Мой Оленегорск. 6. Баня

Предыдущее http://proza.ru/2026/10/21/902

Однажды на сайте "Одноклассники" в комментариях к моим фотографиям по Оленегорску один участник выставил фото с вопросом «Что это?». Я посмотрела и сразу догадалась — что. Точнее сразу почувствовала — что это и где. Мгновенно представила себя, только что вышедшей из душных помещений и как приятно пахнул мне в лицо свежий прохладный воздух из открытой уличной двери. Это была баня. Наша оленегорская баня. Меня охватило трепетное ощущение причастности к событию, отображённому на снимке. Фотограф сделал фото с настроением, пониманием ситуации и, я бы сказала, с радостью жизни. Это, если сказать высоким слогом, был гимн жизни. Я объяснила хозяину, что изображено на его снимке, поблагодарила за фото, а также за возможность вспомнить и вновь пережить приятные ощущения самого раннего своего детства. Жалею, что не скопировала фото, не успела, поскольку участник исчез с сайта вместе со своей фотографией. Надеюсь, с ним всё хорошо.

Так что там было конкретно было изображено?
Распахнутая дверь и в её проёме — поднятая рука с кружкой пива. Дальше, через дорогу, просматривается угол дома и другая улица, перпендикулярная первой. Всё. Казалось бы — что особенного? Но я вспомнила. и душа моя ностальгически затрепетала. Это баня! Точнее, выход из неё. Дверь распахнута — как желание ощутить свежий летний воздух. Поднятая рука с кружкой отражает восторг человека с чистым телом и лёгкой душой — как хорошо после баньки выпить кружечку холодного пивка! Дальше на снимке я узнала родной проспект Жданова и свою школу №7.

Баня находилась в небольшом каменном здании. Туда мы ходили до 5 моих лет. Потом баня нам была уже не нужна, но об этом — в следующей главе.
Генка с папой шли в мужское отделение, а мы с мамой — в женское. Что там было — совершенно не помню. Но прекрасно запомнила выход из душного помещения в прохладный вестибюль. Здесь была роскошь — стояли столики со стульями, и люди с заметным удовольствием небольшими глотками расслаблено пили что-то приятное из больших стеклянных кружек. Пили. А нам с братом так хотелось пить! Мы забирались с ним на стулья у столов и требовали дать нам пить. Но вот беда! — в буфете, который располагался в маленьком вестибюле, продавали только пиво. Странно, конечно, но ничего другого не продавали, только пиво. Однако нам с братом уже было всё равно — хочется пить! Родители сдавались и покупали нам по стакану этой жидкости. Мы припадали к ней, как к живительной влаге. Мимо шедшие люди удивлялись на нас. А родители смущённо объясняли ситуацию. Пиво было холодное, горькое, но, главное, утоляло жажду. Несколько глотков мы делали и успокаивались на этом. Помню, что так повторялось не один раз. Не хочу упрекать маму в том, что она не догадывалась брать для маленьких детей бутылочку с водой — у неё и так забот было много, она, вероятно, думала, что дети могут и потерпеть до дома. На самом деле, до дома надо было пройти весь проспект Жданова, хоть и короткий, но нам, маленьким детям, разморённым банной жарой, это казалось невыносимым. Порой, мы и терпели. Почему в буфете не было детских напитков — не знаю.  Потом всю жизнь я пиво не любила.

На представленной фотографии (1957г.?), из архива Сергея Щербакова, изображён банно-прачечный комплекс. Сама баня — это первое маленькое здание. Длинное здание — прачечная. Сначала она обеспечивала потребности предприятий города, потом подключилась к обслуживанию населения. Мама на те вещи, которые сдавала в прачечную, нашила метки. Это были, в основном, полотенца, скатерти и постельное бельё.

Продолжение http://proza.ru/2026/10/24/699