Наташа и Ницше
Вдруг из-за берёзы вышел Ницше — в резиновых сапогах, в кепке с надписью «Всё, что не убивает, делает меня усталым» и с болгаркой вместо ножа. Вид у него был философски решительный.
— Умри вовремя! — торжественно провозгласил он и срезал подберёзовик диском болгарки так, будто это был экзистенциальный вызов мирозданию. Ветки затрещали, птицы взлетели, а ближайший ёжик решил, что наступил конец света, и свернулся в стальной шар.
Наташа на секунду замерла, потом вздохнула, как человек, который каждый день видит просроченный кефир, и деловито сказала:
— Так, стоп. У нас тут не апокалипсис, у нас сбор урожая. И вообще, у тебя техника безопасности нарушена. Давай лучше по-нашему: гриб должен быть красивым, крепким и без червоточин. Это как товар на полке: если внешний вид не тот — на витрину не ставим.
Ницше задумчиво посмотрел на болгарку, потом на Наташу, потом снова на гриб, который теперь напоминал деталь от механизма, и пробормотал:
— Может, воля к власти — это не про диски по металлу… Может, это про идеальную корзину грибов?
— Вот это уже конструктив, — кивнула Наташа. — А теперь слушай задачу. Мне для сторис нужен атмосферный кадр: «Девушка и лес, гармония, единение с природой». Ты будешь оператором.
— Я? — удивился Ницше. — Но я же мыслитель! Я должен бросать вызов бытию, а не нажимать на кнопку!
— Бытие подождёт, — строго сказала Наташа. — У меня дедлайн — до закрытия «Пятёрочки». Так что бери телефон, настрой фокус и скажи: «Свет, камера, грибы!»
Ницше вздохнул, снял кепку, протёр лоб и тихо произнёс:
— Если уж умирать, то вовремя… А если снимать — то хотя бы с художественным смыслом.
Он начал снимать: Наташа грациозно наклонялась к лисичкам, поправляла капюшон и шептала: «Ну, улыбнись, гриб, ты же хочешь попасть в топ рекомендаций!» Лисичка, разумеется, не улыбалась, но в кадре выглядела так, будто вот-вот подпишется на рассылку «Пятёрочки».
В какой-то момент Наташа замерла, посмотрела в камеру и торжественно объявила:
— Акция недели: один гриб — бесплатно, второй — со скидкой 20 %. Только сегодня и только в этом лесу!
Ницше опустил телефон, посмотрел на неё, потом на свою болгарку, потом на небо, где кружил одинокий ворон, и вдруг улыбнулся:
— Знаешь, в этом есть своя этика… и своя эстетика. Пожалуй, я напишу об этом трактат. Название уже есть: «О пользе корзинки и вреде импульсных покупок в экзистенциальном контексте».
— Главное, чтобы без спойлеров, — серьёзно сказала Наташа. — И давай без болгарки, ладно? У нас тут всё-таки природа, а не стройплощадка.
И они пошли дальше — Наташа с корзинкой, Ницше с телефоном, а где-то позади тихо шелестели листья и, кажется, шептали: «Всё проходит… даже акция на шампиньоны».
Свидетельство о публикации №226102201110