Яса Дади-Юртовский

     В трагический день 14 сентября 1819 года, когда царские войска окружили и начали штурмовать аул, Яса встал в один ряд с признанными лидерами обороны — Бахадаром Мюстаргом, Наа (дядей Боты Шамурзаева) и Гянжи. Они руководили мужскими отрядами, рассредоточенными по кварталам.
     Под командованием Ясы и других лидеров защитники Дади-Юрта превратили каждую саклю в неприступную крепость. Очевидцы вспоминали, что чеченские воины отбивались с отчаянной яростью, заставляя царскую пехоту буквально выжигать и разрушать артиллерией каждый дом.
     Когда у защитников закончились ружейные заряды (а чеченские девушки к тому моменту уже отрезали свои длинные косы, чтобы использовать их вместо ружейных пыжей), Яса вместе с оставшимися соратниками пошел в последнюю, безнадежную штыковую и кинжальную контратаку. Он отказался сдаваться в плен и погиб на улицах родного аула.
     После штурма и уничтожения чеченского аула Дади-Юрт 14 (26) сентября 1819 года генерал-майор Василий Сысоев направил подробный официальный рапорт главнокомандующему на Кавказе генералу Алексею Ермолову. Этот документ, составленный сухим военным языком, стал одним из ключевых исторических свидетельств беспрецедентного ожесточения, с которым столкнулись царские войска.
      Сысоев докладывал, что, согласно приказу Ермолова, он скрытно окружил аул на рассвете и предъявил жителям ультиматум — добровольно и немедленно переселиться за реку Сунжу. Командир отряда отметил, что дадиюртовцы категорически отвергли это требование, посчитав угрозы пустыми, и приготовились к обороне. После этого Сысоев отдал приказ идти на приступ.
      Центральное место в рапорте занимает описание того, как именно защищался аул. Сысоев признавал, что регулярные войска встретили сопротивление, которого они никак не ожидали от местных жителей. Он доносил Ермолову:
      Чеченцы не отступали и превратили каждую саклю в отдельную крепость. Военным приходилось буквально пробивать стены артиллерией и брать штурмом каждое строение.
       Сысоев отдельно зафиксировал, что женщины аула не просто укрывались, а принимали самое активное участие в битве. Они бросались на солдат с кинжалами, резали рукоятки ружей и помогали мужчинам.
     В документе отмечалось, что защитники предпочитали гибнуть в огне поджигаемых артиллерией саклей, но не складывали оружие.
     В рапорте Сысоев привел страшные цифры итогов штурма, которые позже легли в основу официальных сводок Кавказской войны:
      По его донесениям, было убито и погибло в огне пожаров более 500 защитников и жителей аула. Аул из 200 домов был выжжен и стерт с лица земли до основания.
      Было захвачено около 140 женщин и детей и лишь 14 тяжелораненых мужчин, способных держать оружие (все остальные защитники погибли в бою).
       При переправе на плоту (по другим версиям — на мосту) девушки начали хватать своих конвоиров-казаков и вместе с ними бросаться в бурное течение реки. Ни одна из них не попыталась спастись ценой подчинения — они предпочли смерть потере чести. Имена большинства из 46 плененных девушек не сохранились в официальных документах, их коллективный поступок стал кульминацией женского героизма той трагедии.
      В чеченском обществе имена Айбика, Заза и Жансига официально признаны именами национальных героинь. Новорожденных девочек в республике часто называют в их честь, что считается знаком великой гордости и преемственности поколений.
      Царские войска понесли огромные для подобных операций потери. Сысоев доложил о десятках убитых и более чем 200 раненых солдатах и казаках (включая офицеров). В рапорте упоминалось и личное ранение самого Сысоева, полученное им в ходе ожесточенной схватки.
       Получив этот рапорт, Алексей Ермолов остался удовлетворен действиями Сысоева. Несмотря на высокие потери среди своих солдат, Ермолов посчитал, что главная цель была достигнута — «дать пример ужаса» другим непокорным аулам. В своих личных «Записках» Ермолов позже практически дословно повторил тезисы из рапорта Сысоева, восхищаясь храбростью чеченцев, но оправдывая жестокость штурма военной необходимостью. За успешное выполнение этого приказа Сысоев по представлению Ермолова был награжден орденом Святой Анны 1-й степени.