока поменяли шланг- пришло время обеда, обед- святое дело, поехали на тракторе в столовую. Короче в этот день мы только и делали, что катались то на поле, то на машинный двор, то в хутор. А надо сказать, у трактора крейсерская скорость 11 километров в час, то есть до поля, минимум полчаса в одну сторону. На следующий день поехали снова в поле, на этот раз удалось сделать пару кругов по полю с бороной и у нас кончилась солярка. Оказалось, что в нашем тракторе, кроме датчика давления масла и датчика температуры охлаждающей жидкости, больше никакие приборы не работают, да в принципе больше ничего и не надо. Сидим мы, ждем заправщика, а заправщик – это автоцистерна, ездит заправщик целый день по полям и заправляет кого надо. Уже обед скоро, а наш «Maserati» не ездит, и заправщика нет, вот беда! На счастье, ехали мимо товарищи наши на обед на своём тракторе и взяли конечно и нас.

   Практика на хуторе продолжалась около месяца. Под конец практики, поняв, что пользы совхозу на тракторах мы не принесём, так как восстановить их, так и не получалось, председатель совхоза предложил нам подзаработать на очистке коровника. Коровник представлял собой ангар с бревенчатым каркасом и стенами из досок. Длиной он был метров тридцать и шириной метров девять. Внутри был равномерный слой коровьего навоза, высотой сантиметров сорок. Благо навоз был уже не свежий и вонял не сильно. Деньги нам предложили хорошие, кажется, выходило рублей по пятнадцать каждому. Навоз надо было просто извлечь из коровника и оставить снаружи, все равно как. Недолго думая, мы отодрали нижние доски стен коровника, на метр – метр двадцать высоты, чтобы было удобно вилами отковыривать куски навоза и выбрасывать через образовавшиеся окна наружу. С этой работой мы справились за два дня. Когда работа была закончена, мы приколотили доски обратно, и вуаля, принимай работу, начальник! Председатель был очень доволен и тут же предложил нам почистить свинарник. Свинарник был чуть побольше в длину, свинячьего навоза было чуть повыше, и самое главное, верхний слой был достаточно твердый и когда мы ходили в сапогах, то не проваливались, но масса подозрительно колыхалась под ногами. Конечно, перед тем как согласиться на эту работу, мы решили проверить, копнуть, так сказать, поглубже. Копнули. Под верхним слоем оказался слой уже пожиже, и такой нестерпимо вонючий, что мы выскочили оттуда и наотрез отказались от этой работы. Председатель поднял цену, но мы сказали решительное нет и на этом вопрос закрыли.
   Итогом нашей практики были экзамены. Собралась комиссия из трех человек: наш Валерий Иванович и ещё два мужика, даже не знаю кто они были, скорее всего главный механик совхоза и агроном. Позадавали разные вопросы типа что такое челночный способ пашни поля, какие ещё способы бывают и тому подобное, потом мы показывали умение завести трактор, прицепить борону, поднять её, опустить, умение управлять гусеничным трактором. В итоге всем выдали удостоверения сельских механизаторов с правом управления гусеничными тракторами, посадили в автобус, и мы отправились в Волгоград, по домам.

   Учебный год десятого класса прошел немного напряжённее девятого, так как предстояло сдавать выпускные экзамены. Особых событий, произошедших в этот учебный год, я не припомню, но одно происшествие, в общем то мирового масштаба, в памяти осталось. Двадцать шестого апреля тысяча девятьсот восемьдесят шестого года случилась авария на Чернобыльской АЭС. В Волгограде уже было тепло и солнечно и мы, группой пацанов, после школы, пошли на Волгу. Вода была ещё холодной, не больше пятнадцати градусов, но мы все равно окунулись, это было первое купание в том сезоне. Совпадение этих событий и отложило их в моей памяти.
Выпускные экзамены я сдал в целом не плохо, физику сдал на пятерку, математику и русский язык на четверки, хотя и сам не ожидал такого результата.

   Так закончился мой школьный период жизни, наверно самый беззаботный и жизнерадостный. (На заглавном фото: Справа от эстакады мы купались и загорали на плитах. Моя школа 105 и школьный двор. Дар-гора в наши дни. Фото 2021...23 годов).
 
    Думаю, периодически буду вспоминать интересные эпизоды своей школьной жизни, а их несомненно было много, просто стирается из памяти многое, или уходит глубже, и тогда напишу.
   В следующем очерке из прошлого, расскажу как я был ПэТэУшником.