Феномен Куть между импульсами
На станции «Роджина» грузчики, кроме всего прочего, считали. Не груз — секунды. Виктор вычислил это раньше, чем понял: шторм бил через каждые девяносто четыре импульса... нет, проще — через полторы минуты, и после каждого удара было около трёх секунд затишья. Три и четырнадцать сотых, если верить датчикам. Число странное, почти круглое и почти живое.
— Три-один-четыре, — отсчитывал про себя Виктор, когда тяжесть отпускала панель. — Раз... два... три... куть!
Слово придумал старый крановщик Фёдор, который пропал на той же станции пару смен назад — сказал перед этим, что когда тянет уснуть, надо говорить себе «куть», иначе мозг сгниёт в этой темноте быстрее, чем корпус станции. Все посмеялись. А потом присвоили слову другое значение: «куть» — значит, просыпайся, значит, шторм кончился, значит, бери хват.
И это работало лучше датчиков. Датчики лагали. А «куть» разлетался по галерее, как сигнал жизни: трое в голос, четверо в темпе, и тело само делало то, чему его учили месяцами.
— Не механика это, — сказал однажды Виктор, когда бригада отдыхала у лифта. — Механика — это руки и ноги. А «куть» — это чтобы помнить, что мы ещё живые, а не детали погрузчика. Космос давит. Сминает. Усыпляет, если честно. А мы — считаем и кричим. Так и не даём ему себя раздавить.
— Кричать — это кутёж, — заметил кто-то из молодых.
— Это порядок, — отрезал Виктор.
К концу смены Фёдорово слово стало не криком, а опорой. Панель шла ровнее. Люди дышали в такт — три-один-четыре, вдох, выдох, шаг. И когда в конце дня шторм выл сильнее обычного, разом, вдруг, почти сорвал крепление у рамы, Виктор не почувствовал паники. Он почувствовал счёт. Как будто вся бригада, все шестеро, были одним телом, и в этом теле одна мысль: «Куть».
И панель встала на место.
— Куть! — выдохнули они хором, уже у лифта, не сдерживаясь.
И грузчик, тот, что любил поговорить, добавил с усмешкой:
— Говорят, если долго это повторять, станция начинает отвечать.
— Пусть отвечает, — сказал Виктор. — Главное — не молчи. Куть — это когда ты ещё здесь.
Виктор усмехнулся и посмотрел в тёмный проём. За переборкой шуршал шторм. А он знал: пока бригада считает, пространство не победит. Оно может гнуть металл. Но «куть» оно согнуть не может.
20. 10. 2026
Свидетельство о публикации №226102101678