Чародейка красоты. Глава 3

Мой путь музыканта в новой стране
Глава 2. http://proza.ru/2026/10/17/284

Пока  я время от времени по приглашениям играла в разных оркестрах, у меня уже была постоянная работа. Без неё нашей семье было бы трудно прожить только на зарплату супруга. Благословенное для американской семьи время, когда работал один муж, а жена в кружевном фартуке хлопотала по дому, воспитывая детей, осталось в середине прошлого столетия. Что уж говорить о семье иммигрантов!

Самую первую работу я получила по рекомендации от «Джуйки»: девушка из офиса привезла меня  в фирменный магазин сувениров Hallmark. Располагался он в получасе езды от нашего  дома, в торговом царстве Livingston Mall, среди множества модных магазинов, ресторанов и даже парикмахерских. Когда я впервые вошла в его роскошное чрево, я была буквально ослеплена разнообразием дорогих товаров. На стеклянных стеллажах с подсветкой, лежали шоколадные наборы в ярко-красных коробках-сердечках. Среди них были маленькие, побольше и очень большие –  на любой вкус.

До этого я и не подозревала, что существует праздник всех влюблённых – «День святого Валентина». В этот день влюбённые обмениваются валентинками и дарят не только шоколад, но и забавные игрушки, цветы и конечно же весёлые открытки с пожеланиями и признаниями в любви. В секции рядом были выставлены красивые коробки с парфюмерией.  А у противоположной стены рябило в глазах от фарфоровых и стеклянных игрушек-сувениров. Так я познакомилась с приближающимся торжеством, который отмечается во всём мире 14 февраля.

 Посередине зала в  несколько рядов стояли стенды с поздравительными открытками ко дню рождения, рассортированными по возрасту –  от одного года до восьмидесяти и даже ста лет! Было множетство открыток и для других радостных событий. Громадный  магазин сверкал и чудесно благоухал незнакомым запахом чужой страны.  Негромко играла красивая музыка. На фоне этого головокружительного праздника я казалась себе Золушкой, попавшей на бал! И я была счастлива, что мне выпала прекрасная возможность работать среди этой красоты.

Однако буквально через несколько дней я  разочаровалась в своём выборе. Рано утром я садилась в автобус, а через полчаса выходила на огромном паркинге перед входом в Macy’s – один из самых больших универсальных магазинов в молле. То, что казалось роскошью в глазах бедной эмигрантки, поблекло в процессе работы, когда пришлось под бдительным присмотром менеджера смахивать пыль с полок и сортировать открытки, разбросанные небрежными покупателями там и сям. 

Вскоре, заметив моё усердие и сметливость, мне доверили кассу, где я пробивала чеки и упаковывала подарки в разноцветную бумагу. Но и это не спасло дела.  Мне было так плохо, что желчь подкатывала к горлу. Приходилось заедать её шоколадками, которые я приносила из дома специально для того, чтобы заглушить горечь. Слишком коротким оказался отрезок времени, отделивший мою счастливую жизнь на сцене филармонии от роли продавщицы в магазине, который произвёл на меня  такое яркое первое впечатление.

Мне трудно было переварить оглушительную разницу между нынешним и прошлым своим положением. Потеря профессии, которой я занималась всю жизнь, далась мне нелегко. И приехав после работы домой, чтобы никто меня не услышал я запиралась в душевой кабинке, где под шумно стекающей на мою бедную голову водой горько плакала.

 Долго так продолжаться не могло. И я решила сменить поле деятельности. Не прошло и двух месяцев, как я «сделала ручкой»  и попрощалась со сверкающими витринами и кассовым аппаратом.
 Меня ожидала новая жизнь на новом поприще. Музыка – как я мудро решила – меня здесь не прокормит. Надо было получить новую профессию, и   ничего лучшего, чем стать парикмахером, я не придумала.

В «Джуйке» меня долго отговаривала от этого, поспешного на её взгляд решения, добрая леди, ответственная за подыскивание работы для эмигрантов.

 – Мне жалко ваши красивые, холёные руки, –  сочувственно говорила она.

 Ещё бы, руки музыканта!  Но моя бедовая головушка не хотела внимать её уговорам. С детства мне нравилось самой делать себе маникюр, сооружать причёски, которые я придумывала вместо надоевших длинных кос и даже, по просьбе мамы, красила её волосы хной. Увлекалась я и стрижкой: первой доверилась мне мама, а после –  муж с детьми. Всем нравилось!

Не скрою: отважившись на такой шаг, как приехать в чужую незнакомую страну и заговорить на другом языке, я решила поменять заодно и профессию. Менять – так менять всё! Кроме мужа и детей, конечно.

Кстати, если бы не моя «бедовая головушка», мы бы никогда не уехали. Муж очень не хотел, боялся, и в сердцах кричал мне в лицо: – «Ты авантюристка!».  И это, конечно, было самой настоящей авантюрой: пуститься через океан, не владея английским и без профессии, которая там могла бы пригодиться – это прямо как небезызвестные  "три мудреца в одном тазу"...»

Но если быть честной до конца, меня страшил трудный путь в музыканты. Я боялась новых провалов, неудач на этом поприще. Как зубная боль, меня преследовало предсказание одного коллеги: «Никто из нас не будет там музыкантом». И я опустила руки. А следом – не удержала скрипку.

Я больше никогда к ней не прикасалась, чувствуя себя изменницей и предательницей. И ещё долгие годы не могла без слёз и содрогания слушать симфоническую музыку. Моя нервная система просто не выдерживала этой боли.
 
Когда свекровь узнала о моём увлечении,  она неожиданно поддержала меня: «Ну и правильно. Всегда при деньгах будешь!»
 
Так было принято окончательное решение. По направлению той же благословенной «Джуйки»  я пошла в школу парикмахеров (beauty school), получив субсидию (financial grant) для оплаты обучения. Красота! Через десять месяцев, благополучно сдав экзамены на лицензию (license) с первого раза, из Золушки я превратилась в Чародейку красоты и стала стричь, красить и делать причёски старым леди уже не за спасибо, а за доллары, получив свою первую работу на новом поприще.