ГАЛА

        Молодая высокая брюнетка с распущенными по плечам волосами, резко сбросив платье, в одном нижнем белье металась по квартире и  собирала вещи. Заметив на плечах у матери легкий трикотажный жакет, она решительно подошла к ней и потребовала: «Сними!» Забрав его, Гала швырнула трикотаж на расстеленную простыню, где уже высилась гора женской одежды.
— Забери свои вещи, они мне не нужны!
— Гала, ты понимаешь, что если я сейчас уйду, то больше никогда не вернусь?
— И не надо! Да и деньги свои тоже забери!
Она подскочила к тумбочке, демонстративно выгребла оттуда охапку купюр. Галина судорожно считала деньги, добавляла. Год назад это были совсем другие деньги, но и сегодня они для нее были значимые. Подбежав к Иришке, она насильно сунула их ей в ладонь.
Сказать, что Иришка была ошарашена — ничего не сказать. В голове не было ни одной связной мысли, как не было и чувства вины за какой-то ее проступок. Текущая реальность никак не вязалась с их прошлым. Ей оставалось только молча наблюдать за этим безумием и пытаться хоть что-то понять.

         Иришке всегда очень нравилась её соседка с третьего этажа. Гала была старше на шесть лет: когда Иришка еще училась в школе, Гала была студенткой. Она казалась Иришке абсолютным эталоном взрослой, роскошной девушки. Когда Гала проносилась мимо на лестничном пролете, после неё всегда оставался шлейф дорогих духов. Конечно, в детстве эта разница в возрасте казалась непреодолимой пропастью.
Они сблизились позже, когда Иришка сама стала студенткой, а Гала уже работала аспиранткой в научно-исследовательском институте. Это были восьмидесятые годы — последнее, ускользающее десятилетие СССР.
         Гала прекрасно знала английский, успела съездить в Югославию по дефицитной туристической путевке и очень гордилась собой. Но личная жизнь у неё не складывалась, семью она так и не создала. В итоге две подруги постепенно выровнялись в социальном статусе. Хотя для студентки Иришки разница все равно оставалась огромной: Гала была свободна в средствах, владела завидными запасами косметики и иногда благосклонно разрешала подружке накрасить ногти импортным лаком. Иришке всегда отчаянно хотелось сделать для нее что-то взамен. Когда у Иришки появился поклонник, ровесник Галины, она принялась вовсю нахваливать его подруге, искренне считая, что одинокой Гале он нужнее.
         Как-то летом они поехали гулять в центр города — хотели попасть на празднование профессионального дня, связанного с будущей специальностью Иришки. На сам праздник они опоздали, поэтому просто бесцельно бродили по улицам. Возле парка Горького девушки миновали двух праздно гуляющих парней. Галина вдруг обернулась: ей показалось, что один из них ей знаком. Молодой человек тоже обернулся и узнал её.
         Вся компания дружно отправилась кататься на аттракционах, а потом переместилась в кафе. Галина со своим знакомым в итоге едва пообщалась, а вот у Иришки со вторым парнем закрутился стремительный роман. Гале это сразу не понравилось. Избранник Иришки был её ровесником, и она считала, что он гораздо больше подходит ей, а не малолетней подружке. Гала даже заводила разговоры с матерью Иришки, жалуясь, что та всегда уступала ей кавалеров, а теперь почему-то заупрямилась — ведь молодая еще, встретит кого-нибудь. Но уже весной Иришка вышла за него замуж, переехала и окончила институт.
        Года через три общение подруг возобновилось. Муж Иришки к тому времени стал директором солидного кооператива. Иришка работала там же его секретарем. Вместе они поднимали дело с нуля, в четыре глаза следили за отлаженной работой небольшого коллектива из пятнадцати человек. Деньги в семье появились, но купить на них что-то приличное в эпоху тотального дефицита оставалось огромной проблемой. Чтобы просто попасть в Центральный универмаг, нужно было отстоять двухчасовую очередь на улице. Поскольку Галина в то время сидела без работы, Иришка предложила ей сделку: Гала занимает очередь, Иришка подкатывает к назначенному времени, и они вместе покупают все, что захотят, на Иришкины деньги. Такой договор устроил обеих.
Удалось удачно сходить в ЦУМ раза три. Позже Иришка, заметив, что после рождения двоих детей перестала помещаться в прежний гардероб, предложила подруге забрать её вещи. Одежда была отличная, качественная, и стройной Галине подошла бы идеально. Та, не раздумывая, согласилась. Время стояло тяжелое, бешеная инфляция стремительно сжирала ценность денег, а Галина по-прежнему нигде не работала.
         В тот роковой день Иришка, как обычно, приехала к Гале с полной сумкой продуктов. Но вместо привычной благодарности на неё прямо с порога обрушился скандал.
— Почему вы не взяли на работу меня? Я знаю вы взяли другую девушку! — с глубокой обидой в голосе выговаривала Галина.
— Галя, ты ведь совершенно не знаешь специфики нашей деятельности, ты специалист совсем в другой области, — оправдывалась Иришка. — Да и не я решаю такие вопросы.
— А ты сама-то специалист? Это же тоже не твоя профессия! Твой муж — директор, он кого хочет, того и берет!
— Ты ошибаешься, кадрами у нас управляет главный бухгалтер. И таких сотрудников, как я, для кооператива более чем достаточно.
Но Галина ничего не желала слушать. Зависть и злость, копившиеся годами, наконец прорвались наружу.
— Зачем мне твои подачки? Твои продукты?! Работай я у вас, я бы всё сама могла себе купить! — кричала она.
В припадке истерики Гала заметалась по комнате, вытаскивала из  шкафа, хватала со стульев вещи и швыряла их в центр расстеленной простыни. Иришка молча смотрела на эти ее действия. Из полутемной кухни за происходящим растерянно и безмолвно наблюдали родители Галины. Мать тихо,  плакала. Это было какое-то общее помутнение, остановить которое казалось невозможным. От Иришки требовали того, что она физически не могла дать.
Поняв, что диалога не будет, Иришка медленно направилась к выходу.
— Вещи свои девай куда хочешь! — крикнула Гала. Она ловко перехватила концы простыни, завязала их в узел, с трудом выставила увесистую ношу за порог и с грохотом захлопнула дверь прямо перед носом подруги.
        Машину Иришка не водила — на права она в своё время так и не сдала, поэтому обычно пользовалась такси или вызывала служебный автомобиль кооператива. Но сейчас, оставшись на темной лестничной площадке перед огромным белым комом, в состоянии такого глубокого шока она подхватила тяжелый тюк и вышла на улицу. Она даже не догадалась поймать попутку или вызвать машину.
       
        Иришка шла по улице на высоких каблуках около сорока минут. В руках она тащила огромный, бесформенный и тяжелый тюк с чужой обидой и завистью.
        Только дома, сгрузив ношу на пол, она пришла в себя и искренне удивилась. Почему она вообще забрала этот узел? Почему не оставила его лежать там, на лестничной площадке? Почему не бросила в первый же мусорный бак по дороге? И что теперь со всем этим делать?
        Утром Иришка загрузила тюк в служебную машину, отвезла его на работу, оставив в подсобном помещении. Нашла техничку:
— Тетя Маша, я там вещи оставила, раздайте, пожалуйста, кому пригодятся, — грустно попросила она.
— А что вы сегодня невеселая, Ирина Павловна? — мудрые глаза смотрели на нее, понимая, что не в вещах проблема.
И Иришка, которой отчаянно нужно было выговориться, присела на край стула. Слово за словом, она рассказала, что произошло вчера. И только в процессе этого разговора, заново проговаривая вслух весь этот кошмар, Иришка вдруг отчетливо поняла то, в чем боялась признаться самой себе.

Гала ведь была права. Насчет главного бухгалтера Иришка вчера лукавила — муж взял бы Галю, если бы она сильно попросила. Но Иришка подсознательно этого не хотела. Ей было страшно впустить Галу на свою территорию. Ей хотелось оставаться для нее щедрой спасительницей, привозящей пакеты с продуктами, а не делить в офисе свой «трон» с бывшей королевой подъезда, перед которой она привыкла робеть с детства.
Коллега внимательно выслушала её, покачала головой и твердо сказала:
— Ирина Павлона, да ты перекреститься должна, что не взяла её! Ты посмотри, какой скандал она тебе дома устроила. Представляешь, если бы она у нас в кооперативе при первой же обиде своей такое устроила прямо при клиентах?

       Эти слова окончательно расставили всё по местам. Иришка вздохнула с огромным облегчением. Всё правильно. В бизнесе не должно быть личных отношений. Нельзя брать на работу близких друзей и родственников — они всегда будут считать, что им должны больше других, и никакой субординации с ними не выстроишь. Вчерашняя истерика Гали была лучшим тому доказательством.
Тяжелый невидимый груз, который Иришка тащила в душе со вчерашнего дня, наконец-то исчез. Так детское восхищение окончательно разбилось о взрослую реальность. История Гали в её жизни была окончена.
 
8 октября 2026