В поисках счастья

Мама раздвинула шторы. Солнечный зайчик пробежал по подушке, прыгнул на  коврик:
    – Люся, вставай завтрак на столе.
 Девочка потянулась, хотела поймать зайчика, но он прыгнул выше, на стену.
   Папа сидел за столом:
    – Умывайся, доча, мама напекла нам блинов,– сказал он.
 Люся умылась, причесала волосы, села за стол. Мама подала дочери тарелку с жареным яйцом, сказала:
    – Потом блины.
 Люда любила совместные завтраки, они были не частыми – папа уходил  на работу иногда очень рано. Дочь посмотрела на родителей, улыбнулась – какое счастье, когда все вместе, рядом! После завтрака мама попросила:
   – Люся, отгони гусей на речку.
   – Хорошо.
   – Людочка, помнишь, о чем я тебя просил?
   – Помню, папа,  без вас в озеро не заходить.
 У всех детей было одно имя, а у Люды два. Сначала девочка не понимала, мама объяснила, что ее имя можно произносить по- разному.
 Папа помог  выгнать гусей из ограды, дал дочери прутик, сказал:
    – Через переулок их проводи, а там к озеру они сами побегут, и сразу домой.
 Люде шел шестой годик, она была не по годам серьезная, исполнительная. Соседи хвалили девочку, родители гордились ею.
 Уром мама помоет посуду, скажет:
   – Подмети пол – не успеваю,– и убегает на работу.
 Люда подметет пол, вынесет  мусор на улицу, сходит в гости  к тете Лене, поиграет с ребятами. Вернется домой, перекусит, что мама оставила, даст курицам зерна. Ждет родителей. Вечером родители возвращаются с работы –  самые счастливые моменты для Люды. Посадит отец дочь на колени, спросит, чем занималась, она расскажет, а сама прильнет к нему. Отец говорит:
    – Тебе скоро шесть лет, еще годик и в школу пойдешь. У нас школа до четырех классов. Жалко тебя отдавать за глаза, может в город нам переехать, Катя, что скажешь?
     – Не знаю, другие же учатся,– отвечает жена.
     – За других не знаю, а свою жалко. Маленькая еще врозь с родителями жить. Поедешь в город жить?– спросит у дочери.
     – Не знаю, я там не была.
     – Там много домов, есть дома в несколько этажей, люди на автобусах ездят. Надо об этом подумать,– отец целует дочь.
      Прошло лето, зима, весной отец уехал в город. Люда скучала. Не понимала, зачем уезжать? В деревне она всех знала, и ее все знали. В конце лета отец приехал на грузовике. Дочь бежит к нему, он берет ее на руки, целует и говорит:
    – Все, Людочка, в город переезжаем. Комнату в общежитии дали.
    – Папа, как я там буду? Никого не знаю.
 Отец смеется:
    – Познакомишься, там много детей. Ты ноябрьская договоримся, пойдешь в первый класс в сентябре.
    Так Люда стала жить в городе. Комната небольшая: две кровати, шкаф да стол. Девочка была прилежной ученицей, а через три года маме дали от производства  квартиру в новом четырех квартирном доме. Кухня и большая комната, тридцать квадратов. Папа смеялся, говорил, что здесь можно на велосипеде  кататься. У них был огород, отец построил сарай. Сестра мамина, тетя Лена, подарила телочку, поросенка и несколько курочек. Мама радовалась, говорила:
   – Все продукты  будут свои.
   Люда познакомилась с соседними девочками: Катя и Галя, с ними будет дружба на многие годы.
  В выходные дни к ним приходили гости, иногда ездили в деревню, к тете Лене, ходили в лес за ягодой. Люде все нравилось. » Это и есть счастье»- думала девочка.
  Люда училась в пятом классе, когда заболел папа. Он периодически лежал в больнице, а когда его выписывали, дочь старалась больше быть с отцом. Купили маленький телевизор – это вообще было чудо. Они вместе смотрели передачи. Очень нравилась передача « Вокруг света»
   – Смотри, дочь, никогда не видел гор, море, других стран, теперь все  это можно увидеть дома,– обнимал дочь, добавлял:
    – Все о чем мечтал – сбылось. Вот только болячки не дают радоваться.
     – Папочка, все будет хорошо, тебя вылечат. Я вырасту большая, заработаю много денег. Мы поедим с тобой  на море, горы посмотрим.
 Сама крепче обнимает отца, он улыбается. Любовь и забота дочери согревает ему сердце.
  Через полгода отец умер.
 Люду привез домой дядя Саша на школьном автобусе. Она вышла из машины, возле ворот стояла крышка гроба. Девочка смотрела на нее и думала: « Зачем, утром ее не было.»  Дядя Саша взял ее за руку, они пошли в дом. В квартире  были чужие люди. На середине комнаты стоял гроб, оббитый красной тканью. Папа накрыт белым покрывалом. Люда остановилась в дверном проеме, все затихли, смотрели на нее.
« Почему? Я не хочу. Папа, мы на море не съездили», – думала она.
   – Люда, может быть на улицу, выйдем?– спросил дядя Саша.
 Девочка стояла без движений:
    – Папа, – прошептала и крикнула: – Папа!
 Подошла тетя Лена:
     – Спасибо Вам, вы идите, – сказала водителю,  обняла племянницу, сели на диванчике, на кухне:
   – Людочка, так случилось. Ничего нельзя исправить. Я понимаю, тебе тяжело и маме тяжело. Вам надо поддерживать, заботиться друг  о друге. Вам будет хорошо и папе Там будет хорошо.
  У девочки побежали слезы:
    – Вот и хорошо, поплачь, моя родная, поплачь.
 После похорон тетя Лена осталась у сестры на два дня. О чем говорили, Люда не помнит. Больше молчали. Все понимали, что как прежде  ничего  больше не будет.
  После школы Люда торопилась домой, надо убрать дома, принести дров к вечеру. Мама приходила с работы уставшая. Дочь вскипятит чай, подогреет еду. Отдохнет мама и учит дочь, как растопить печь: уложить дрова, уголь через верх засыпать и обязательно клюшкой подпереть дверцу топки.
  Первое время Люда не могла спать в комнате, ложилась на диванчике на кухне. Как-то ей приснился папа, он был как прежде: добрый, веселый.  Смотрит на нее, ничего не говорит, но Люда его слышит:
    –Доченька, ничего не бойся. Я всегда буду с тобой. Ты не будешь меня видеть, но знай – я рядом, слышу и вижу тебя.
 Страх прошел.
     Прошел год. Мама продала корову, жалко было Зорьку. Что делать, ей надо сено, а косить некому. Тогда сено не продавали.
  У мамы появились подруги, они приходили в гости, приносили бутылочку. Распивали, смеялись, шутили. Дочь рада за маму, но потом появилась тревога – не увлекается ли она спиртным.
   У Люды были свои подруги: Катя и Галя. Когда мама был в ночную смену, девочки задерживались допоздна  у нее. У них были свои девичьи секреты, смотрели телевизор, мечтали.
  Позже Люда стала встречать у себя дома смуглова мужчину, нос как у орла. Звали его Ашот. Приносил спиртное, закуску сидели на кухне бурно что-то обсуждали, а потом принес свои вещи и остался жить. Люда побаивалась Ашота, уж больно внешность у него была суровая. Девочку не обижал, но и не привечал – есть ребенок, и есть, она ему не мешает. Чем занимался, Люда не знала, но у него всегда были деньги. Иногда, к нему приходили друзья,
 разговаривали на непонятном языке. И от этого становилось не уютно. В такие дни Люда уходила к подругам.
    Через два года в драке зарезали Ашота. Опять в комнате стоял гроб, оббитый красной тканью. Незнакомые люди, говорящие с акцентом занимались похоронами.
  Люда закончила восьмилетку поступала в медицинское училище. На время похорон Ашота Люда уехала к тете Лене. Она приходила к своему домику, вспоминала, как утром завтракали с родителями, выгоняла гусей на озеро. Теперь она понимала, какое это было счастье: тихое, беззаботное, дорогое сердцу. За эти годы счастье покинула ее семью, почему, что она делает не так? Комок подкатил к горлу. Люда вспомнила отца и решила: « Я найду его, в моем доме будет жить счастье.»
    Начались занятия в медицинском училище. Люде все нравилось, мечтала, как она в белом халате, оказывает помощь больным, и это было ее маленькое счастье.
 Дома было тихо. Когда мама была трезвая, готовила еду, вкусно пахло пирогами. Очень любила зимние вечера. После улицы, замершие, Люда с подругами приходила домой. Мама ставила на плиту чайник, пили чай. Сначала грели руки, обхватывая руками кружку, потом отпивали чай вприкуску  с пирогом или вареньем. Казалось, поселилось счастье в доме под треск дров в печи. Мама находила общую тему с девушками, беседовали непринужденно, как давние подружки.
  Однажды мама предложила девочкам погадать, сказала:
     – Меня моя бабушка научила, правда давно карты не брала.
 Подруги оживились.
     – Катя, давай на тебя кину.
 Все замолчали.
      – Что, Катя. Ложится дальняя дорога тебе, замужество и двое детей.
      – Наверное, после учебы куда-нибудь уеду.
      – Нет,  Катюша, дорога дальняя у тебя и твоей семьи.
      – Тетя, Катя, мне погадайте,– просит Галя.
      – Давай на тебя кину… Закончишь учебу. Дорога у тебя, замужество. Дочка у тебя родиться, а вот со здоровьем у тебя будут проблемы. Будь внимательна к себе.
        – Мама, мне погадай,– просит дочь.
        – Может, в следующий раз.
 Девочки просят, интересно, как у Люды жизнь сложится.
 Мама раскинула карты,  смотрела на них, потом перемешала их и сказала:
       – Говорила надо подождать, ничего не пойму.
 Такие вечера нравились девочкам, но когда приходили к маме подруги начинались пьяные разговоры. Спорили, перебивали друг друга, пели песни. Дочь уходила к подругам, потом убирала на кухне. Укладывала маму на кровать. Утром вставала пораньше, жарила картошку, завтракала, кормила  мать и убегала на занятия. После занятия отпаивала маму чаем, говорила:
      –Зачем с ними пьешь?
Обнимала ее:
      – Мама, нам с тобой хорошо. У нас тихо, спокойно – это есть наше счастье.
      –Эх, Люся, разве это счастье? Что ты понимаешь,– вздыхала мама.
     На последнем курсе учебы умерла мама. Боль, тоска, одиночество поселились в сердце Люды. Она смотрела на стоящий  в комнате гроб и думала: « Одна. Как дальше жить?»
   После похорон пришла классный руководитель, Лариса Михайловна. Они сидели на кухне. Люда беспомощная, потерянная не могла говорить, только слезы бежали по щекам. Женщина взяла руку Люды:
     – Понимаю, девочка, как тебе тяжело. Я пришла тебя просить – не бросай учебу. До диплома осталось совсем немного. Это твоя основа, платформа в жизни. Ты будешь дипломированный специалист, а это значит -  у тебя всегда будет работа. Я говорила с главным врачем ЦРБ, с председателем профсоюзной организации, поможем с топливом, материально поддержим.
 Если  нужно подработку найдем. Знания у тебя есть, я всегда буду рядом.
  С помощью педагогов, друзей Люда окончила училище. Работала медицинской сестрой в детской больнице. Позже окончила курсы массажистов. Как специалиста ее ценили,  и хозяйка была хорошая.  В квартире  всегда порядок, выращивала овощи в огороде. Подруги всегда рядом, соседи помогут, где советом, где делом. Когда у Люды было свободное время, друзья собирались у нее дома. Приносили  угощение,  пили чай, играли в карты, лото, просто разговаривали. Никто не позволял себе лишнего.
  Среди друзей был Виктор Лавров,  видный парень. Он нравился Люде, но она видела, что между им и Галей пробежала искорка. Однажды Витя задержался, хотел поцеловать хозяйку, но Люда остановила его, сказала:
     – Тебе же Галя нравится.
     – Ты мне тоже нравишься.
    – Я так не могу, уходи.
     – Люда, ну что ты…
     – Уходи!– твердо сказала она.
     – Хорошо, я завтра приду, и ты будешь моей.
Всю ночь и следующий день Люда думала о Викторе. Он нравился ей, но она не могла решиться на его предложение. Вечером решила пойти в кино на последний сеанс. В зале уже погас свет, когда парень торопливо сел рядом с ней:
     –Успел, – выдохнул он.
 После кино Люда не торопилась домой:
     – Давайте погуляем – предложил незнакомец.
     – Давайте.
 Парня звали Леша, он жил через две улицы от Люды.
   Встречались недолго, скоро поженились, жили  в квартире жены. Муж работал на заводе водителем. Люда была двигателем всех начинаний в семье. Сначала предложила завести курей, потом купили поросенка, что зря отец строил сараи. Жизнь налаживалась. « Вот и в мой дом заглянуло счастье»– думала Люда.  А муж гордился женой: всегда ухожена, со вкусом одета, волосы красиво уложены. Друзья завидовали. Вот и первая беременность. Радость переполняла  Люду – счастье,  какое! На шестом месяце случился выкидыш. Стресс был большой, муж говорил:
     – Что теперь поделаешь?– и больше молчал.
Люде не хватало подруг: Кати и Гали, с ними она бы и поплакала и пожаловалась.
  Катя уехала со своей семьей в Германию. Вышла там замуж, родила двух детей. На протяжении многих лет она поддерживала связь с Людмилой. Галя после учебы уехала в другой город. Вышла замуж, родила дочь, приезжала в отпуск к родителям. Встречались с Людой, вспоминали детство, юность. Га ля обнимала подругу:
   –Твоя мама была права – у  меня проблема со здоровьем, больше не могу родить.
 Такие встречи были редкими, но они были такие желанные, теплые, возвращали туда, где были живы папа и мама.
  Через год  Людмила забеременела.  Старалась тяжелое не поднимать, лежала на сохранении, но ребенка сохранить не удалось. Дома старались на эту тему не говорить.
    Шло время. По выходным муж выпивал бутылочку для настроения. Жена предупреждала, что это может войти в привычку, но Алексей не видел в зтом ничего плохого. Вовремя встреч, с друзьями Люда видела, как муж смотрел на их детей, а те не скрывали отцовской радости. Она считала себя виноватой, что в их доме нет детского смеха.
   Как-то в Людино отделение привезли девочку, маленькая, худенькая, волосы до плеч в мелких завитушках, как кукла. Оказалась девочку забрали с неблагополучной семьи, родители лишены родительских прав. Людмила решила удочерить девочку. Заведующая отделением составила с ней разговор:
    – Людмила Николаевна, вы хорошо подумали. Девочки больше года, она не пытается ходить, прослеживается отставание в развитии. Мать пьет, не- известно, какие будут последствия.
   – Я слышала, у Тани есть старшая сестра, она нормальная,– сказала Людмила.
    – Сестре семнадцать лет, мать тогда так не пила. Людмила Николаевна, я вас предупредила, вам решать.
  Люда удочерила  Таню. В доме поселилось счастье. Муж был рад. Когда приходили гости он с гордостью говорил:
     – Моя Танюшка сказала… или мы с дочкой сегодня ходили гулять.
 Люда была счастлива. Оформили дочь в детский сад. Надевала  красивые платья, завязывала большие банты. Ложилась спать,  мысленно обращалась к родителям: « В нашем даме счастье, я нашла его.»
  В пять лет у Тани  стало проявляться странное поведение  – замрет на одном месте, часто дышит, руками машет:
      – Таня, ты чего?– спросит мама.
 Дочь как бы очнется, пойдет играть. Воспитатели жаловались на поведение Тани –  пугает детей. Людмила обратилась к специалистам. Оказалось у дочери патология легких и задержка умственного развития. Долго боролась Люда за здоровье дочери. Тани дали инвалидность второй группы. Обучалось на дому. Желание к учебе не было.  Люда  не стала меньше любить дочь. Баловала ее, решила – Тани надо молоко. Уговорила мужа купить корову. Обязанность у дочери была выгонять корову в стадо. Стадо собирали за прокопом, недалеко от дома.»  Пусть хоть чем то займется»,– думала Люда, вспоминала свое детство, как провожала гусей на озеро.
Алексей, может быть, любил дочь по-своему, но как-то охладел к ней. Скорей относился к ней как к неудачному эксперименту. Жил своей жизнью.
Время было тяжелое, зарплату не платили, закрывали заводы. Алексей по-маленьку спивался. Пока жена была на работе к мужу приходили друзья, распивали спиртное, курили. Люда выгоняла друзей, отмывала кухню, ругала мужа, но все повторялось. Бывало Таня прибежит домой, скажет:
   – Мама, там папа пьяный в канаве лежит.
Идет Люда за мужем, ведут с дочерью его домой. На осуждающие взгляды виновато скажет:
  – Надо мужика домой вести.
  Как-то приснился Людмиле сон. Подходит к ней женщина и говорит:
   – Пойди в Дом ребенка, возьми мальчика,  светлого с голубыми глазами.  Он будет опорой в твоей жизни.
Долго думала Люда и наконец,  решилась. Заходит в Дом ребенка, дети спускаются на прогулку со второго этажа, торопятся, шумят. Один мальчик шустро спускается с одной ступеньки на другую, налетает на Людмилу. Она ловит его, мальчик доверчиво смотрит на нее голубыми глазами. Люда взъерошила его светлые волосы, спрашивает:
   – Как тебя зовут?
   – Егор.
  – А я твоя мама.
  Директор «Дома ребенка» составила с Людмилой Николаевной беседу:
    – Подумайте хорошо. Мальчик с неблагополучной семьи, шестой ребенок. Родился с заячьей губой, поэтому отец настоял на отказе от сына. Мы  прооперировали Егора, сейчас у него все хорошо. Детей у нас много, посмотрите других.
   – Спасибо, я заберу Егора,– сказала Люда.
Предложила мужу оформить на мальчика опекунство. Шустрый, умный в четыре года все навыки привиты. Алексей согласился, но отцовских чувств  к Егору не испытывал. Есть и есть, жена захотела, пусть у нее будет еще один ребенок.
 Люда уверена, что дети ее счастье, а сын будет опорой в ее жизни. Оформила в детский сад, накупила хороших вещей. Придет за ним в сад, он бежит к ней, кричит:
  – Мама пришла!
  А у нее сердце от радости трепещет, обнимет его – вот оно, счастье.
 Любила, но воспитывала строго. Подрос, брала с собой в огород, какая работа по дому – вмести.
   – Все в жизни пригодится, ты должен все уметь,– скажет.
Егор, конечно, хочет с друзьями играть, но маму слушал. Людмила ему велосипед купила, ни у кого не было, а у сына  есть. Потом телефон и ноутбук.   По настоянию мамы поступил в медицинское училище. Один год проучился и забрал документы, перевелся в политехнический техникум. Егор очень привязан к матери. Бывало, идем с ней домой, звонок.
    – Егор звонит, стипендию получил, просит в « Низкоцен» сходить, купить вкусняшек.
   – А, что один не может?– спрашиваю.
 Люда улыбается:
  – С мамой хочет.
  Муж потерял работу и чтобы как-то его отвлечь от друзей, жена уговорила  его идти на лето пастухом:
  – Стадо небольшое, отдохнешь от пьянки, будешь на свежем воздухе.
 Егор  возил ему обед. Как-то вернулся бледный, дрожит, говорить не может:
   – Сынок, что случилось?– спрашивает мать.
   – Мама, мама там…
   – Что там, тебя кто-нибудь обидел?
   – Там папа…умер.
   – Как умер?– не поняла Люда.
   – Я приехал. Он лежит, смотрит на небо и не моргает. Я его позвал, он не отвечает.
 Люда села на велосипед, поехала в поле.
   Стоит гроб, оббитый красной тканью, сидят у гроба дети, родственники мужа. У Людмилы память пролистывает все похороны. На сердце холодно и пусто.
  Позже мне скажет:
 – Останусь одна дома, посмотрю в комнату, а перед глазами одни гробы.
 – Может быть, тебе отдельный дом купить. Соседи твои не следят за своими квартирами, все рушится. Сколько денег ты уже потратила на ремонт?
  – Я думала об этом, но решится, не могу. Здесь жили мои родители, энергия их  в этой квартире, память. Если продам свою половину – придам их. Не знаю,  что-то держит меня в этом доме. Егорка мой помощник. Окончил техникум, через знакомых устроила  в сварочный цех. Теперь у нас две зарплаты. Немного подкопила, вчера купили ему машину, правда старенькая.
  – Балуешь своих детей.
 –Права получил, машину надо. Будет меня на сад возить.
 – Таня тебе помогает?
 – Купила ей качели. Целый день качается да по два- три раза в день спит. Иногда сходит в магазин с моей запиской, вот и все.
  – Почему в огороде не помогает?
  – Она слабенькая, я лучше сама, а то вырвет, что не надо.
   В конце лета Люда пожаловалась на здоровье:
  – Поем, а потом бегу до Танькиной квартиры. Что – то с кишечником.
  – До какой квартиры?– не поняла я.
  – Я за линией в новых домах купила Тани квартиру – студию.
  – Это сколько денег надо!?– удивилась я.
  – В двух банках взяла кредит и еще в третьем банке взяла под пенсию Тани. Я подумала: Егор взрослый, женится скоро. Таня особенный ребенок. Где я с ней буду, где одна останется. Чужим дверь не откроет. Документы на мне, заходи – посмотришь.
  Людмиле становилось хуже. Врачи поставили диагноз – цирроз печени.
Однажды Людмилу увезли с кровотечением в больницу. Жидкость пошла в брюшину, живот увеличился.
 Я навещала ее в станционаре, посоветовала обратиться в областную больницу. Люда улыбнулась, ответила:
   –Зачем? Мне  назначали хорошие препараты, они восстановят клетки печени.
 Все прогнозы: желтые зрачки, худоба говорили об обратном. Ее  вера в счастье давали надежду,  и это придавало Люде силы.
  Встретила Егора, спросила о маме:
   – Вчера был у ней. Говорит, что все будет хорошо. Помыл ей голову, ноги. Мама говорила, что Таня была у нее. Не спросила, как она себя чувствует. Сразу стала просить денег на коней.
  – Каких коней?– не поняла я.
  – Проводы зимы были, там, на конях катались. Вчера баню протопил – не пошла, мыться, уже недели две не моется. Я ее поругал, она ушла, как я понял к вам.
  – Да, ночевала у меня.
 Хотела рассказать Егору, что его сводная сестра предложила мне жить вместе, а она мне будет отдавать свою пенсию. Я так растерялась, говорю:
   – У тебя есть дом, мама.
   – А, что мама, она может из больницы не вернется.
Я с трудом справилась с своими эмоциями, больной человек. Больше Таню к себе не приглашала. Егору ничего не рассказала, боялась, что расскажет Людмиле.
 За Егора переживали: в связи тотальным исходом, сын останется с долгами и без документов на недвижимость. Я и кума Люды встретились с лечащим врачом:
   – Есть надежда?– спросила я.
   Врач ответила:
    – Таких больных выписывают домой, там родственники их досматривают. По просьбе коллег и  учитывая ее медицинский стаж, родственников нет, дети приемные главный врач разрешил ее оставить в станционаре.
   – Мы пришли посоветоваться на счет наследства. Сын молодой не опытный, да и денег нет. Попросить Людмилу Николаевну написать дарственную на Егора –  не можем. Посоветуйте, как нам поступить?– спросила я.
   – Все очень  просто. Приходите завтра  с ее сыном, с документами. Я приглашу нашего юриста.
  Утром мы с Егором пришли в больницу. Врач, юрист и сын зашли в палату. Дверь бала приоткрыта я видела, как тень смущения прошла по лицу Люды. Сердце мое от боли сжалось, навернулись слезы - это была безысходность.
 Последний раз я была у нее седьмого марта. Люда полулежала на подушке, вижу бинты на руках и ногах, кожа лопается, в глазах желтые горошины. Старалась говорить на позитиве. Была долго. Зашла санитарка, принесла ужин:
   – Мне надо уйти,– сказала я.
   Людмила положила свою руку на мою:
    –  Посиди еще, мне так с тобой хорошо, спокойно
Принесли макароны и чай:
    – Не хочу, на еду смотреть не могу.
    – Выпей чай,– предложила я.
Она отпила немного и подала мне стакан:
    – Знаешь, о чем я сегодня думала?
   – О чем?
   – Я всю жизнь искала счастье. Такое, какое у меня было в детстве.
Вышла замуж – думала, вот оно, счастье, одно на двоих. Не получилось. Счастье было  у каждого свое. Удочерила Таню, я была счастлива. Любила ее, такой, какая она есть. Она моя дочь, по- другому ее не воспринимаю. Потом сон приснился, я подумала, что родители мне совет дают – усыновить сына. Егор такой шустрый, я была счастлива. Для  Лехи он сыном не стал. Так, есть ребенок и есть. Я старалась давать больше внимания, ласки  детям. Теперь думаю: было ли у меня счастье?
   – Я думаю – было. Ты двум детям отдала свою любовь, заботу. Сделала  их счастливыми. Разве это не счастье?
Вошла санитарка и недовольно сказала:
    – Посещение больных давно закончилось.
    – Пойду, а ты не грусти. После праздника приду,– сказала я.
 Девятого марта мне позвонила знакомая:
    – Людмила Николаевна умирает.
    – Как!? С чего ты взяла?
    – Я зашла в палату, она глаза закатывает. Меня и больных попросили выйти из палаты, чтобы ей не мешать.
    Похоронили Людмилу рядом с мамой.
  Поминали в кафе. Мы всю жизнь жили на соседних улицах. Подругами не были, только в последние годы сблизились. Я поняла – смыслом ее жизни был поиск счастья, и он заключался в дочерней и материнской любви. Смотрела на ее детей, они сидели такие потерянные, слушали хорошие слова в адрес  их мамы. И еще не понимали, что предстоит им учиться жить без нее.

Неблагополучные соседи съехали, дом разрушался. Егор бросил  материнскую квартиру. Живет в студии. Коллеги Людмилы  оформили  Таню в дом инвалидов.