Действие сценическое. Событийность и инвариант

Вступление. Что сохраняется в действии, когда происходит событие?

Событие принято связывать с изменением. Инвариант — с сохранением.

На первый взгляд эти понятия противоположны. Событие нарушает существующую организацию действия, тогда как инвариант обеспечивает её тождество.

Однако в причинной теории Кретова возникает возможность рассмотреть их не как противоположности, а как взаимно необходимые условия сценического становления.

Если действие изменяется, необходимо установить, что именно изменилось.

Но одновременно возникает другой вопрос: что позволяет считать изменившееся действие продолжением прежнего?

И наоборот, если действие сохраняется, необходимо объяснить, каким образом оно остаётся самим собой при изменяющихся обстоятельствах, партнёрских воздействиях и способах осуществления.

Следовательно, событие и инвариант относятся к одной проблеме — причинному тождеству действия в процессе его преобразования.

Здесь необходимо ввести третье понятие — событийность.

Событие обозначает определённое причинное преобразование.

Инвариант предполагает сохраняющееся отношение.

Событийность характеризует организацию действия, в которой преобразования становятся возможными, действительными и причинно значимыми.

Но возникает вопрос: принадлежит ли инвариант событийности или событийность осуществляется благодаря инварианту?

1. Событие и инвариант различаются по предмету

Предположим, персонаж добивается согласия партнёра.

Партнёр отказывает.

Персонаж продолжает убеждать.

Затем возникает новое обстоятельство, делающее прежний способ воздействия недостаточным.

Персонаж изменяет способ.

Что произошло?

Изменилась организация причинной связи.

Но направленность к результату могла сохраниться.

Следовательно, необходимо различать изменение и сохраняющееся основание.

Однако нельзя автоматически объявлять неизменную цель инвариантом.

Одна и та же цель может принадлежать различным действиям.

И наоборот, действие может сохранять определённую причинную преемственность при уточнении предполагаемого результата.

Поэтому:

Инвариант сценического действия следует искать не в неизменности отдельного элемента, а в отношениях, обеспечивающих причинное тождество процесса при допустимых преобразованиях.

Это предварительное определение ещё требует установления самих допустимых преобразований.

2. Событийность не является последовательностью событий

Если событийность понимать как совокупность событий, вопрос об инварианте сведётся к поиску общего признака их последовательности.

Но события могут быть морфологически различными.

Отказ.

Согласие.

Разоблачение.

Признание.

Молчание.

Каждое из них может иметь собственную причинную организацию.

Однако событийность относится не только к уже совершившимся изменениям.

Она включает возможность возникновения причинно значимых различий.

Следовательно, событийность может существовать в продолжающемся действии до наступления нового события.

Событийность — не сумма событий, а организация причинной значимости возможных и действительных преобразований действия.

Тогда инвариант необходимо исследовать не только между событиями, но и внутри самой организации событийности.

3. Инвариант не является неподвижным основанием

В предыдущем исследовании было предложено рассматривать событие как минимальное причинное преобразование, порождающее достаточность прежнего основания действия.

Эта гипотеза позволяет уточнить проблему инварианта.

Прежнее основание существует.

Однако его достаточность для определённого продолжения ещё не возникла.

Происходит событие.

Условия достаточности преобразуются.

Действие получает новое продолжение.

Что сохраняется?

Не вся совокупность причинных условий.

Она изменилась.

Не обязательно прежний способ действия.

Он мог подвергнуться переделу.

Но определённое основание сохраняет причинную принадлежность нового продолжения прежнему действию.

Следовательно:

Инвариант не следует отождествлять с неизменностью основания во всех его свойствах. Он может выражаться в сохранении определённого причинного отношения при преобразовании условий его достаточности.

Это позволяет рассматривать инвариант как отношение, а не как неподвижную сущность.

4. Событийность как испытание инварианта

Предположим, действие сохраняется при отсутствии значительных изменений.

Можно ли установить его инвариант?

Возможно, но это затруднительно.

Если ничего существенного не изменяется, неясно, какие свойства действительно необходимы для сохранения тождества.

Событие создаёт возможность проверки.

Изменяется способ.

Изменяются обстоятельства.

Изменяется отношение к партнёру.

Но действие продолжается.

Следовательно, событие позволяет отделить сохраняющееся от преобразуемого.

Событийность обнаруживает инвариант через различия, которые действие способно причинно пережить, не утрачивая собственного тождества.

Однако здесь нельзя утверждать, что инвариант возникает только благодаря событию.

Возможно, он существовал до события.

Событие лишь обнаруживает его устойчивость.

5. Событие как проверка достаточности прежнего основания

Рассмотрим два случая.

В первом событие делает прежнее основание недостаточным.

Персонаж продолжает добиваться признания.

Но выясняется, что партнёр не располагает необходимым знанием.

Прежний способ действия теряет достаточность.

Во втором случае событие делает прежнее основание достаточным.

Персонаж давно подозревает партнёра.

Но только новое обстоятельство позволяет предъявить обвинение.

В обоих случаях изменяется причинная организация.

Однако возможна сохраняющаяся направленность действия.

Следовательно, инвариант нельзя связывать только с приобретением или утратой достаточности.

Инвариант должен объяснять причинную преемственность действия при различных преобразованиях достаточности его оснований.

Именно поэтому событие недостаточности и событие достаточности могут принадлежать одному процессуальному тождеству.

Но могут и не принадлежать.

Необходимо установить конкретную причинную историю.

6. Инвариант и причинная генеалогия

Здесь возникает возможность более точного определения.

Действие обладает причинной историей.

Настоящее продолжение возникает не изолированно.

Оно связано с предшествующими намерениями, партнёрскими воздействиями, оценками, последствиями и преобразованиями способов.

Эта история образует причинную генеалогию действия.

Но генеалогия и инвариант не тождественны.

Генеалогия устанавливает происхождение.

Инвариант — сохраняющееся отношение, обеспечивающее тождество при преобразовании.

Следовательно:

Причинная генеалогия позволяет исследовать, откуда возникло продолжение. Инвариант должен объяснять, почему это продолжение принадлежит тому же действию.

Это различие принципиально.

Наличие причинной связи между двумя действиями ещё не доказывает их тождества.

Одно действие может стать причиной другого, оставаясь самостоятельным.

7. Причинная связь не равна причинному тождеству

Предположим, персонаж добивается согласия.

Партнёр сообщает о смерти близкого человека.

Персонаж прекращает добиваться согласия и начинает помогать партнёру.

Новое действие причинно связано с прежним взаимодействием.

Но можно ли считать его продолжением того же действия?

Не обязательно.

Причинная преемственность существует.

Однако направленность, основание и способ организации действия могли измениться настолько, что возникло другое действие.

Следовательно:

Не всякая причинная преемственность сохраняет инвариант действия.

Необходимо различать причинную связанность процессов и их процессуальное тождество.

Это одна из наиболее сложных задач причинной теории.

Иначе любое последующее действие можно будет объявить преобразованием предыдущего.

8. Инвариант и граница действия

Если инвариант обеспечивает тождество, он должен позволять установить границу.

Где прежнее действие заканчивается?

Где начинается другое?

Например, персонаж просит прощения.

Получает отказ.

Продолжает добиваться прощения.

Затем начинает угрожать.

Можно ли считать угрозу продолжением просьбы?

Возможно, если сохраняется определённая причинная направленность.

Но возможно, что изменилось само действие.

Одна и та же цель ещё не решает вопроса.

Необходимо исследовать, какое причинное отношение сохраняется между просьбой и угрозой.

Инвариант должен не только подтверждать сохранение действия, но и позволять устанавливать условия утраты его тождества.

Без этого понятие инварианта будет нефальсифицируемым.

9. Событийность и морфологическое различие

В причинной теории необходимо различать морфологию действия и его причинную организацию.

Морфология относится к различимым формам осуществления.

Причинная организация — к отношениям, благодаря которым эти формы возникают, сохраняются и преобразуются.

Предположим, актёр в разных исполнениях произносит реплику различными интонациями.

Морфология изменяется.

Но причинная организация может сохраняться.

И наоборот, внешне одинаковая реплика может принадлежать различным причинным отношениям.

Следовательно:

Морфологическое тождество не доказывает причинного тождества, а морфологическое различие не обязательно означает утрату инварианта.

Это положение особенно важно для исследования повторяемости спектакля.

10. Инвариант и повторение спектакля

Каждое исполнение спектакля происходит заново.

Актёр знает последовательность событий.

Режиссёрская партитура может сохраняться.

Текст повторяется.

Но действительное сценическое действие не должно отождествляться с механическим воспроизведением формы.

Возникает вопрос.

Что сохраняется между исполнениями?

Текст?

Партитура?

Режиссёрский замысел?

Причинная организация действия?

Или только возможность её повторного осуществления?

Следовательно, необходимо различать два уровня инварианта.

Инвариант отдельного сценического процесса — то, что обеспечивает тождество действия при его внутренних преобразованиях.

Инвариант воспроизводимого сценического устройства — то, что сохраняется между различными исполнениями и позволяет организовывать сходную причинную структуру.

Эти уровни нельзя смешивать.

Инвариант партитуры ещё не доказывает инвариант действительного актёрского осуществления.

11. Инвариант и роль

Кретов определяет роль как узел, организующий тождество сценического действия с драматическим.

Это положение позволяет связать проблему инварианта с отношением двух причинных порядков.

В драматическом действии существует определённая причинная организация персонажей.

В сценическом действии актёр действительно осуществляет действие в образе персонажа.

Роль организует их сопряжение.

Но тождество драматического и сценического не означает совпадения всех их причинных условий.

Фабульное событие существует в предполагаемом мире произведения.

Сценическое осуществление происходит действительно.

Следовательно:

Инвариант роли нельзя автоматически отождествлять ни с драматической последовательностью событий, ни с неизменностью актёрской партитуры.

Необходимо исследовать отношение, благодаря которому сценическое действие сохраняет принадлежность драматическому при различии способов существования.

12. Событийность и причинная циркуляция

Сценическое действие осуществляется в партнёрском взаимодействии.

А воздействует на Б.

Б отвечает.

Ответ Б становится условием продолжения А.

Так возникает причинная циркуляция.

Но отдельные звенья циркуляции могут изменяться.

Партнёр отвечает иначе.

Прежний способ воздействия оказывается недостаточным.

Возникает новое продолжение.

При каких условиях циркуляция сохраняет тождество действия?

Возможно, инвариант следует искать не в отдельных звеньях, а в организации их взаимной причинной принадлежности.

Однако нельзя заранее объявить саму циркуляцию инвариантом.

Причинная циркуляция может сохраняться и при возникновении другого действия.

Следовательно:

Инвариант должен определять не просто наличие причинного обмена, а условия сохранения определённого действия внутри этого обмена.

13. Событийность и минимальный причинный граф

Можно предложить исследовательскую модель.

Предположим, сценическое действие представлено минимальным связным графом, включающим:

намерение;

неполученный результат;

сценического субъекта;

партнёра;

действительное телесное осуществление;

причинные отношения между ними.

Но перечисление элементов ещё не устанавливает инвариант.

Необходимо определить отношения.

Какие из них обязательны?

Какие могут преобразовываться?

Какие изменения сохраняют тождество?

Какие приводят к возникновению другого действия?

Тогда инвариант можно исследовать как сохраняющуюся структуру определённых причинных отношений при допустимых преобразованиях графа.

Однако здесь возникает методологическая трудность.

Если заранее выбрать граф таким образом, чтобы он сохранялся при любых изменениях, инвариант будет искусственным.

Топологическая модель инварианта должна выводиться из исследуемых причинных отношений, а не навязываться действию как готовая схема.

14. Событийность и интенсив

В предыдущем исследовании интенсив рассматривался как возможная характеристика организации причинной действенности основания действия.

Теперь возникает вопрос о его отношении к инварианту.

Если интенсив изменяется, обязательно ли изменяется действие?

Нет.

Если интенсив сохраняется, обязательно ли сохраняется тождество?

Тоже нет.

Следовательно, интенсив и инвариант нельзя отождествлять.

Возможна ситуация, когда причинная чувствительность к различиям изменяется, но действие сохраняет тождество.

Возможна и другая ситуация: сходная интенсивная организация принадлежит различным действиям.

Интенсив характеризует определённость причинной действенности. Инвариант — условия сохранения тождества действия.

Это различие остаётся гипотетическим, пока понятие интенсива не получит самостоятельного проверяемого содержания.

15. Может ли событийность быть инвариантной?

Теперь возникает центральный вопрос.

Если событийность характеризует организацию причинной значимости изменений, может ли сама эта организация сохраняться при различных событиях?

Предположим, персонаж добивается признания.

Партнёр уклоняется.

Возникают различные ответы.

Меняются отдельные обстоятельства.

Но сохраняется определённая организация причинной значимости: каждый ответ партнёра рассматривается относительно возможности получить признание.

В таком случае можно предположить инвариант событийности.

Однако это ещё не инвариант всего действия.

Возможно, сохраняется лишь один аспект причинного режима.

Следовательно:

Инвариант событийности — предполагаемое сохраняющееся отношение, определяющее причинную значимость различных событий внутри преобразующегося действия.

Но необходимо установить, достаточно ли этого отношения для сохранения тождества самого действия.

16. Может ли событие преобразовать инвариант?

На первый взгляд вопрос противоречив.

Если инвариант преобразуется, остаётся ли он инвариантом?

Ответ зависит от уровня исследования.

Инвариант может сохраняться относительно одного класса преобразований и не сохраняться относительно другого.

Например, направленность к результату может сохраняться при изменении способа воздействия.

Но измениться при возникновении нового действия.

Следовательно, инвариант не является абсолютной неизменностью.

Он определяется относительно допустимых преобразований.

Инвариант всегда требует указания: что сохраняется, при каких преобразованиях и в пределах какого тождества.

Без этих уточнений понятие становится неопределённым.

17. Событие как граница применимости инварианта

Теперь можно предложить важную гипотезу.

Событие может не только обнаруживать инвариант, но и устанавливать границу его применимости.

Пока преобразования принадлежат определённому классу, действие сохраняет тождество.

Но возникает изменение, при котором прежняя организация больше не обеспечивает процессуальной преемственности.

Тогда можно говорить о завершении одного действия и возникновении другого.

Однако нельзя утверждать, что всякое завершение обязательно вызывается одним выделенным событием.

Завершение может быть процессуально распределено.

Следовательно:

Событие может обнаруживать границу инварианта, но само существование такой границы должно устанавливаться через причинное исследование, а не через драматургическое назначение.

18. Инвариант как условие различимости события

До сих пор мы рассматривали событие как средство обнаружения инварианта.

Но возможна обратная зависимость.

Чтобы установить событие, необходимо определить, относительно чего произошло изменение.

Если нет сохраняющегося отношения, невозможно установить, что именно преобразовалось.

Например, чтобы назвать переход переделом действия, необходимо иметь основание считать новое «как» преобразованием прежнего, а не началом другого действия.

Следовательно:

Инвариант может быть условием различимости события как преобразования определённого действия.

Это положение имеет большое значение.

Событие и инвариант оказываются не просто связанными.

Они взаимно определяют возможность исследования друг друга.

19. Причинная взаимозависимость события и инварианта

Теперь возникает возможность сформулировать центральное отношение.

Событие обнаруживает инвариант через преобразование.

Инвариант позволяет установить событие как преобразование определённого действия.

Но здесь необходимо избежать логического круга.

Нельзя определять событие исключительно через инвариант, а инвариант исключительно через событие.

Необходимы независимые критерии.

Для события — устанавливаемое причинно значимое изменение.

Для инварианта — определённое отношение, сохраняющееся при указанном классе преобразований.

Тогда их взаимосвязь становится исследуемой.

Событие и инвариант взаимно необходимы для анализа причинного тождества, но должны обладать самостоятельными критериями установления.

20. Событийность как пространство допустимых преобразований

Теперь можно предложить более строгую гипотезу.

Если инвариант сохраняется при определённых преобразованиях, а событие представляет собой причинно значимое изменение, то событийность можно исследовать через организацию допустимых преобразований действия.

Но слово «допустимых» требует уточнения.

Речь не о художественной разрешённости.

Не о режиссёрском указании.

Не о моральной оценке.

Речь о преобразованиях, которые причинная организация действия способна осуществить при сохранении или изменении его тождества.

Следовательно:

Событийность может быть рассмотрена как организация причинно возможных преобразований, относительно которых устанавливаются действительные события и проверяются инвариантные отношения.

Но это определение не означает, что все возможные преобразования обязательно осуществятся.

Событийность включает возможность, но не предопределяет событие.

21. Минимальное событие и максимальная сохранность

Предположим, событие представляет собой минимальное причинное преобразование, порождающее достаточность прежнего основания.

Что происходит с инвариантом?

Возможно, сохраняется почти вся причинная организация.

Изменяется лишь одно отношение.

Но этого оказывается достаточно для возникновения нового продолжения.

Здесь обнаруживается важный принцип.

Минимальность события не означает минимальности его последствий, а максимальная сохранность прежней организации не исключает существенного событийного преобразования.

Следовательно, инвариант и событие нельзя противопоставлять по величине.

Небольшое изменение может затронуть условие, от которого зависит вся дальнейшая организация действия.

И наоборот, значительное внешнее изменение может не затронуть его причинного тождества.

22. Инвариант и событие достаточности

Теперь можно вернуться к исходной гипотезе.

Прежнее основание сохраняется.

Возникает минимальное причинное преобразование.

Основание становится достаточным для определённого продолжения.

Можно ли считать сохранение основания инвариантом?

Не обязательно.

Необходимо установить, что именно сохраняется.

Если сохраняется только словесно обозначенная цель, этого недостаточно.

Если сохраняется определённая организация причинной принадлежности нового продолжения прежнему действию, появляется более серьёзное основание для гипотезы об инварианте.

Следовательно:

Событие приобретения достаточности может обнаруживать инвариант не в самом факте сохранения основания, а в сохранении определённого причинного отношения между основанием и возникающим продолжением.

Это различие представляется принципиальным.

23. Инвариант и событийная причинность

Возможно, наиболее глубокая проблема заключается в следующем.

Событие изменяет условия действия.

Но не всякое изменение условий изменяет его причинное тождество.

Следовательно, необходимо различать два вида причинных отношений.

Первое — отношения, обеспечивающие возникновение конкретных продолжений.

Второе — отношения, обеспечивающие принадлежность этих продолжений одному действию.

Можно предположить, что инвариант относится прежде всего ко второму виду.

Однако не следует считать эти отношения независимыми.

Тождество действия осуществляется через конкретные причинные продолжения.

Инвариант не существует отдельно от событийного процесса. Он может быть установлен только через исследование причинных отношений, осуществляющихся в этом процессе.

24. Основная исследовательская трудность

Можно ли наблюдать инвариант непосредственно?

Нет, если понимать его как абстрактное сохраняющееся отношение.

Наблюдаются действия.

Партнёрские воздействия.

Изменения способов.

Последствия.

Но инвариант устанавливается аналитически.

Следовательно, существует опасность приписать действию сохраняющуюся структуру, которой в действительном процессе нет.

Чтобы избежать этого, необходимо сопоставлять различные преобразования.

Устанавливать причинную преемственность.

Исследовать границы тождества.

Проверять альтернативные объяснения.

И особенно важно не считать сохранение инварианта доказанным только потому, что режиссёр обозначает происходящее как одно действие.

Инвариант должен быть результатом причинного исследования, а не его исходным предписанием.

Заключение. Событийность обнаруживает инвариант, инвариант определяет границы событийного преобразования

Событие, событийность и инвариант образуют три различных, но взаимосвязанных предмета причинного исследования.

Событие относится к причинно значимому преобразованию.

Событийность — к организации возможности и действительности таких преобразований.

Инвариант — к сохраняющемуся отношению, обеспечивающему тождество действия при определённом классе преобразований.

Их нельзя отождествлять.

Но нельзя и рассматривать изолированно.

Событие позволяет обнаружить, что изменяется.

Инвариант позволяет исследовать, что сохраняется.

Событийность определяет организацию причинных возможностей, внутри которой возникают и различаются изменения и сохранения.

Отсюда можно сформулировать основные положения.

Первое. Событие не обязательно разрушает инвариант.

Второе. Инвариант не является неизменностью внешней формы.

Третье. Причинная преемственность сама по себе не доказывает тождества действия.

Четвёртое. Событийность может существовать до возникновения нового события.

Пятое. Событие способно обнаруживать границы применимости инварианта.

Шестое. Инвариант может служить условием различимости события как преобразования определённого действия.

Седьмое. Событие приобретения достаточности прежнего основания представляет собой особенно важный случай проверки инварианта.

Восьмое. Инвариант должен устанавливаться относительно определённого класса допустимых причинных преобразований.

Теперь можно предложить итоговую формулу:

Событийность сценического действия — организация причинно возможных и действительных преобразований, в которых обнаруживаются условия сохранения, изменения и прекращения его процессуального тождества.

А инвариант:

Инвариант сценического действия — сохраняющееся причинное отношение, благодаря которому различные осуществления и преобразования могут принадлежать одному действию.

Однако эти определения пока остаются исследовательскими гипотезами.

И здесь возникает вопрос, который представляется решающим.

Если инвариант обнаруживается только через преобразования, то принадлежит ли он самому действию или является отношением между различными состояниями его причинной организации?

В первом случае инвариант следует искать внутри действительного сценического процесса.

Во втором — в аналитически устанавливаемом отношении между его преобразованиями.

Возможно, эти случаи необходимо различать, а не выбирать один из них.

Тогда возникнут два понятия:

Процессуальный инвариант — сохраняющееся причинное отношение внутри продолжающегося действия.

Структурный инвариант — сохраняющаяся организация отношений между различными преобразованиями или исполнениями.

Их различение может стать следующим шагом в исследовании.

Но ещё более существенна другая проблема.

Если событие является минимальным причинным преобразованием, порождающим достаточность прежнего основания, то инвариант должен позволять установить, почему это основание остаётся прежним.

Следовательно, критерий прежности основания становится необходимым условием исследования событийности.

Без него невозможно отличить событие, преобразующее достаточность прежнего основания, от события, создающего другое основание.

Именно здесь причинная теория Кретова выходит к фундаментальному вопросу:

Что должно сохраняться в причинной организации действия, чтобы событие изменяло действие, но не превращало его в другое?

Ответ на этот вопрос может определить не только содержание инварианта, но и саму границу действия сценического как причинно тождественного процесса.

Теоретическое примечание. Исследование развивает причинную проблематику на основании авторского различения Ю. В. Кретовым драматического, сценического и театрального действия и определения роли как узла их сопряжения. Предлагаемые определения событийности, процессуального и структурного инварианта являются аналитическими гипотезами, а не подтверждёнными дословными авторскими формулировками Кретова.


Примечание.
Текст подготовлен Ю.В. Кретовым; структурирование и редакторская компоновка выполнены с использованием языковой модели (LLM) по авторским материалам. Смысловые положения, определения и примеры принадлежат автору.

Благодарю актрису театра и кино Марину Ларину за помощь в сборе и подготовке материала статьи и журналиста Светлану Канаеву за подготовку материала к публикации